Скотт Вестерфельд 
Экстра

Тэлли Янгблад – 4

«Экстра»: М.: Эксмо, СПб.: Домино; 2011
ISBN 978-5-699-52162-3
Аннотация

В этом городе «технари» без ума от новых новых технологий, «выскочки» живут ради слухов и сплетен, а пятнадцатилетняя Айя мечтает только о славе. Но что бы ни предпринимала Айя для повышения своей популярности, она до сих пор «экстра» — лишний, никому не интересный человек. 
Но однажды она узнает очень важную тайну. Если с толком распорядиться открытием, мечта исполнится — и твое имя будет у всех на слуху. Вот только секрет ей достался из тех, которые способны полностью разрушить судьбу — не то что одного человека, но даже целого мира.

Скотт Вестерфельд
Экстра

Каждому, кто мне писал 
и посвящал меня в тайный смысл 
слова «трилогия» 

Часть первая
Полюбуйся

 Вы все говорите, что мы вам нужны. Что ж, может быть, мы и вправду вам нужны, но не для того, чтобы вам помогать. Помощников у вас хватает. Все города скоро очнутся, и свободу обретут миллионы здравомыслящих людей. Вас будет более чем достаточно для того, чтобы вы изменили мир без нас. А мы с Дэвидом встанем на вашем пути. Понимаете, свобода, увы, ведет к разрушениям .
Тэлли Янгблад

Прыжок

— Моггл, — прошептала Айя, — ты не спишь?
Что-то зашевелилось в темноте! Зашуршала стопка форменной одежды, будто там завозился маленький зверек. А потом из складок хлопка и паучьего шелка выбралось нечто и поплыло по воздуху к кровати Айи. Крошечным объективы уставились на нее пытливо и насторожено. В них отражался звездный свет, лившийся в открытое окно.
— Готов к работе? — улыбнулась Айя.
В ответ Моггл включил ночные фары.
— Ой! — Айя зажмурилась, — Не делай так! Ослепнуть. можно!
Она пролежала в кровати еще несколько секунд, дожидаясь, когда перед глазами исчезнут яркие пятна. Аэрокамера сконфуженно уткнулась в ее плечо.
— Ладно, ладно, Моггл-тян[1], — прошептала Айя. — Жаль, что у меня тоже нет инфракрасного зрения.
 Очень многие в ее возрасте уже пользовались таким зрением, но родители Айи были скептически настроены в отношении любого хирургического апгрейда. Предпочитали делать вид, будто мир задержался в тех временах, когда всем нужно было дожидаться шестнадцатилетия, чтобы изменить внешность. Старики ничего не понимали в моде.
Вот и страдала Айя с большим носом, который определенно выглядел уродливо, и с самым обычным зрением. Когда она перебралась из родного дома в интернат, родители позволили ей обзавестись персональным зрительным устройством — айскрином и встроенной системой связи — скинтенной, но только для того, чтобы самим иметь возможность общаться с ней в любое время. Что ж, это все-таки было лучше, чем ничего. Она пошевелила пальцами, и на ее поле зрения наложился городской интерфейс.
— Ой-ой-ой, — сказала Айя Могглу, — уже почти полночь.
Она не заметила, как задремала, а вечеринка технарей наверняка уже началась. Небось там полным-полно народу. Вероятно, набилось столько пласт-шутов и ман-гахедов, что никто не обратит внимания на одну-единственную уродку. К тому же Айя Фьюз была большим специалистом в плане того, как оставаться невидимой. Подтверждением был рейтинг ее внешности. Он неподвижно красовался в уголке интерфейса: четыреста пятьдесят одна тысяча триста девяносто шесть.
Айя тяжело вздохнула. Она жила в городе с миллионным населением, а существовала как бы в отдельной стране. Уже почти два года у нее был собственный сетевой канал, но всего неделю назад она подготовила потрясающую программу и до сих пор не сделала себе имени. Этой Ночью все должно было измениться.
— Пошли, Моггл, — позвала она и соскользнула с кровати.
На полу бесформенной кучкой лежал серый балахон. Айя натянула его поверх интернатской формы и подвязала пояс. Влезла на подоконник, подставив лицо ночной прохладе. Медленно вытянула в пустоту одну ногу, другую. Потом нацепила на запястья магнитные браслеты и осторожно посмотрела вниз с пятидесятиметровой высоты.
— Неслабо, — прошептала она.
По крайней мере, рядом не слонялись смотрители. Прелесть житья на тринадцатом этаже: никому в голову не придет, что ты выпрыгнешь из окна.
Небо было затянуто плотными облаками в отблесках огней, освещавших стройку на другом конце города. Холодный воздух пах сосновой хвоей и дождем.
«Не слишком ли легко я оделась?» — подумала Айя.
Но не могла же она нацепить форменную куртку поверх балахона и ждать, что в таком наряде ее не заметят.
— Надеюсь, ты полностью заряжен, Моггл. Пора прыгать.
Аэрокамера проплыла над ее плечом и, вылетев из окна, зависла прямо напротив девушки. Моггл был размером вдвое меньше футбольного мяча. Прочный пластик на ощупь был теплым. Айя взяла Моггла в ладони и почувствовала вибрацию в браслетах, уловивших магнитные импульсы аэрокамеры.
— Готов? — спросила Айя и зажмурилась.
Моггл слегка задрожал.
Крепко держась за аэрокамеру, Айя спрыгнула с подоконника.

Теперь удирать из интерната стало намного проще.
На пятнадцатый день рождения Айи лучший друг ее старшего брата — Рен Мачино — сделал ей подарок: усовершенствовал Моггла. Вообще-то Айя попросила его только увеличить скорость, чтобы аэрокамера не отставала в полете от скайборда. Но Рен, как и большинство технарей, по праву гордился своими творениями. Новый Моггл оказался водонепроницаемым, противоударным и настолько грузоподъемным, что был способен нести по воздуху пассажира габаритов Айи. В общем, его возможности стали примерно такими.
Обхватив руками аэрокамеру, Айя приближалась к земле не быстрее облетевших лепестков цветущей вишни. В любом случае, так было намного проще, чем пытаться похитить спасательную куртку-парашют. Правда, сам момент прыжка с подоконника вызывал мандраж, а в остальном было весело.
Айя смотрела на проплывавшие мимо окна — скучнейшие комнаты, наполненные самыми стандартными вещами. Никто из знаменитостей не жил в корпусе Акира. Здесь обитали только безликие, заурядные «экстры» — лишние, никому не интересные люди. Несколько «экстров», страдавших эгоманией, сидели перед своими камерами и что-то бубнили, но их передачи никто не смотрел. Средний рейтинг внешности здесь составлял шестьсот тысяч, а это было тоскливо и жалко. Безвестность во всем своем моем ужасе.
Смутно Айя припоминала, что в былые времена стоило захотеть себе красивую одежду или новый скайборд — и вещи выпрыгивали из стенной ниши, как в сказке. А теперь у волшебной ниши ничего нельзя было допроситься, если только ты не был знаменит или не набрал достаточного числа баллов. Получить баллы можно было, лишь посещая уроки или выполняя повинности — те, которые но с поему усмотрению назначала Комиссия добропорядочного гражданства.
Подъемное устройство Моггла установило контакт с металлической решеткой, проложенной под землей. Айя поджала ноги и покатилась по сырой траве — мягкой, как мокрая губка, но ужасно холодной. Она отпустила Моггла и несколько секунд лежала на земле, вымоченной дождем Ждала, когда сердце забьется ровнее.
— Ты в порядке? — спросила она аэрокамеру.
Моггл мигнул ночными фарами.
— Хорошо. Только в глаза не свети, ослепнуть можно.
Рен поработал и над мозгом аэрокамеры. Настоящий искусственный интеллект был под запретом, но обновивший Моггл был не просто железкой, набитой электроникой и снабженной подъемным устройством. С тех пор как с ним повозился Рен, Моггл запомнил любимые ракурсы Айи: он сам знал, когда сделать панорамный кадр, а когда — увеличение. Он умел даже заглядывать в глаза Айи и находить там ответ.
Но почему-то с ночным зрением у камеры было плоховато.
Айя лежала зажмурившись и старательно прислушивалась, дожидаясь, когда пропадут радужные круги. Ни шагов, ни урчания дронов-смотрителей. Ничего, кроме приглушенного ритма басов,— музыка доносилась из здания интерната.
Поднявшись, Айя отряхнулась. Конечно, вряд ли бы кто-нибудь обратил внимание на то, что к ее балахону прилипли мокрые травинки. «Бомбилы реноме» одевались так, чтобы оставаться незамеченными. Бесформенный балахон с капюшоном был идеальной маскировкой для проникновения на вечеринку.
Айя покрутила на запястьях магнитные браслеты, и из кустов вылетел припрятанный там скайборд. Встав на него, она повернулась лицом к сверкающим огням Красотвилля.
Вот странно: все до сих пор так называли этот район, хотя большинство его обитателей уже не были красавцами и красотками — по крайней мере, в прежнем смысле. Теперь в Красотвилле было полным-полно пикселекожих и пласт-шутов, и вообще — тьма народу, изменившего внешность в дань последней моде. Ты мог выбрать для себя обличье из миллиона разновидностей красоты или уродства. А мог всю жизнь прожить с лицом, доставшимся тебе от природы. Теперь «красивый» означало «бросающийся в глаза».
И все же одно в Красотвилле осталось неизменным: пока тебе не исполнилось шестнадцать, появляться там было нельзя — особенно ночью, когда происходило все самое интересное. И тем более если ты был «экстрой» — безвестным неудачником.
Глядя на город, Айя вдруг ощутила свою невидимость. Каждый из миллиона сверкающих огней означал одного человека из числа ни разу не слышавших об Айе Фьюз. И возможно, никому никогда не суждено будет узнать о ней.
Она вздохнула и погнала скайборд вперед.
На официальных радио- и телеканалах всегда повторяли, что эпоха Красоты миновала навсегда и человечество обрело свободу от дурмана красотомыслия. Ведущие передач утверждали, что все различия между красавцами, уродцами и стариками стерты. Еще говорили о том, что за последние три года появилось множество новых технологий, влияющих на развитие будущего.
Но, насколько видела Айя, изменилось далеко не все...
Пятнадцати летним по-прежнему было тошно.
[1] Тян — японский именной суффикс, применяемый при обращении к младшим или к близкому лицу низшего социального положения. (Здесь и далее примечание переводчика)

Технари 

— Видишь? — прошептала Айя.
Моггл уже приступил к съемке. В линзах его объективов отражались огни безопасных фейерверков. Над крышами особняков покачивались воздушные шары. Самые отважные туляки прыгали с крыш в спасательных куртках-парашютах. Это было так похоже на вечеринки прежних времен. Веселье и блеск.
По крайней мере, именно так старший брат Айи всегда описывал эпоху Красоты. Тогда каждому, кто достиг шестнадцатилетнего возраста, делали пластическую операцию, после которой ты становился красивым. Однако хирурги тайно изменяли твою личность, превращая в болвана, чтобы тобой легко можно было управлять.
Хиро пробыл пустоголовым недолго. Шестнадцать ему исполнилось всего за несколько месяцев до того, как началась реформа «Чистый разум» — революция свободомыслия — и всех красавцев и красоток вылечили. Хиро говорил, эти месяцы были просто ужасными. Можно подумать, что развеселая, беспечная и тщеславная жизнь его прямо-таки напрягала. При этом он никогда не отрицал, что вечеринки устраивались потрясающие.
Но сегодня Хиро наверняка здесь отсутствовал: он был слишком знаменит. Айя сверилась с информацией на персональном дисплее айскрина. Средний рейтинг внешности составлял двадцать тысяч. По сравнению с ее братом на этой вечеринке собрался заурядный народ. А вот для полумиллиона уродцев это были настоящие легенды.
— Осторожнее, Моггл, — прошептала Айя. — Нам нельзя здесь находиться.
Она натянула на голову капюшон и вышла из тени.
В воздухе кишели аэрокамеры. От крупных, размером с Моггла, до крошечных, не больше пробки от шампанского, камер-папарпцци.
На сборищах технарей всегда было на что посмотреть. Толпы людей невероятной внешности, море умопомрачительных технических новинок. Может быть, все теперь стали не такими привлекательными, как в эпоху Красоты, но уж вечеринки точно проходили намного интереснее. Оригинальные пласт-шуты с пальцами-змейками и волосами в виде щупалец медуз. Одежда из струящихся тканей, складки которой развевались, как флаги на ветру. Безопасные фейерверки, пляшущие на полу, лавирующие у ног гостей и источающие ароматы благовоний.
Технари жили ради новых технологий. Они с удовольствием демонстрировали самые последние фокусы, а репортеры-«выскочки» любили показывать их в своих сюжетах. Бесконечный цикл изобретений и публичности подстегивал рейтинг внешности, поэтому все были счастливы — то есть все, кого сюда приглашали.
К Айе подлетела аэрокамера — так близко, что могла заглянуть в лицо. Айя опустила голову и стала пробираться к компании «бомбил реноме». Здесь, на публике, они все были в балахонах с капюшонами и походили на буддистских монахов из времен до эпохи ржавников. «Бомбилы» уже занялись излюбленным делом: они скандировали имя кого-то из своей компании, пытаясь убедить городской интерфейс в том, что рейтинг этой физиономии пора повысить.
Айя слегка поклонилась «бомбилам» и, старательно скрывая свое уродливое лицо, присоединилась к общему хору.
Смысл деятельности «бомбил реноме» заключался в том, чтобы нарушить городской алгоритм репутации. Сколько упоминаний твоего имени было нужно для того, чтобы оно попало в первую тысячу? Быстро ли падал твой рейтинг, если все переставали о тебе говорить? Эта группировка на самом деле участвовала в крупном контролируемом эксперименте — вот почему все «бомбилы» были одеты безлико. Ради анонимности.
Но Айя догадывалась, что большинству «бомбил» нет никакого дела до данных статистики. Они были просто болтунами, жалкими «экстрами», пытающимися убедить самих себя в том, что они — знаменитости. Примерно так производили «звезд» в эпоху ржавников. Несколько телеканалов раскручивало горстку красавчиков, не уделяя внимания всем остальным.
В чем же был смысл репутационной экономики, если кто-то тебе диктовал, о ком нужно говорить?
Между тем Айя дисциплинированно скандировала чье-то имя, стараясь не выделяться на общем фоне, но при этом следила за экраном айскрина, на который транслировалось изображение с объективов Моггла. Аэрокамера плыла над толпой и выхватывала из нее лица.
Тайная группировка, обнаруженная Айей, должна была присутствовать на вечеринке. Такой номер могли отмочить только технари...
Она заметила их три ночи назад. Они ехали на крыше вагона одного из новейших маглевов — магнитно-левитационных поездов. Состав на безумной скорости несся по промзоне. Так быстро, что сделанные Могглом снимки получились слишком зернистыми и расплывчатыми.
Айя рассчитывала разыскать их. Кто бы ни выкинул фокус типа прогулки на крыше маглева, эти люди должны были мгновенно стать знаменитыми.
Но Моггл отвлекся. Он наблюдал за компанией «новоедов», стоявших под здоровенным розовым пузырем, парящим в воздухе. «Новоеды» что-то пили из этого пузыря через соломинки длиной в метр. Ни дать ни взять астронавты в попытке поймать выплеснувшийся из чашки чай.
Сюжет о «новоедах» Хиро сняли запустил в сеть месяц назад. Они питались редкими, исчезающими грибами, которые сами же и выращивали из древних спор, готовили мороженое с помощью жидкого азота и вносили пищевые добавки в самые экзотические материалы. Розовый шар, парящий над их головами, скорее всего, представлял собой аэрогель. Ужин с консистенцией мыльного пузыря.
От сферы отделился небольшой шарик и пролетел мимо. Айя поморщилась, почувствовав запах риса и лосося. Возможно, поедание всяких необычных веществ могло стать способом повышения рейтинга лица, но она все же предпочитала, чтобы суши были тяжелее воздуха.
Айе ужасно нравилось находиться среди технарей, хоть она и была вынуждена появляться здесь тайком. Большинство горожан до сих пор цеплялись за прошлое. Люди пытались заново открыть для себя хайку, религию, чайную церемонию — все то, что было утрачено в эпоху Красоты, когда у всех мозги были вывернуты наизнанку. А технари строили будущее, наверстывали время, упущенное за триста лет отсутствия прогресса.
Только здесь можно было разыскать интересные сюжеты.
На дисплее айскрина появилось нечто, заставившее Айю насторожиться.
— Фокус, Моггл! — прошептала она. — Панорамный слева.
Знакомое лицо. Девушка, стоявшая чуть поодаль от «новоедов», с любопытством наблюдала за тем, как они гоняются за разлетающимися шариками.
— Это одна из них! Дай увеличение!
Девушке было лет восемнадцать. Классическая внешность юной красавицы, с глазами как у героинь комиксов в стиле манга. Она была одета в костюм для скайбола и грациозно парила сантиметрах в десяти от пола. Наверняка была знаменитостью. Ее окружал ореол популярности в виде стайки друзей, призванных не подпускать к девушке «экстров».
— Подлети поближе, поймай их разговоры, — прошептала Айя.
Моггл плавно скользнул к компании, и вскоре микрофоны камеры уловили имя девушки. Айскрин Айи наполнился потоком сведений...
Иден Мару играла в скайбол — левой крайней нападающей в команде «Ласточки», ставшей в прошлом году чемпионом города. Также Иден прославилась апгрейдом подъемного механизма своего скайборда.
Судя по данным всех медийных источников, она только что рассталась с бойфрендом из-за «различий в амбициях». Тем самым в завуалированной форме было сказано иное: «Она для него стала слишком знаменита». После чемпионата рейтинг лица Иден попал в первые десять тысяч, а лицо парня застряло где-то на четверти миллиона. Все были согласны с тем, что Иден стоит встречаться с кем-то, равным ей по рейтингу.
Однако ни на одном из каналов-сплетников не было информации о новой шайке, развлекавшейся прогулками на крыше вагонов маглева. Видимо, Иден хранила это в тайне и ждала подходящего момента для обнародования.
Если Айя даст такой материал первой, то завтра проснется знаменитой.
— Следи за ней, — велела она Могглу и снова стала скандировать чье-то имя.

Через полчаса Иден Мару направилась к выходу.
Айя с огромным облегчением покинула компанию «бомбил реноме». За это время она пропела имя «Йосио Нара», наверное, миллион раз. Ей хотелось верить, что «тот Йосио был рад бессмысленному возвышению его имени, а она о нем больше слышать не желала.
Моггл передавал вид сверху. Иден Мару выскользнула за дверь — одна, без свиты. Наверняка отправилась на встречу со своей тайной шайкой.
— Не отставай от нее, Моггл, — хрипло проговорила Айя.
После надрывного скандирования чужого имени у нее пересохло в горле. Мимо проплывал поднос с напитками. Айя схватила бокал наугад и, выпив залпом, в отвращении поморщилась. Это был какой-то крепкий алкоголь. Она успела взять высокий стакан с кубиками льда и бросилась к дверям.
На ее пути стояла группа пикселекожих. Не зря их так называли: их кожа играла и переливалась разными цветами. Они были похожи на пьяных хамелеонов. Айя лавировала между ними. Лица некоторых пикселекожих были ей знакомы из сюжетов пласт-шутов. Она ощутила амбициозную дрожь.
Оказавшись на вершине лестницы, Айя выплеснула из стакана жидкость, а лед оставила: высыпала холодные кубики в рот. После духоты на вечеринке грызть лед было просто божественно.
— Забавная пластика, — вдруг сказал кто-то.
Айя замерла... Капюшон сполз вниз. Незнакомец заметил ее уродливое лицо.
— Хм... шпашибо,— выговорила Айя, пережевывая льдинки.
Ветер охладил ее лицо, покрытое испариной.
«Как немодно я выгляжу!» — с тоской подумала она.
— Где ты нашла такой фасон носа? — улыбнулся парень.
Айя, смущенная до последней степени, сумела только пожать плечами: потеряла дар речи. На персональном айскрине она видела Иден Мару, которая уже летела над городом, но оторвать глаз от незнакомого парня Айя не мола. Он был из тех, кош именовали мангахедами: огромные сверкающие глаза, тонкие, нереально красивые черты лица. Проведя кончиками изящных длинных пальцев по своей щеке, парень пристально уставился на Айю.
Надо же…Он пялился на нее.
Но он был само совершенство, а она — уродка.
— Дай-ка я угадаю, — сказал парень, — С какой-то картины из времен до эпохи ржавников?
— Да нет, не совсем... — Айя потрогала свой нос и проглотила последние льдинки. — Скорее... случайный выбор.
— Ну конечно. Просто уникально. — Парень отвесил Айе поклон. — Фриц Мицуно.
Она ответила на поклон, и на ее дисплее высветился рейтинг лица парня: четыре тысячи шестьсот двенадцать. Волна амбициозной дрожи нахлынула на нее. Айя разговаривала с важной персоной, человеком со связями...
Фриц ждал, что она назовет свое имя. Но как только она это сделает, он тут же узнает рейтинг ее лица, и тогда его чудесный взгляд сразу устремится в другую сторону. И даже если ее уродливое лицо ему действительно — непостижимым образом — понравилось, быть «экстрой» все же просто жалко.
И вдобавок этот ее слишком большой нос...
Айя повернула магнитный браслет на запястье, вызывая свой скайборд.
— Меня зовут Айя. Но мне... мне пора.
— Конечно, — Фриц учтиво склонил голову. — С кем-то повидаться, подстегнуть репутацию. Айя рассмеялась и, опустив глаза, посмотрела на свой балахон:
— Ах, ты про это. На самом деле я... Я здесь вроде как инкогнито.
— Инкогнито? — Фриц ослепительно улыбнулся. — Ты такая загадочная.
К лестнице подлетел скайборд. Айя встретила его растерянным взглядом. Моггл был от нее на полкилометра: на большой скорости следовал за Иден Мару. А Айе так хотелось задержаться.
Потому что Фриц по-прежнему не отрывал от нее глаз.
— Я вовсе не стараюсь быть загадочной, — сказала Айя. — Просто так получается.
Фриц засмеялся:
— Я хотел бы узнать твою фамилию, Айя. Но думаю, ты намеренно скрываешь ее от меня.
— Извини, — пискнула Айя и запрыгнула на скайборд — Но мне нужно кое-кого догнать. Она... убегает.
Фриц понимающе кивнул и широко улыбнулся.
— Веселой погони, — пожелал он.
Айя пригнулась и умчалась в темноту. У нее в ушах долго звучал смех Фрица.

Подземка 

Иден Мару умела летать.
Набор щитков, снабженных магнитными подъемными устройствами, был стандартным снаряжением игроков в скайбол, но большинство людей не отваживались хоть раз в жизни облачиться в это снаряжение. Каждая деталь костюма была оборудована собственным подъемным устройством: защитные налокотники, наплечники и набедренные щитки. В некоторых наборах подъемниками были снабжены даже ботинки. Одно неверное движение пальцев — и все эти магниты могли начать действовать в разных направлениях. Прекрасный способ вывихнуть плечо или врезаться макушкой в стену. В отличие от падения с обычного скайборда магнитные браслеты не спасли бы тебя от собственной неуклюжести.
Но все это Иден Мару, похоже, не пугало. На дисплее своего айскрина Айя видела, как Иден маневрирует над новой строительной площадкой, прокладывая маршрут среди незаконченных зданий и открытых водостоков.
Даже Моггл, напичканный подъемными устройствами и имевший диаметр всего двадцать сантиметров, с трудом поспевал за Иден.
Айя старалась сосредоточиться на управлении скайбордом, но из головы у нее не выходил Фриц Мицуно. Такой красавец обратил на нее внимание... С тех пор как реформа «Чистый разум» разрушила границы между людьми различных возрастов, Айя не раз общалась с красивыми людьми. Теперь все было не так, как в прежние времена, когда твои друзья переставали разговаривать с тобой после того, как им сделали пластическую операцию. Но никто из красавцев никогда не смотрел на нее так.
Впрочем, может быть, она выдавала желаемое за действительное? Может быть, под пристальным взглядом Фрица Мицуно себя все чувствовали так? У него были такие огромные глаза — совсем как на рисунках из времен до эпохи ржавников. Именно эти рисунки стали образцами для внешности мангахедов.
Айе не терпелось отправить запрос в городской интерфейс и разузнать побольше о Фрице Мицуно. Она ни разу не видела его ни на одном из каналов, хотя, имея рейтинг лица выше пяти тысяч, Фриц должен был быть известным не только из-за своей дивной красоты.
Но пока Айе нужно было работать над сюжетом, продолжать погоню, способную повысить ее собственный рейтинг. Если Фриц на нее когда-нибудь снова так посмотрит, она уже не будет столь безликой.
Дисплей начал мигать. Сигнал Моггла слабел, выпадал из радиуса действия городского интерфейса. Аэрокамера следом за Иден опустилась под землю.
Сигнал сменился помехами, а потом окончательно заглох. Экран потемнел.
Айя резко затормозила. Ей стало не по себе. Терять Моггла из виду всегда было страшновато — все равно что перестать видеть собственную тень в солнечный день.
Она стала разглядывать последний кадр, посланный аэрокамерой: стены водостока изнутри. Снимок был зернистый, искаженный инфракрасным диапазоном. Иден Маpy свернулась в клубок, уподобилась ядру, мчащемуся по туннелю. А туннель залегал так глубоко, что сигнал Моггла не мог пробиться на поверхность.
Догнать Иден можно было единственным способом: последовать за ней под землю.
Айя наклонилась и погнала скайборд вперед. Со всех сторон ее окружала строительная площадка — десятки металлических скелетов и зияющих дыр.
После реформы свободомыслия никто не желал жить в немодных домах эпохи Красоты. Прежде всего, в таких домах не хотели жить знаменитости, поэтому город бешеными темпами расширялся. Необходимый для строительства металл добывали в ближайших Ржавых руинах. Ходили даже слухи о том, что городские власти собираются начать разработки новых месторождений железной руды, как это делали три века назад ржавники, ужасно жестоко обращавшиеся с планетой.
Пролетая мимо недостроенных башен, скайборд содрогался. Конечно, для полета скайбордам было необходимо железо, лежащее на поверхности или неглубоко под землей, но из-за обилия магнитных полей летательная доска теряла устойчивость. Айя сбавила скорость и попробовала поискать сигнал Моггла.
Ничего. Ее аэрокамера по-прежнему находилась под землей.
Впереди завиднелся большой котлован — фундамент будущего небоскреба. На дне котлована блестели лужи, оставшиеся после вечернего дождя. В них отражалось звездное небо, и лужи были похожи на зазубренные осколки огромного зеркала.
В углу Айя разглядела вход в туннель, ведущий в водостоки, проложенные под городом.
Месяц назад она запустила в сеть сюжет о новой компании граффитчиков. Это были уродцы, создававшие произведения искусства для будущих поколений. Они разрисовывали стены незаконченных туннелей, внутренности трубопроводов, и в итоге их работа оказывалась запечатанной, словно в специальных капсулах, которые зарывают в землю, вложив в них послание для потомков. Никому не было суждено увидеть эти рисунки раньше, чем город рухнет, а его руины будут раскопаны представителями цивилизации будущего. Все это было весьма в духе свободомыслия и служило напоминанием о том, что эпоха Красоты оказалась более хрупкой, нежели представлялась сначала.
Этот сюжет не поспособствовал повышению рейтинга лица Айи, поскольку истории об уродцах в этом плане не работали, однако она с Могглом целую неделю играла в прятки на строительной площадке. Айя совсем не боялась подземки.
Сбавив высоту, Айя прошмыгнула мимо отключенных дронов-подъемников и магнитных опор — прямо ко входу в туннель. Она согнула ноги в коленях, прижала руки к телу и нырнула в абсолютную темноту...
Ее айскрин мигнул. Значит, аэрокамера должна была находиться где-то поблизости.
В туннеле сильно пахло затхлой дождевой водой и грязью, а слышно было лишь журчание водостока. Как только рабочее освещение позади Айи стало тускло-оранжевым, она до предела сбавила скорость скайборда и стала передвигаться, придерживаясь рукой за стенку туннеля.
Снова появился сигнал Моггла — и стал устойчивым.
Иден Мару стояла в полный рост и разминала руки. Она находилась в каком-то просторном помещении, где царил абсолютный мрак. Моггл передавал изображение в инфракрасном диапазоне.
Что же там могло находиться?
На зернистом фоне появилось еще несколько человеческих фигур. Они проплыли над черной плоскостью. У них под ногами светились овальные силуэты скайбордов.
Айя улыбнулась. Она нашла их — этих безумных девиц, катавшихся на маглевах.
—Вперед и слушай, — шепнула Айя.
Моггл полетел дальше, а Айя вспомнила о том, что уродцы-граффитчики хвастались насчет одного места, которое они обнаружили. Речь шла об огромном коллекторе — резервуаре, куда стекала вода, скопившаяся во время сезонов дождей. Подводное озеро лежало в кромешной темноте.
Микрофоны Моггла уловили голоса, приправленные эхом.
— Спасибо, вы быстро добрались сюда.
— Я всегда говорила, Иден, что твое раскрученное личико доведет тебя до беды.
— Ну, ждать осталось недолго. Она летит за мной по пятам.
Айя замерла. Кто летел по пятам за Иден? Она обернулась...
Ничего, кроме блеска воды, текущей по дну туннеля.
Вдруг ее дисплей снова почернел. Айя выругалась, начала сгибать и разгибать безымянный палец на левой руке: включить-выключить, включить-выключить... Увы, айскрин оставался пустым и черным.
— Моггл? — прошипела Айя.
Ни искорки на экране, никакого ответа. Айя попыталась получить доступ к диагностике аэрокамеры, к аудиоканалу, к дистанционной системе управления полетом. Ничего не получалось.
Но Моггл находился так близко — всего метрах в двадцати. Почему же с ним не было связи?
Айя медленно повела скайборд вперед, озабоченно вглядываясь в темноту. Стена, за которую она придерживалась рукой, резко оборвалась. По характеру звуков девушка поняла, что оказалась в огромном помещении. Из нескольких десятков труб стекала вода. В воздухе чувствовалась сырость, исходящая от громадного водоема. У Айи по коже побежали мурашки.
Ей так нужно было увидеть...
Но тут она вспомнила о панели управления скайбордом. В непроницаемой темноте ей могли помочь даже несколько огоньков.
Она опустилась на колени и включила панель управления. В мягком голубом свете стали видны отвесные старинные кирпичные стены, кое-где отреставрированные современной строительной керамикой и надежными смарт-материалами. Высоченный потолок напоминал своды древнего собора.
Но Моггла нигде не было.
Айя медленно поплыла в темноте, ловя еле заметные воздушные потоки и старательно прислушиваясь. Внизу, под скайбордом, раскинулось озеро, наполненное черной водой.
Неожиданно она услышала поблизости звук — еле различимый вдох — и обернулась...
В тускло-голубом сиянии на нее смотрело лицо девушки-уродки. Та стояла на скайборде и держала в руках Моггла.
Девушка холодно улыбнулась Айе:
— Мы так и подумали, что ты придешь за этой штукой.
— Эй! — воскликнула Айя. — Что ты сделала с моей...
Из темноты возникла чья-то нога и пнула скайборд Айи. Летательная доска закачалась.
— Осторожно! — крикнула Айя.
Сильные руки толкнули ее. Она отшатнулась. Скайборд сдвинулся, пытаясь остаться у нее под ногами. Айя раскинула руки в стороны и закачалась, словно ребенок, впервые вставший на коньки.
— Перестаньте! Что вы...
Со всех сторон к ней протянулись руки и начали толкать ее. Айя завертелась на месте — беззащитная, ничего не видящая. А потом скайборд выскользнул из-под ее ступней, и она закувыркалась в воздухе.
Вода одарила ее холодной размашистой пощечиной. 

Слушания 

Чернота заклубилась вокруг Айи. Рев воды был подобен раскатам грома. Шок от удара был настолько силен, что у Айи пропало ощущение верха и низа, остался только леденящий холод. Ее мотало, как тряпку, вода залила рот и ноздри, сдавила грудь...
Но вот ее голова оказалась над темной поверхностью озера. Айя судорожно вдохнула и начала отплевываться, колотя руками по воде, отчаянно ища, за что бы ухватиться.
— Эй! Вы что, с ума сошли?
Крик Айи эхом разнесся по громадному залу и затих в слепящей пустоте. Ответа не последовало.
Пару минут Айя пыталась плыть, едва дыша, и прислушивалась.
— Эй! — крикнула она.
Кто-то схватил ее за руку и рванул вверх. Она повисла, болтая ногами и дрожа от холода. С балахона ручьями стекала вода.
— Что... что происходит?
— Мы «выскочек» терпеть не можем, — ответил девичий голос.
Это Айя уже поняла. Они хотели снять собственный сюжет о том, как они разъезжают на маглеве, и всю славу присвоить себе.
Наверное, настала пора соврать.
— Да я не «выскочка»!
Кто-то презрительно фыркнул, а потом чей-то голос произнес:
— Ты тащилась за мной от самой вечеринки — ну, или твоя аэрокамера. Ты искала сюжет.
— Да не сюжет я искала. Я искала вас.
Айя задрожала и стиснула зубы, чтобы они не стучали. Нужно было как-то уговорить этих девиц, чтобы ее снова не бросили в озеро.
— Я вас видела вчера ночью, — сказала она.
— Где же это ты нас видела? — прозвучал второй голос.
Тот, кто вцепился Айе в руку, сжал ее крепче. Почти наверняка это была Иден. Никто не смог бы так держать Айю без помощи скайбольного облачения.
— Я видела вас на крыше вагона маглева. Вы на нем ехали. Я пыталась узнать, кто вы такие, но в сети ничего не нашла.
— А мы предпочитаем, чтобы так и было, — сказал второй голос.
— Ладно, я все понимаю! в отчаянии выговорила Айя, — Я так и буду тут висеть?
— Хочешь — могу отпустить, — предложила Иден.
— Нет! Просто... руке уже больно.
— Подзови свой скайборд.
— Ой... точно.
В панике Айя совсем о нем забыла. Она подняла свободную руку и повернула магнитный браслет. Через несколько секунд ее ступней коснулась поверхность скайборда, и Иден отпустила ее запястье.
Айя не сразу обрела равновесие. Встав на доску, она потерла затекшую руку.
— Ну... спасибо.
— Хочешь сказать, что ты не репортер-«выскочка»? — спросила другая девушка.
Наверное, это была та уродка, которую Айя успела разглядеть,— поймавшая Моггла. Ее голос прозвучал в темноте негромко и раскатисто. Похоже, девица нарочно говорила так, чтобы напугать Айю.
— Я запускала кое-какие сюжеты на своем канале. Как все.
— Фотки любимой кошки? — сострил кто-то и захихикал.
— И ты всегда таскаешься на вечеринки в наряде «бомбилы реноме»? — уточнила Иден. — С аэрокамерой?
Айя обхватила себя руками. Промокший балахон прилип к коже. Того и гляди могли начать стучать зубы.
— Слушайте, мне просто захотелось попасть в вашу компанию, вот и пришлось вас выследить. Моггл для этого очень хорошо подходит.
— Моггл? — спросила девица с грубым голосом.
— Ну... моя аэрокамера.
— У твоей аэрокамеры есть имя?
Со всех сторон послышался смех. Айя поняла, что девушек гораздо больше, чем она думала. Похоже, не меньше десятка.
— Минутку, — вмешалась Иден — Тебе сколько лет?
— Ммм... пятнадцать.
Вспыхнул фонарик. Его свет в темноте был ослепительно ярким.
— Ой! — вскрикнула Айя и зажмурилась.
Девушка, направив на нее луч, сказала:
— Нос точно здоровенный. Мне так даже в инфракрасном свете показалось.
Глаза Айи постепенно привыкли к фонарику, и она начала различать лица. Девушки внешне были непримечательными — не красотки, не экзотичные. Нормальные — если такое слово еще существовало. Все девушки, кроме крепкой, мускулистой Иден Мару, облаченной в скайбольное снаряжение, выглядели одинаково: фигуры, не измененные пластикой. Такие вполне могли без труда затеряться в толпе. Парней среди них не было — точно так же, как в ту ночь, когда Айя увидела их путешествующими на крыше маглева.
— Значит, ты любишь шляться по ночам? — спросила Иден.
— Ну да. Сидеть в интернатской комнате — тоска.
— Тоска, говоришь? — протянула девица с грубым голосом, — Если так, серфинг тебе не повредит.
— Серфинг? — Айя нервно сглотнула. — Хотите сказать, что мне можно с вами прокатиться?
Несколько девушек недовольно заворчали.
— Ей же всего пятнадцать,- сказала та, что держала фонарик.
— Ты что, в эпоху Красоты живешь? — урезонила ее девушка с грубым голосом. — Кому какое дело, сколько ей лет? Она пробралась в Красотвилль и сюда прилетела совсем одна. Да она, пожалуй, смелее многих из вас.
— А с аэрокамерой как быть? — спросила Иден. — Если она запустит сюжет, к нам быстренько приставят смотрителей.
— Да она так и так может вызвать смотрителей, если пожелает, — возразила девушка с грубым голосом.
Она подлетела ближе и, затормозив почти нос к носу с Айей, добавила:
— Так что либо мы оставим ее здесь навсегда, либо возьмем к себе.
Айя сглотнула подступивший к горлу ком и глянула на блестящую поверхность черного озера.
— А... а у меня право голоса есть? — спросила она.
— Права голоса тут нет ни у кого, кроме меня, — ответила девушка и улыбнулась. — Я тебе вот что предлагаю. Выбирай сама.
— Ох...
Девушка держала Моггла на вытянутой руке. Айя увидела электронную пломбу сбоку аэрокамеры. Моггл был мертв — до тех пор, пока кто-нибудь не снимет пломбу. Но для этого ее нужно было перепрограммировать.
— Можешь взять свою аэрокамеру и смотаться отсюда. Либо я брошу ее в озеро, и тогда ты займешься серфингом вместе с нами, — сказала незнакомка.
Айя часто заморгала, слушая, как падают в озеро капли с ее мокрого балахона. Рен утверждал, что Моггл водонепроницаем, но сможет ли она вернуться сюда, сможет ли разыскать это место?
— Насколько это важно для тебя - выбраться из тоскливой интернатской комнатушки? — продолжала девушка.
— Очень важно, — сглотнув, ответила Айя.
— В таком случае и определиться будет просто.
— Дело в том, что... эта камера стоила мне кучу баллов.
— Это игрушка. Точно так же, как рейтинг лиц и баллы, она не значит ровным счетом ничего, если ты сама не позволишь.
Рейтинг лица ничего не значил? Эта девушка просто сбрендила. Но в одном она была права: что могло быть важнее, чем выбраться из скучного, жалкого корпуса Акира? Может быть, Рен поможет ей найти дорогу сюда...
Айя зажмурилась и сказала:
— Хорошо. Я хочу пойти с вами. Бросай.
Прозвучал всплеск, похожий на пощечину.
— Хороший выбор. Если честно, эта безделушка тебе вовсе не нужна.
Айя открыла глаза. Их щипало от еле сдерживаемых слез.
— Меня зовут Джай, — представилась девушка и низко поклонилась.
— Айя Фьюз.
Она ответила на поклон и задержала взгляд на расходящихся кругами волнах. Моггл утонул.
— Скоро увидимся, — сказала Джай.
— Скоро увидимся? Но ты же говорила...
— Думаю, на одну ночь для пятнадцатилетней девчонки приключений больше чем достаточно.
— Но ты же обещала!
— А ты сказала, что не «выскочка». Хочу убедиться, что не соврала.
Айя была готова возразить, но не стала. Спорить уже не имело смысла. Моггл исчез в глубинах подземного озера.
— Но я даже не знаю, кто вы такие, — напомнила она.
Джай усмехнулась:
— Мы — «ловкачки», и мы с тобой свяжемся. Ну ладно, нам пора. Надо успеть на поезд.
Девушки развернули свои скайборды и помчались вокруг Айи. Подземный зал наполнился эхом боевых кличей. Фонарики погасли. Айя слышала, как девушки одна за другой улетали. Их крики постепенно затихали внутри водостоков.
Айя осталась совсем одна в темноте, борясь с подступающими слезами.
Она отдала Моггла ни за что. Как только «ловкачки» просмотрят ее канал, они узнают все о сделанных ею сюжетах. А если им станет известно, что ее брат — один из самых знаменитых «выскочек» в городе, они ни за что ей снова не поверят.
— Гадский Хиро, — пробормотала Айя.
Если бы не этот «мистер суперстар», ей было бы не так трудно оставаться «экстрой». Не так много нужно было бы доказывать.
И не пришлось бы отдавать Моггла... ни за что.
Айя крепко сжала кулаки. Скайборд начал снижаться — пока подъемные устройства не коснулись поверхности озера. Айя встала на колени, опустила руку и осторожно дотронулась до воды. Ей показалось, что она чувствует расходящуюся по влаге рябь в том месте, где затонул Моггл.
— Прости, — прошептала Айя, — но я скоро вернусь.

Старший брат 

Мимо Айи проносились огромные здания — высокие, освещенные факелами. Тронутые первыми лучами рассвета горели костры — точнее, их изображения на больших дисплеях. Над головой скользнули плавательные бассейны — гигантские водные пузыри, очерченные невидимыми линиями силового поля. Пролетая под ними, Айя видела силуэты людей, разлегшихся на надувных матрасах и любующихся зарей.
Высотка, в которой жил Хиро, вздымалась ввысь на три сотни метров. Это была стройная башня из сверкающего стекла и стали. Чтобы роскошные виды из окон не надоедали обитателям, башня вращалась со скоростью движения часовой стрелки. При этом весь вес постройки покоился на магнитных опорах, и только шахта лифта касалась земли. Здание напоминало фигуру громадной ледяной балерины, вертящейся на пуанте.
В этом районе все дома двигались. Парили в воздухе, трансформировались, делали уйму поразительных вещей. А тем, кто тут проживал, судя по слухам, все это до смерти надоело.
Хиро поселился в той части города, где обитали знаменитости.
Скайборд Айи подлетал к лестнице, ведущей к входным дверям высотки, и Айя вспомнила о том, каким был ее брат в последние месяцы эпохи Красоты. Он был хорош собой, он был сдержан и почтителен. Конечно, он посещал все балы и вечеринки, но по праздникам непременно являлся домой и приносил подарки Айе и родителям.
«Чистый разум» все это изменил — кроме красивого лица Хиро.
В первый год после излечения Хиро метался из одной группировки в другую: экстремальная пластика, городская скайбольная команда. Он даже отправился в загородный поход в качестве рейнджера-стажера. Ни к кому и ни к чему он не привязался. Болтался туда-сюда, и ощущения свободы у него не появилось.
Конечно, в тот первый год какая бы то ни было логика отсутствовала напрочь, и многие пребывали в полном смятении. Некоторые даже решили отказаться от свободомыслия — не только старики, но и юные красавцы и красотки. Даже Хиро поговаривал о том, что неплохо было бы снова стать пустоголовым.
Но два года назад в новостях заговорили о том, что экономика в беде. В эпоху Красоты пустоголовые могли просить всего, чего бы их душенька ни пожелала. Любые безделушки, какие угодно наряды для вечеринок появлялись из панели выдачи в стене без вопросов. Но творческие, свободомыслящие люди, как выяснилось, оказались более алчными, нежели пустоголовые. Слишком много ресурсов тратилось на экзотические увлечения, на постройку новых домов, а также на глобальные проекты типа поездов-маглевов. Идти на тяжелую работу при этом никто не хотел.
Некоторые люди высказывались за возвращение к «деньгам» ржавников, к рентам и налогам, к тому, что тебе придется голодать, если ты не в состоянии расплатиться за еду. Но городской Совет не пошел на поводу у этих безумцев, и чиновники проголосовали за репутационную экономику. Теперь вопросы о том, кому положено жить в самых лучших зданиях, кому позволено тратить больше углерода, и тому подобные, решались исключительно согласно числу накопленных баллов и рейтингу лица. Баллы были для врачей, учителей, смотрителей и так далее — вплоть до малышей, выполнявших школьные домашние задания и поручения родителей. Словом, для всех, благодаря кому, по формулировке Комиссии добропорядочного гражданства, «город жил». Рейтинг лица предназначался для всех прочих — художников, актеров, спортсменов и ученых. К твоим услугам были все ресурсы, какие пожелаешь, лишь бы только тебе удалось каким-то образом завладеть коллективным воображением города.
А для того чтобы рейтинг был справедливым, каждому горожанину начиная с подросткового возраста был предоставлен собственный канал в сети. Миллион разрозненных ниточек-сюжетов, призванных придать смысл реформе «Чистый разум».
В то время понятия «выскочка» еще не существовало, но Хиро каким-то образом удалось инстинктивно уловить смысл этого дела: как за сутки сколотить группировку, как уговорить товарищей скинуться набранными баллами на приобретение какой-нибудь технической новинки, а самое главное — как стать в процессе всего этого легендой.
Айя приземлилась около дверей лифта и тихонько вздохнула. Хиро стал страшно умным с того дня, как ему «починили» мозги.
Если бы только слава не сделала его таким самовлюбленным снобом.

— Что тебе нужно, Айя-тян?
— Мне нужно поговорить с тобой.
— Слишком рано.
Айя в отчаянии застонала. Без Моггла она не могла подлететь к своему окну в интернате. Нужно было где- то отсидеться, пока не взойдет солнце. А Хиро считал, что он тут самый усталый и замученный?
Такой жуткой ночи Хиро наверняка пережить не довелось. Айе то и дело мерещился Моггл, лежавший на дне подземного озера, — холодный, мертвый.
— Пожалуйста, Хиро! Я только что истратила кучу баллов, чтобы сбежать с утренних уроков и повидаться с тобой.
Послышалось недовольное ворчание.
— Приходи через час, — ответил сонный голос.
Айя гневно уставилась на двери лифта. Она даже не могла подняться и постучать в окно брата: к небоскребам в этом районе города нельзя было подлетать слишком близко — дома не подпускали к себе никого.
— Ладно, ты мне можешь хотя бы сказать, где Рен? Его локатор отключен.
— Рен? — Из динамика домофона послышался смешок — На моем диване.
Айя облегченно вздохнула. Договориться с Хиро было в миллион раз проще, если рядом с ним был его лучший друг.
— А можно его на пару слов? Пожалуйста!
Хиро молчал так долго, что Айя подумала: он заснул. Но наконец послышался голос Рена.
— Привет, Айя-тян. Входи!
Двери кабины открылись, и Айя шагнула внутрь.
Комнаты в квартире Хиро были украшены гирляндами из бесчисленных журавликов.
Это была древняя традиция из времен до эпохи ржавников, одна из немногих, переживших эпоху Красоты. Оригами. Когда девочке исполнялось тринадцать, она своими руками изготавливала гирлянду из тысячи бумажных птичек. Несколько недель уходило на то, чтобы сложить из маленьких бумажных квадратиков птицу с крыльями, хвостом и клювом, а потом нужно было скрепить всех птичек между собой по старинке — с помощью иглы и нитки.
После реформы свободомыслия некоторые девочки завели новый обычай: они посылали изготовленные ими гирлянды парням, чья известность резко подскакивала вверх, — юным красавцам с высоким рейтингом лица. Иначе творя — таким, как Хиро.
Стоило Айе увидеть эти гирлянды, как у нее разболелись пальцы. Она вспомнила о своей собственной тысяче журавликов. Цепочками бумажных птичек было завешано абсолютно все в квартире, за исключением священного стула Хиро, на который он садился для просмотра сети.
В данный момент он как раз восседал на этом стуле, протирая заспанные глаза. На нем была скайбольная футболка. Из кранов, вмонтированных в стену, лился зеленый чай, наполняя воздух ароматами свежескошенной травы и кофеина.
— Чашки захвати по пути, — сказал Хиро.
— И тебе доброе утро.
Айя насмешливо поклонилась брату и пошла за чаем.
Чашек, естественно, было две — одна для брата, другая для Рена, а не для нее. Айя зеленый чай терпеть не могла, но все-таки...
— Доброе утро, Айя-тян, — сонно пробормотал Рен, лежавший на диване.
Он сел, и от его спины отлепилась нитка с помятыми бумажными журавликами. Повсюду были разбросаны пустые бутылки. Дрон-уборщик собирал с пола объедки и вытирал пролитое шампанское.
Айя подала Рену чашку с чаем и спросила:
— Вы тут что-то праздновали или вспоминали славные деньки, когда были пустоголовыми?
— А ты не знаешь? — Рен рассмеялся, — Тебе стоит поздравить Хиро-сэнсэя.
— Хиро-сэнсэя? Что?!
— Все правильно, — кивнул Рен. — Твой брат наконец пробился в первую тысячу.
— В первую тысячу? — Айя ошеломленно заморгала. — Ты шутишь?
— В данный момент я восемьсот девяносто седьмой, — сказал Хиро, пристально глядя на настенный экран уолл-скрин.
Тут и Айя заметила запечатленное на экране число «896», набранное метровыми цифрами.
— Но при этом моя родная сестра меня упорно игнорирует. Где мой чай? — обратился Хиро к Айе.
— Я же не...
Усталость Айи сменилась головокружением. Сегодня утром она впервые за несколько лет не проверила рейтинг лица старшего брата. А он выбился в первую тысячу? Если он там удержится, в следующем месяце его пригласят на «Бал тысячи лиц» Наны Лав.
Как и большинство парней, Хиро был по уши влюбит в Нану Лав.
— Извини... Я ночью была вся в делах. Но это просто фантастика!
Хиро лениво указал пальцем на чашку, которую держала Айя.
Сестра поднесла ему чашку и учтиво поклонилась:
— Поздравляю, Хиро.
— Хиро-сэнсэй, — напомнил ей он.
Айя демонстративно уставилась на него:
— Собственного брата не обязательно называть сэнсэем, Хиро, какой бы он ни был знаменитостью. Может, расскажешь мне, как все получилось?
— Тебе не будет интересно. Скорее всего.
— Да ладно тебе, Хиро! Я все твои сюжеты смотрела — кроме этой ночи. 
— Ну, сюжетик был насчет одной компании старикашек, — сказал Рен. — Они вроде пласт-шутов, но только их совершенно не волнуют ни красота, ни экзотическая телесная мода. Интересует их исключительно продление жизни. Каждые шесть месяцев — частичная замена печени, каждый год — новое клонированное сердце.
— Продление жизни? — удивилась Айя, — Но сюжеты про стариков особой популярностью не пользуются.
— А у этого сюжета — привкус заговора, — ответил Рен. — У этих старикашек есть теория насчет того, что врачам известна тайна: как добиться, чтобы люди жили вечно. Они говорят так: единственная причина, почему люди умирают от старости, — это стремление сдерживать рост численности населения. Что-то вроде Операции Красоты. Врачи скрывают правду!
— Обалдеть... — пробормотала Айя.
У нее по спине побежали мурашки. Поверить во всякие заговоры было очень легко после того, как власти на протяжении нескольких столетий делали всех безмозглыми. А вечная жизнь... На такое бы даже малявки обратили внимание.
— Ты забыл о самом клевом, Рен, — заметил Хиро. — Эти старикашки собираются поднять весь город на борьбу... за бессмертие. Как будто это типа из разряда прав человека. Народ требует расследования! Скажи же?
Хиро небрежно покачал рукой. Число его рейтинга исчезло с экрана. Появилась паутина линий — огромный график, отражающий процесс прохождения сюжета по городскому интерфейсу в течение ночи. Гигантские спирали дебатов, несогласия и откровенной блокады сюжета расходились от канала Хиро. К обсуждению подключилось более четверти миллиона человек.
Было ли бессмертие завиральной идеей? Неужели головной мозг человека мог навсегда сохранить здравомыслие? Если никто не будет умирать, куда всех девать? Не закончится ли рост населения тем, что люди начнут пожирать планету?
От последней мысли у Айи снова закружилась голова. Она вспомнила тот день, когда в школе им показывали спутниковые снимки времен эпохи ржавников — до того момента, когда начался контроль численности населения. Крупные города были настолько велики, что их было видно из космоса Миллионы лишних людей перенаселяли планету, и большая их часть жила в абсолютной безвестности.
— Вы только поглядите! — воскликнул Хиро. — Все уже уходят от моего сюжета. Мой рейтинг упал до девятисот. Как только люди могут быть настолько плоскими!
— А может, сюжет про бессмертие помаленьку устаревает? — пошутил Рен, подмигнув Айе.
— Ха-ха, — мрачно проговорил Хиро, — интересно, кто украл мои баллы?
Он снова пошевелил рукой, и уолл-скрин распался на дюжину экранов поменьше. Появились знакомые лица двенадцати самых знаменитых технарей-«выскочек» в городе, Айя обратила внимание на то, что Хиро стал номером четвертым.
Ее брат наклонился к экрану и принялся обшаривать сеть, чтобы узнать, что происходит с его рейтингом.
Айи вздохнула. Хиро во всей красе. Он уже забыл о , что она пришла поговорить с ним. Но она молча уселась на диван рядом с Реном, стараясь помять не слишком много маленьких грустных бумажных журавликов. Она решила, что лучше дать Хиро спокойно разобраться с его рейтингом, а уж потом признается в том, что ее аэрокамера лежит на дне подземного озера.
К тому же Айя и сама была не против немного поглядеть на экран. Знакомые голоса успокаивали нервы. Это было похоже на разговор со старыми друзьями.
Лица людей так изменились со времени начала реформы «Чистый разум». Новые моды, группировки и изобретения стали просто непредсказуемыми. Порой из-за этого в городе воцарялась бессмыслица. Известные персоны служили лекарством от обыденности, от заурядности. Примерно так же, наверное, все обстояло во времена до эпохи ржавников, когда люди каждый вечер собирались у костра и слушали старейшин. Для утешения, для утоления чувства привычки и были нужны знаменитости — даже такие эго-«выскочки», как Нана Лав, которая рассказывала всего-навсего о том, что она нынче ела на завтрак.
В правом верхнем углу экрана Гамма Мацуи говорила о новой религии. Какая-то группировка историков применила сравнительный анализ к самым великим духовным книгам мира, а затем запрограммировала полученные результаты таким образом, чтобы система выдала Божьи заповеди.
И по какой-то причине программа велела этим историкам не есть свиней.
— Интересно, кому бы это вообще могло прийти в голову? — удивилась Айя.
— Вот-вот, — кивнул Рен и рассмеялся, — ведь свиньи — исчезающий вид. Похоже, этим типчикам придется серьезно поработать над полученными заповедями.
— Боги — это так старомодно, — сказал Хиро.
Айя улыбнулась.
Воскрешение древних религий вошло в моду сразу после реформы вольномыслия, когда все еще пытались осознать, что означают новые свободы. Но теперь помимо, религий было заново открыто столько всякого разного: воссоединение семей, преступность, манга и праздник в честь цветения сакуры. Да, существовало несколько сект, проповедовавших культ Янгблад, но у большинства людей дел было по горло, им было не до божественных супергероев.
— А что же затеял наш Безымянный? — спросил Хиро, переключив звук на другой канал.
Безымянным Хиро и Рен называли Тоси Банана — самого тупого из городских знаменитостей. Он скорее был критиком, нежели настоящим технарем-«выскочкой», и вечно обрушивался с нападками на какую-нибудь новую группировку или веяние моды, раздувал ненависть ко всему непривычному и незнакомому. Он считал, что свободомыслие было настоящей катастрофой, — только потому, что новые дикие хобби и мании могли грозить всеобщему спокойствию. Рен и Хиро никогда не произносили его имени, а прозвище меняли каждые пару недель — до тех пор, пока городской интерфейс не начинал понимать, кого же они имеют в виду. Порой даже насмешки помогали росту рейтинга лиц. В условиях репутационной экономики единственный реальный способ кому-либо навредить состоял в том, чтобы этого человека напрочь игнорировать. Безымянного все поголовно в городе либо люто ненавидели, либо обожали, и потому рейтинг его лица витал в пределах первой сотни.
Сегодня утром он критиковал новую тенденцию владельцев домашних животных и их омерзительные эксперименты по выведению новых пород. На экране появился кадр: была заснята собака, выкрашенная в розовый цвет. Клочья шерсти у нее были выстрижены в форме сердечек. Айя подумала, что это очень круто.
— Да ведь это просто пудель, тупица ты и брехло! — не выдержал Рен и запустил в экран подушку.
Айя захихикала. Не сказать, что смешные собачьи стрижки происходили прямиком из эпохи ржавников — точно так же, как шитье меховых шуб и поедание свиней.
— Он только зря небо коптит, — буркнул Рен, — Закрой его!
— Замени его следующим по порядку, — дал Хиро приказ своей умной комнате, и лицо Безымянного пропало с уолл-скрина.
Айя пробежалась взглядом по экранам. Она не увидела ничего, что взволновало бы ее так же сильно, как прогулка на крыше маглева. А ведь «ловкачки» просто обязаны были быть знаменитее, чем пудели, поедание свиней и слухи о бессмертии. Айе просто нужно было убедиться в том, что она станет самым первым репортером-«выскочкой», поместившим сюжет об этой компании на своем канале.
Но тут она увидела, кто появился в верхнем левом углу настенного экрана вместо Безымянного, и вытаращила глаза.
— Ой... — прошептала она. — Кто этот парень?
Но на самом деле она знала, как зовут этого роскошного красавца с лицом, как из манги.
Это был Фриц Мицуно.

Фриц 

— Этот пустоголовый — теперь тринадцатый в рейтинге самых популярных технарей-«выскочек»? — простонал Хиро — Быстро, однако.
— Включи звук, — попросила Айя.
— Ни за что! — воскликнул ее брат, — Меня от него тошнит.
Он пошевелил рукой, и лицо Фрица сменилось другим каналом.
— Хиро!
Рен наклонился ближе к Айе и прошептал:
— Этот малый — основатель новой группировки под названием «Общество абсолютной честности». А Хиро бесится из-за того, что Фриц решил создать эту группировку сам, без нашей помощи.
— Абсолютная... что? — нахмурилась Айя.
— Честность.
Рен прижал палец к виску, и его айскрины (как у всякого истинного технаря, у него персональные дисплеи имелись в обоих глазах) завертелись.
— Фриц придумал новую операцию на мозге. Совсем как в эпоху Красоты, только в итоге ты не становишься пустоголовым, а не можешь врать.
— Угу, — мрачно кивнул Хиро — Расчет был на то, что откроются новые горизонты для взаимодействия людей. А по правде эти «честняги» только и делают, что целые дни напролет треплются про свои чувства.
— Один мой приятель сделал себе такую операцию на пробу, — поведал Рен — Недельку промучился и потом сказал, что это скука смертная. Выходит так: если ты совсем не врешь, на тебя обязательно кто-нибудь злится.
Хиро и Рен расхохотались и стали просматривать другие каналы и наблюдать за тем, как падает и поднимается рейтинг «выскочек». Новая компьютерная религия оказалась мыльным пузырем. Гамма-сэнсэй все утро теряла рейтинг лица. А вот сюжет о пуделе работал — как это обычно происходило с забавно выглядящими животными, и рейтинг Безымянного подскочил до шестидесяти трех.
Айя молча смотрела в тот угол экрана, где ненадолго появилось лицо Фрица. Она пыталась вспомнить все слова, которые он ей сказал. Ему понравился ее нос, он реши л, что она загадочная, а еще он захотел узнать ее фамилию.
И все это не было враньем. Конечно, когда он узнает о том, что она собственный нос терпеть не может и что этот нос ей достался при рождении, а не стал следствием пластической операции, когда станет ясно, что она уродка, тайком пробравшаяся на вечеринку, что тогда скажет Фриц? Вряд ли стоит ожидать от него вежливой реакции. Его прооперированный мозг не позволит ему скрыть разочарование по поводу различий в амбициях...
Если только к этому времени Айя не повысит свой рейтинг.
— Слушай, Рен, — тихонько проговорила Айя, — ты у кого-нибудь когда-нибудь крал материалы?
— В смысле? Как делают «взломщики моды»? Нет, что ты. Это совершенно неспортивно.
— Да нет, я не про съемку знаменитостей тайком. Что-то вроде работы под прикрытием ради сюжета.
— Даже не знаю... — протянул Рен.
Ему явно стало неловко. Он был заядлым технарем, его сетевой канал был забит проектами всевозможных конструкций и новых компьютерных программ, а историй про людей у него почти не было.
— Городской Совет может скоро изменить правила насчет этого, — сказал Рен, — Понимаешь, они не хотят уподобиться ржавникам — в том смысле, чтобы кто-то получал доступ к важной информации, а кто-то — нет. Но никому не нравятся такие каналы, на которых просто показывают, как кто-нибудь сплетничает про своего друга, подружку или сотрудника. Или когда критики моды насмехаются над одеждой и результатами пластики.
— Ну да, такие каналы все терпеть не могут. Кроме толп народа, которые их смотрят, — парировала Айя.
— Хм! Пожалуй, тебе стоит спросить у Хиро. Он в этом больше соображает.
Айя посмотрела на брата. Тот, погрузившись в специфический сетевой транс, впитывал информацию со всех двенадцати экранов сразу. Можно было не сомневаться: Хиро уже планировал грандиозное продолжение сюжета о бессмертии. Момент для того, чтобы рассказать о собственном новом сюжете, был не самый благоприятный для Айи, в особенности потому, что она должна была упомянуть о пропавшей аэрокамере.
— Может быть, но не прямо сейчас, — ответила Айя. — Ну а ты над чем работаешь?
— Ничего грандиозного, — сказал Рен. — Тут одна команда пожилых красавцев заказала мне сюжетик. Баллов у них до фига, а по части рейтинга лиц — так себе. Эти чудаки пытаются воссоздать животных, истребленных в эпоху ржавников, представляешь? Из остатков древней ДНК и генного мусора.
— Правда, что ли? — изумилась Айя. — Слушай, а это круто, между прочим!
— Ну да, вот только оказалось, что они решили начать с червяков, слизней и насекомых. Ну, я им и говорю: «Червяки? Вы мне дайте знать, когда дойдете до тигров!» — Рен расхохотался, — Кстати, я смотрел твой сюжет насчет граффитчиков в подземке. Отличная работа.
— Правда? — Айя почувствовала, что краснеет. — Эти парни показались тебе интересными?
— Станут интересными, — пробормотал Хиро, не оборачиваясь, — Лет этак через тысячу, когда их художества раскопают.
Рен улыбнулся и прошептал:
— Вот видишь? Хиро тоже смотрит твой канал.
— Ага, а она мне взаимностью не отвечает, — буркнул Хиро, не отрывая глаз от экрана.
— Ну а ты теперь что снимать собираешься, Айя-тян? — спросил Рен.
— Это пока секрет.
— Секрет? — переспросил Хиро, — О-о-о, как загадочно.
Айя вздохнула. Она пришла, чтобы попросить брата помочь ей, но он явно был не в том настроении, чтобы возиться с ней. Вышел в первую тысячу. Что его теперь могло волновать?
И вообще, наверное, это было бессмысленно. Она не была уверена даже в том, что «ловкачки» сдержат свое обещание и свяжутся с ней, а если не свяжутся — как их потом искать?
— Не бойся, Айя-тян, — сказал Рен. — Мы никому не скажем.
— Ладно... Вы хоть раз слышали про «ловкачек»?
Рен глянул на Хиро. Тот медленно повернулся на вертящемся стуле. И он, и Рен очень странно посмотрели на Айю.
— Слышал про них, — сказал Хиро. — Но они не настоящие.
— Ненастоящие? — Айя рассмеялась. — То есть роботы или еще что-то в этом духе?
— Скорее всего, это лишь слухи, — пояснил Хиро, — «Ловкачек» не существует.
— А что ты про них знаешь? — спросила Айя.
— Ничего. И нечего о них знать, потому что их просто-напросто нет!
— Да ладно тебе, Хиро, — казала Айя. — Единорогов не существует, но я про них столько всякого знаю, например... у них рог на лбу. И они умеют летать!
— Да нет же! — Хиро застонал. — Летать умеет Пегас! А у единорогов только рог и есть, и хотя бы из-за этого они куда реальнее, нежели «ловкачки», о которых мне сказать тебе абсолютно нечего. Просто выражение «выскочек». В прошлом году кто-то прыгал с мостов с самодельными парашютами, но так и не стало известно, кто это такие. Все просто говорили: «Это были "ловкачки"». «Sly Girls» — по-английски. A «sly» означает «умный» и «пронырливый».
Айя вытаращилась на брата и заметила:
— У меня с английским получше, чем у тебя, Хиро-сэнсэй. А вдруг они все-таки существуют?
— Тогда они не стали бы секретничать. Я в том смысле, что некоторые группировки действительно начинают андеграунда, и очень многие люди выделывают хитрые трюки, но никто не хранит анонимность вечно. — Хиро медленно обвел взглядом комнату: настенный экран, гирлянды из бумажных журавликов, окно от пола до потолка, вид на которым плавно менялся. — В условиях репутационной экономики этим девицам стоило бы стать знаменитыми. Ты знаешь, что со времен начала реформы «Чистый разум» все истинные преступники сознались в совершенных ими злодеяниях?
Айя кивнула. Это было всем известно. Действительно, хотя бы на несколько дней имена этих преступников скакнули в первую тысячу в рейтинге лиц.
— А вдруг...
— Ничего этого нет, Айя.
— Но если я принесу тебе видеозапись, где засняты «ловкачки»? — спросила Айя, — Что ты тогда скажешь?
Хиро отвернулся к экрану и зевнул:
— Скажу то же самое, что сказал бы, если бы ты приставила ко лбу лошади пластиковый рог и начала бы проталкивать сюжет о единорогах. Все, хватит отнимать у меня время.
Сестра в сердцах сжала кулаки. Слезы защипали ее глаза. А она еще сомневалась, стоит ли тайком снимать «ловкачек». Нет, она заставит Хиро подавиться этими словами.
Айя перевела взгляд на Рена.
— Подскажи мне, где приобрести хорошую аэрокамеру. Совсем маленькую — Айя сжала в пальцах пуговицу на форменной куртке. — Вот такую.
— Это проще простого, — сказал Рен, но тут же нахмурился. — А кстати, где твоя аэрокамера? Ты раньше никуда не ходила без Моггла.
— Ммм... Ну, в общем, именно поэтому я тебя искала, Рен.
— Что? — Рен усмехнулся, — Неужели опять разбила объектив? Хватит уже прыгать из окна.
— Видишь ли... Все немного хуже, — еле слышно проговорила Айя.
Она заметила, что Хиро прислушивается к ее словам. Ну почему он замечал ее только тогда, когда она совершала ошибки?
— Понимаешь... — вздохнула она, — Я вроде как... потеряла Моггла.
Рен вытаращил глаза и воскликнул:
— Но как?..
— Ты потеряла Моггла? — Хиро обернулся. Его красивые глаза гневно сверкнули. — Как можно потерять и, аэрокамеру? Ведь аэрокамеры всегда летят домой, когда ты их где-то забываешь!
— Я Моггла не то чтобы где-то забыла, — промямлила Айя, — То есть я бы ни за что...
— Да ты в курсе, сколько времени Рен потратил на апгрейд?!
— Послушай, Хиро, я знаю, где Моггл, — еле выговорила Айя. Ком сдавил ей горло. — Мне просто нужна помощь, чтобы найти его... и вытащить на поверхность.
— На поверхность чего? — вскрикнул Хиро.
— Ну... есть одно подземное озеро, и...
Голос у Айи сорвался. Она закрыла глаза. Если Хиро будет еще кричать, у нее потекут слезы. Она ощутила руну Рена на своем плече.
— Все нормально, Айя-тян, — сказал он.
— Прости, — выдавила Айя.
— Да, похоже, сюжет может получиться тот еще... — Рен взволнованно выдохнул — Пожалуй, завтра у меня будет окошко... Может быть, я сумею помочь тебе вытащить Моггла из этого... подземного озера, ты так сказала?
Айя кивнула, не открывая глаз, и прошептала:
— Спасибо, Рен-тян.
— Ага, а она потом снова камеру потеряет, — буркнул Хиро.
— Нет, не потеряю! — воскликнула Айя. — А еще докажу, что ты ошибаешься насчет «ловкачек»!
Но Хиро только молча покачал головой. Айя отправилась домой, еле сдерживая слезы.
Она жутко устала. Ей казалось, что Рен ее теперь ненавидит, а ее тупой братец с каждой секундой становился все более знаменитым и невыносимым. Если Рен не сможет разыскать Моггла, она ни за что не наберет столько баллов, сколько нужно для приобретения новой аэрокамеры.
Айе хотелось одного: лечь и проспать до завтрашнего утра. Рен обещал встретиться с ней на стройплощадке. Но во второй половине дня она должна была явиться на уроки, перенесенные с утра. И самое противное — одно из занятий в расписании по ненавистному английскому для совершенствующихся. О том, чтобы пропустить уроки, не могло быть и речи. Успехи в школе были для уродцев самым простым способом добывать баллы, а вся хорошая работа доставалась красавцам и старикам.
Добравшись до корпуса Акира, она подлетела на скайборде к нижнему этажу и остановилась около небольшого настенного экрана.
— Айя Фьюз, — произнесла она.
Уолл-скрин вспыхнул, показал все входящие звонки и назначенные встречи, а также жалкий рейтинг лица Айи: четыреста пятьдесят одна тысяча четыреста сорок один.
Айе до смерти хотелось просмотреть как можно больше информации о Фрице Мицуно и Обществе абсолютной честности, но сделать это она могла только после уроков. Когда она пробежала глазами список назначенных встреч, ее взгляд приковало к себе одно сообщение...
Оно было анонимное, без каких бы то ни было анимационных сердечек и смайликов. К сообщению было приложено изображение глаз: тусклые, простые, уродливые — они подмигивали Айе.
Айя открыла сообщение и прочла:
«Видели твой сюжет насчет граффити. Для "выскочки" совсем неплохо.
Встретимся в полночь в том месте, где маглев отходит от Уродвилля.
Только не приноси камеру, иначе мы с тобой не играем.
Твои новые подружки».

«Ловкачки» 

— А можно со своим скайбордом?
Джай фыркнула:
— С этой игрушкой? Слишком медленно. К тому моменту, когда надо будет запрыгнуть на крышу, поезд будет идти со скоростью сто пятьдесят километров в час
— Ох...
Айя уставилась на длинную блестящую кривую линии маглева. Путь пролегал между низкими промышленными зданиями — белая дуга посреди тускло-оранжевых охранных фонарей. «Ловкачки» привезли ее на окраину города — в то место, где зеленый пояс сменялся промзоной и стройплощадками.
— А я думала, что вы забираетесь на поезд, когда он стоит, — сказала Айя.
— Тогда смотрители сразу были бы тут как тут, — Джай покачала ногой так небрежно, словно под ними не было стометровой пропасти. — У них мониторы расставлены на всем пути следования поезда.
— Но ведь сто пятьдесят километров в час — это очень быстро?
На большинстве скайбордов стояли ограничители скорости до шестидесяти километров в час.
— Для маглева это ерунда, — сказала Иден Мару. — Мы запрыгиваем на него, когда он замедляет ход на повороте. — Она указала в сторону окраины города, за которой начинался лес. — Дальше маглевы разгоняются до трехсот километров в час.
— До трехсот в час? И в это время мы еще будем на крыше?
— Будем надеяться, — улыбнулась Джай. — Выбор невелик.
Айя опустила глаза и взглянула на магнитные браслеты на запястьях. Они были немного больше тех, которые обычно надевали скайбордисты на тот случай, если случайно свалишься с летательной доски. Но хватит ли мощности браслетов при бешеном встречном ветре — триста километров в час?
Стараясь не смотреть вниз, Айя обхватила себя руками. Джай, Иден и она стояли на верхушке высоко трансляционной башни. Отсюда была видна тьма на горизонте — граница города.
До сегодняшней ночи Айя не была за городом и дикую природу видела только в телепередачах на особых каналах. Почему-то ей казалось, что оказаться там — на неосвещенной пересеченной местности — еще страшнее, чем запрыгнуть на крышу поезда, набирающего скорость.
С ней не было Моггла, и из-за этого она нервничала еще сильнее. Так обидно было, что ничего не удастся отснять. К утру все исчезнет, как сон. Айя чувствовала себя отрезанной от мира, нереальной.
— Следующий поезд — через три минуты, — сказала Джай. — Повтори: что самое важное в серфинге?
У Айи по спине побежала струйка холодного пота.
— Следить за сигналами, чтобы не остаться без головы.
— Повтори, что означают сигналы.
— Как только кто-то передо мной зажигает желтый свет — это означает, что нужно пригнуться. Красный свет означает, что впереди туннель и нужно лечь ничком на крышу поезда.
— Ты только слишком сильно не волнуйся, — хихикнула Джай, — а то и правда башку снесет.
«Интересно, — подумала Айя, — а им ни разу не приходила мысль, что можно всю дорогу пролежать на крыше? Тогда и за голову не было бы причины беспокоиться. С другой стороны, если бы они вообще не катались на маглевах, потеря головы осталась бы исключительно в области воображения».
— Похоже, ты все отлично запомнила, — сказала Джай.
— Ага, она у нас теперь почти эксперт, — фыркнула Иден.
— Расслабься, королева рейтинга, — буркнула Джай. — Не все здесь звезды скайбола.
— И пятнадцать здесь не всем. И «выскочки» не все.
— У нее уже и камеры нет.
Айя слушала их перебранку, гадая, какой же рейтинг лица у Джай. Многие из тех, кто избегал попадания своего имени в сеть, были при этом популярны. Самая большая знаменитость в городе — и во всем мире — не имела собственного канала. Но люди говорили о ней всякий раз, когда вспоминали о свободомыслии.
— Не надо за меня переживать, — сказала Айя, — Я уродка, но это вовсе не означает, что я тупая.
— Конечно нет, — усмехнулась Джай, — По мне, так твое уродство просто очаровательно.
— В последнее время мне то и дело об этом говорят, — вздохнула Айя, вспомнив Фрица Мицуно.
— Одна минута до старта! — крикнула Иден и спрыгнула с башни.
Снаряжение для скайбола смягчило и замедлило ее падение.
Совершив в воздухе пируэт, она повернулась к Айе и Джай и предупредила:
— Только будь осторожна, Айя.
— Будет, — буркнула Джай и перешагнула на поджидавший ее скайборд. — В первый раз они все осторожны!
Она рассмеялась и отлетела в сторону от башни. Вместе с Иден они понеслись к рельсам маглева.
Айя торопливо шагнула на скоростной скайборд, который ей дали Иден и Джай. Скайборд немного подался вниз под ее весом, но она ступнями ощутила мощь энергии.
Приближающийся поезд уже был виден. Он медленно выехал из депо, нагруженный товарами, предназначенными для доставки в другие города. Пока шум маглева слышен не был, но Айя знала, что триста тонн набирающего скорость металла при прохождении поезда сотрясут землю, как при пуске суборбитальной ракеты. Она полетела следом за Джай и Иден над промзоной — к условному месту встречи с остальными «ловкачками». Встреча должна была состояться на крыше невысокого фабричного здания рядом с путями. Внизу по улицам с грохотом проезжали грузовики без водителей. Они везли грузы с фабрик к стройплощадкам. Ни одного человека поблизости видно не было.
Айя пошла на посадку. Под днищем скайборда заскрежетал гравий. Она быстро пробежала по земле и спряталась за коробкой вентиляционной шахты, торчащей из заводского подземелья. Пахло серой и горячим клеем.
Присев на корточки и прислушиваясь к доносящемуся издалека рокоту поезда, Айя задумалась о Фрице Мицуно. Мысли о нем посещали ее каждые несколько минут. И как только короткий разговор мог так прочно засесть в мозгах?
Учителя в школе всегда предупреждали об опасности увлечения красивыми людьми. После реформы свободомыслия красавцы стали не такими безобидными, какими казались на вид. Могли легко заморочить голову, просто глядя на тебя огромными прекрасными глазами.
Конечно, Фриц был не такой. После уроков Айя просмотрела данные городского интерфейса. Насчет Общества абсолютной честности Рен оказался прав. Члены этой группировки действительно были не способны лгать, они не могли даже подразумевать неправду. Часть головного мозга, отвечающая за искажение истины, у них была полностью отключена. Примерно так же у пустоголовых были отключены сила воли, творческие позывы и отчаяние.
Но из-за того, что Фриц был с ней абсолютно искренен, Айя нервничала еще сильнее, как и из-за того, что рейтинг его лица взлетал все выше с каждым часом. Красавцем он пробыл всего несколько месяцев, а уже двигался примой наводкой к первой тысяче.
— Психуешь? — послышался голос из темноты.
Это была одна из «ловкачек». Она сидела на корточках за соседней вентиляционной коробкой. На вид она были младше Иден и Джай, но похожа на них. Такая же заурядная внешность, такая же непритязательная одежда
— Нет. Я в порядке.
— Но если боишься, серфинг куда веселее.
Айя рассмеялась. Эта девушка с тускло-русыми волосами выглядела почти как уродка. И глаза у нее были какие-то бесцветные.
«Может, она нарочно их такими сделала?» — подумала Айя, а вслух сказала:
— Ну, тогда я повеселюсь от души.
— Отлично — Девушка усмехнулась. — Так и должно быть!
Ей самой, похоже, не терпелось поскорее порезвиться. Рокот поезда слышался все ближе. Губы девушки расплылись в улыбке, как у красотки.
« Вот интересно, — подумала Айя, — как можно кайфовать, вот так рискуя жизнью? Да и кому вообще известно, что эта девушка — "ловкачка"?»
— Эй, а ты не из моего интерната, случаем? — спросила Айя. — Как тебя зовут?
Девушка засмеялась:
— Хочешь потом проверить рейтинг моей физиономии?
— Ох... — Айя отвернулась. — Что, так заметно?
— Слава всегда заметна — в этом и состоит ее смысл. — Девушка оглянулась и посмотрела в ту сторону, где притаилась Джай. — Я знаю, что ты время от времени запускаешь в сеть сюжеты. Нам придется отучить тебя от этой дурной привычки.
— Извини за вопрос.
— Да нет, ничего. Слушай, если тебе от этого будет легче, меня зовут Мики. А рейтинг лица у меня что-то вроде... девятьсот девяносто семь тысяч.
— Шутишь?
— Ловко, да? — с усмешкой проговорила Мики.
Айя покачала головой. Грохот приближающегося поезда мешал соображать. Всякий, кто выделывал подобные трюки, обязательно должен был стоять в рейтинге не ниже первой сотни тысяч — независимо от того, мелькало ли его имя в сетевых сюжетах. Городской интерфейс собирал все упоминания о твоем имени, а особенно сплетни, байки и слухи.
А девятьсот девяносто семь тысяч... ведь это почти миллион! Такие показатели были зоной изгоев, совершенно безвестного народа — вроде малявок и старикашек, которые не принимали лекарства от красотомыслия. Короче говоря, этих людей как бы вовсе не существовало.
Мики рассмеялась, глядя на оторопевшую Айю.
— Ну а Джай у нас еще более ловкая, поэтому она нами и командует.
— Ловкая в том смысле, что она... еще менее знаменитая?
Мики подмигнула Айе:
— Ага. Еще ближе к миллиону.
— Приготовиться! — крикнула Иден Мару.
Не голос прозвучал еле слышно на фоне грохота поезда.
— Приготовить серфы! — воскликнула Мики и встала на колени.
Айя ухватилась за передний край скайборда и попыталась сосредоточиться. Вся эта история вдруг стала намного более странной, чем просто катание на крыше маглена. По какой-то причине «ловкачки» перевернули репутационную экономику вверх тормашками. Они хотели исчезнуть, стать невидимками. Но почему?
Магнитные браслеты ударили по доске и накрепко приковали Айю к скайборду. Крыша фабрики содрогалась, рассыпанный по ней гравий приплясывал, будто град, падающий на землю.
Наконец Айе представилась возможность запустить сюжет не хуже тех, которые творил Хиро: долгие головокружительные интервью, десяток фоновых слоев с описанием личных историй «ловкачек», видеозаписи катаний на маглеве, встреч в подземельях. Если бы только они могла провести съемку так, чтобы девушки этого не заметили... Но ее аэрокамера валялась на дне озера.
Айя оглянулась через плечо на Джай. Холодная усмешка тронула ее губы. Она наконец поняла, как отомстить за погребение Моггла под водой. Она раскрутит этот сюжет: сделает «ловкачек» столь знаменитыми, что им такое и в самых страшных снах не приснится. Она позаботится о том, чтобы их имена стали известны всем.
—Эй, что-то у тебя видок какой-то странный! — перекрыв шум поезда, прокричала Мики. — Не струхнула ли под конец?
— Нет, — рассмеялась Айя — Просто готовлюсь!
Грохот звучал все громче и громче и наконец стал оглушительным. Поезд приближался. Сливающиеся воедино огни пролетали мимо. Пыль на крыше завертелась маленькими смерчами.
Поезд пошел по дуге. Айя услышала гулкий вой. Звук был такой, словно настраивался целый оркестр исполнителей, водящих пальцами по краешкам винных бокалов. Три сотни левитирующего металла и надежных смарт-материалов приобретали новый силуэт. Поезд немного сбавил скорость.
— Вперед! — скомандовала Иден.
Все поднялись в воздух.

Серфинг 

Скайборд резко рванулся вперед и потащил за собой Айю.
Летательную доску мотало из стороны в сторону. Айе казалось, что у нее вот-вот оторвутся кисти рук. Но она знала, что это ненадолго. Скайборд набирал скорость, летя вдоль дуги линии маглева.
Айя постаралась улечься пластом, свесив ноги с заднего края скайборда. Ее форменную куртку ветер раздумал, как флаг.
Щурясь от ветра, Айя почти ничего не видела. Мики, летевшая всего в нескольких метрах впереди, сливалась в размытое пятно. К счастью, скайборд был запрограммирован так, чтобы он летел сам по себе, пока его скорость не сравняется со скоростью поезда.
Когда прошлой ночью Айя устроила слежку за Иден и ее подругами, ей и в голову не приходило, что все так получится: ей самой доведется покататься на маглеве. Она-то думала, что проведет съемку с зумом с безопасного расстояния.
И пот теперь она неслась на скайборде так быстро, как еще ни разу в жизни не летала, а это даже не записывалось!
Земля быстро проносилась мимо, а идущий рядом поезд, казалось, замедляет ход. Скайборд его действительно нагонял.
Скоро нужно будет перепрыгнуть на крышу маглева.
На миг у Айи мелькнула мысль: умчаться в сторону и скрыться в ночной темноте. Она все еще могла сделать сюжет о тайной группировке, помешанной на диких трюках и бегстве от славы.
Правда, никаких доказательств достоверности для такого сюжета у нее не было, кроме мощных магнитных браслетов, скоростного скайборда и аэрокамеры, лежащей на дне подземного озера. Она не знала полных имен «ловкачек», кроме Иден Мару. Никто бы ей не поверил, а уж меньше всех — Хиро.
Для того чтобы отснять нужный материал, ей нужно было, чтобы «ловкачки» приняли ее к себе, решили бы, что Айя Фьюз — одна из них. А чтобы это произошло, она должна была оказаться на крыше маглева.
Слушая вой ветра, Айя ощущала мощь физических сил, окружавших ее со всех сторон. Эти силы, казалось, только того и ждут, что она совершит какую-нибудь ошибку. Поезд словно замер. Его скорость и скорость скайборда сравнялись.
Дисплей автопилота мигнул. Он свою работу сделал. Теперь Айя должна была взять управление скайбордом на себя.
Джай старательно проинструктировала ее насчет этого этапа серфинга. При любом резком движении скайборд мог налететь на маглев или врезаться в ближайшее здание.
Мчавшаяся перед Айей Мики плавно раскачивалась вперед и назад, готовясь к прыжку.
Айя затаила дыхание... и подняла вверх пальцы правой руки. Сильнейший ветер больно давил на ладонь, отгибал пальцы назад. Скайборд задрожал и отлетел чуть и Сторону от поезда.
Она сжала кулак. Сработали стабилизаторы и выровняли положение скайборда. Руку Айи затрясло, как в ознобе.
Какая скорость... Эх, если бы только Моггл видел и снимал это.
Мики, летевшая впереди, находилась всего в метре от поезда. Другая девушка, перед Мики, уже протянула руку к маглеву. Айе нужно было запрыгнуть на крышу поезда до того момента, как закончится дуга и пути пойдут по прямой линии.
— Ну, вперед, — проговорила она сквозь стиснутые зубы.
Она согнула большой палец левой руки, чуточку приподняв его над краем скайборда. На этот раз скайборд отреагировал более спокойно и плавно свернул к плоской, ровной крыше маглева. Айя начала приближаться к поезду постепенно — так, как управляют воздушным змеем, едва заметно натягивая бечевку.
В нескольких метрах от поезда летательная доска снова начала вилять и дрожать. Джай насчет этого предупреждала Айю. Это действовала ударная волна — невидимый барьер турбулентности, создаваемый прохождением поезда. Айя начала сражаться с турбулентностью, управляя скайбордом с помощью определенных жестов. Все ее мышцы были напряжены. От перепадов давления у нее закладывало уши, глаза слезились от ветра.
Внезапно турбулентность прекратилась. Айя легко преодолела оставшееся расстояние, и скайборд мягко коснулся металлической обшивки маглева. Она ощутила вибрации поезда на поверхности скайборда. Магнитный контакт между летательной доской и маглевом становился все более прочным.
Ветер стал тише. Айя оказалась как бы внутри тонкого пузыря спокойного воздуха, обволакивающего поезд. Это было нечто наподобие так называемого ока бури.
Айя отключила магнитный механизм левого браслета, медленно провела ладонью по поверхности скайборда и перенесла руку на крышу поезда. Ладонь легла жестко и прочно.
А вот второй браслет отключать было страшновато. Длина скайборда равнялась ее росту, а маглев был таким громадным и мощным. Она чувствовала себя крысой, пытавшейся вскочить на спину бегущего динозавра.
Зажмурившись, Айя освободила правую руку, вплотную подлетела к поезду и опустила ладонь на крышу.
Ей удалось! Поезд грохотал под ней, как неспокойный вулкан. Ветер здесь дул не с такой силой, но все-таки волосы и одежда развевались. Так или иначе, Айя оказалась «на борту».
Гул поезда зазвучал громче. Подвижные смарт-материалы, из которых были изготовлены стыковые детали, вытягивали состав в прямую линию. Айя успела переместиться на крышу как раз вовремя.
Состав теперь представлял собой идеальную прямую. Вдоль всей длины маглева выстроились девять «ловкачек». Оглянувшись назад, Айя отбросила с лица прядь волос и увидела еще трех девушек. Все благополучно «оседлали» маглев.
Поезд начал набирать скорость. Ветер усилился. Большинство «ловкачек» встали во весь рост и расставили руки в стороны, ловя ветер. Иден сказала, что это похоже на полет.
Айя вздохнула. Неужели лежать на крыше маглева уже не было рискованно и нужно было непременно вставать?*
Но если она хотела, чтобы «ловкачки» приняли ее в свои ряды, она должна была вести себя так же безумно, как они. Да и какой же серфинг лежа?
Айя развязала тесемки на правом браслете, сняла его и, подтянув к себе ноги, с трудом нацепила браслет на щиколотку. Ей было ужасно неудобно, но, повозившись минуту, она надежно закрепила браслет на ноге. Включив магнитный механизм, Айя почувствовала, как ступня надежно прилипла к крыше.
Волнуясь, девушка отлепила от крыши левую руку... и ее не снесло ветром.
Начиналось самое страшное.
Айя стала осторожно подниматься, широко расставив ноги и раскинув руки в стороны — совсем как ребенок, «первые вставший на скайборд. Мики, что была впереди, под ветром выгнулась вбок. Айя попробовала принять такую же позу.
Чем больше она распрямлялась, тем сильнее ощущала ветер. Его невидимые, хаотичные порывы ударяли по ее телу, отбрасывали волосы за спину.
Но вот наконец Айя выпрямилась в полный рост. Все ее мышцы были натянуты как струны.
Поезд подъехал к дальней границе зоны нового строительства. С каждым днем город разрастался вширь. Мелькали цепочки огней рабочего освещения, похожие на оранжевые кометы, пролетали мимо землеройные машины размером с особняк. Впереди лежала девственная природа — леса и горы. Только их темная масса оставалась неподвижной посреди вихря огней, грохота и шквального ветра.
Но вот мимо промчались последние огни стройки, и поезд погрузился в море темноты. Городской интерфейс остался позади, и скинтенна Айи утратила связь с ним. Мир быстро опустел: ни сетевых телеканалов, ни рейтингов лиц, ни славы. Впечатление было такое, словно их унесло ветром.
Почему-то Айя не ощущала тоски по всему этому. Она весело хохотала. Она чувствовала себя огромной, ей казалось, что ее никто и ничто не способно остановить. Наверное, так ощущал бы себя ребенок, сидящий верхом на лошади, скачущей во весь опор.
Безумная энергия маглева текла по ее рукам. Повернув ладони вперед, Айя почувствовала, как воздушный поток поднимает ее вверх, как натягивается шнуровка на браслетах, обхвативших ее лодыжки. Она уподобилась птице, жаждущей взлететь. Малейшее движение — и ее тело принимало новую позу. Ветер словно стал повиноваться ее воле.
Но вдруг Мики присела на корточки. Она что-то сжимала в руке...
Желтый свет.
— Черт!
Айя поспешно опустила ладони вниз и присела на крышу поезда.
Только она успела сделать это, как над ее головой пронеслось нечто невидимое и большое, прошипевшее в воздухе, будто лезвие меча. Сила ударной волны получилась невероятно высокой.
А потом все пропало. Айя даже не успела понять, что это было.
Она сглотнула ком, сдавивший горло, и прищурилась. Впереди протянулась цепочка желтых огоньков. Один за другим они начали гаснуть. Опасность миновала.
Как она могла не заметить эти огоньки сразу?
«Не волнуйся слишком сильно, — предупреждала ее Джай. — Иначе башку потеряешь».
Вся дрожа, Айя медленно поднялась. Головокружительное ощущение собственного могущества как ветром сдуло. Впереди простиралась тьма — насколько хватало глаз.
Айя Фьюз вдруг почувствовала себя такой маленький…

Туннель 

Насчет загородной местности Айя поняла четыре вещи.
Во-первых, эта местность была бесформенной. По обе стороны от поезда пролетал лес, сливавшийся в непроницаемую массу. Это была бешено мчащаяся мимо бездна.
Во-вторых, местность была бескрайней. А может быть, что-то странное случилось со временем, и оно разорвалось. Айя не могла понять, как долго продолжается серфинг — несколько минут или несколько часов.
В-третьих, небо здесь было невероятно гигантским, и в этом не было смысла. Ведь небо, по идее, везде должно было иметь одинаковые размеры. Но тьма над головой тянулась бесконечно, и ее не прерывал зазубренный городской горизонт, не рассеивал отраженный свет.
И наконец, здесь было холодно. Хотя возможно, холодно было только из-за того, что в лицо дул ветер со скоростью триста километров в час.
«В следующий раз захвачу вторую куртку», — подумала Айя.
Немного погодя Айя увидела силуэт Мики, присевай ни корточки. Она обеспокоенно поискала взглядом остальных девушек, но никаких сигналов типа «береги голову» не увидела.
А Мики, похоже, возилась с браслетом на лодыжке… и вдруг она скользнула назад, сидя на крыше поезда. Ветер оттолкнул ее.
— Мики! — вскрикнула Айя, встав на колени и протянув ладонь.
Поравнявшись с Айей, Мики резко опустила руку с зажатыми в ней магнитным браслетом и остановилась. Она хохотала, ветер растрепал ее волосы.
—Эй, Айя-тян! — прокричала она, — Как делишки?
Айя прижала ладонь к груди и сказала:
— Ты меня напугала!
— Прости, — пожав плечами, улыбнулась Мики — Ветер всегда толкает назад по крыше поезда. Ну как, наслаждаешься?
— Конечно — Айя сделала глубокий вдох — Но холодно очень.
— Что верно, то верно — Мики задрала подол стандартной покупной рубашки, под которой оказалось шелковое рейнджерское нижнее белье. — Только это и спасает.
Айя растерла замерзшие руки. Она жалела, что Джай не предупредила ее о том, что будет так холодно.
— Я вернулась к тебе, чтобы сказать, мы уже недалеки от гор! — прокричала Мики, приподнявшись на одно колено. — Скоро поезд снова замедлит ход.
— И мы спрыгнем?
— Да. Но сначала будет туннель.
— Ах да. — Айя поежилась. — Красный предупреждающий сигнал. А первый, желтый, я чуть не пропустила.
— Не переживай. Гора к тебе не подкрадется незаметно. — Мики обняла Айю за плечи. — И там не так ветрено.
Айя поежилась, прижалась к Мики со словами:
— Жду не дождусь.

Горный хребет медленно вставал на горизонте. Его черный силуэт проступал на фоне звездного неба.
Чем ближе к горам, тем ярче Айя осознавала, какие они большие и высокие. Та, что стояла прямо по курсу, похоже, была шире футбольного стадиона и намного выше главного городского небоскреба. Гора заполняла собой небо.
Но Айя уже начала привыкать к невероятным размерам всего, что видела вокруг.
«Интересно, — подумала она, — как же люди передвигались по этим краям раньше, до того как был изобретены маглевы, скайборды и даже автомобили?»
От таких масштабов можно было сойти с ума.
Неудивительно, что ржавники пытались залить дикую природу асфальтом.
— Ну вот, — сказала Мики, взмахнув рукой.
Впереди на крыше поезда мигнул красный огонек. За ним вспыхнул другой, а потом еще семь.
Микки вытащила из кармана фонарик, включила красный свет и повернула маячок к хвосту поезда.
Айя принялась торопливо отвязывать магнитный браслет от лодыжки. Ей хотелось надежно прикрепиться к крыше поезда руками до того момента, когда они подъедут к туннелю.
— Все нормально? — спросила Мики, — Что так нервничаешь?
— Все хорошо.
Айя поежилась. Она вдруг снова почувствовала себя маленькой — как в то мгновение, когда маглев только покинул пределы города.
— Это хорошо, что ты пока чувствуешь себя неуверенно, сказала Мики, — Знаешь, я ведь занимаюсь серфингом не только потому, что это весело. Плюс ко всему это меня меняет. А вот к переменам еще надо привыкнуть.
Айя кивнула. Она совсем не собиралась жаловаться. «Ловкачки» должны были поверить, что она такая же, как они, что она в восторге от их безумных развлечений и готова навсегда расстаться с «выскочками».
Но Мики была права. Айя чувствовала: в ней что-то изменилось — но что, этого она пока сама не понимала. За время катания на маглеве страх так быстро сменился восторгом, а на смену восторгу почти мгновенно пришло ощущение собственной никчемности...
Айя обвела взглядом темные окрестности, пытаясь разобраться в себе. Сейчас ее чувства не были похожи ни на панику, охватывавшую ее всякий раз, когда она видена огни города, ни на жуткую уверенность в том, что она никогда не станет знаменитой и до нее никому не будет дела. Почему-то, глядя в темноту, Айя радовалась тому, что мир намного больше ее. Она была потрясена, но при и этом — спокойна.
— Я понимаю, о чем ты... Что-то меняется в мозгах, когда ты здесь.
— Неплохо сказано. — Мики улыбнулась. — А теперь пригни голову.
— Ой, да. Туннель.
Они улеглись на крышу маглева, и браслеты накрепко примагнитились к ней. Гора была все ближе и ближе и наконец уподобилась гигантской волне, катящейся по черному морю.
Айя прищурилась, глядя вперед, и увидела, как красные огоньки один за другим исчезают в пасти туннеля вместе с передней половиной поезда.
А потом воздух содрогнулся, и Айю поглотила тьма. Рев поезда стал вдвое громче из-за эха и реверберации. Всем телом Айя ощутила, как изменились вибрации маглева.
Темнота в туннеле ощущалась гораздо сильнее, чем снаружи, под звездным небом. Айя чувствовала, что крыша туннеля совсем близко — можно было вытянуть руку и прикоснуться к ней, если, конечно, ты хотел остаться без руки.
Мегатонны камня словно давили на нее. Казалось, само небо обратилось в камень. Несколько секунд назад маглев представлялся громадным, а теперь гора будто бы уменьшила его, превратила в карлика, а Айя стала тоненькой прослойкой пространства между горой и крышей поезда.
— Чувствуешь? — крикнула Мики.
— Что? — Айя повернула голову.
— Похоже, мы замедляемся.
— Уже? — Айя нахмурилась — Разве дуга не по другую сторону туннеля?
— Так и есть. Но ты прислушайся.
Айи внимательно прислушалась к оглушительному грохоту. Постепенно она начала различать звуки, отделять один от других. В реве поезда прослеживался определенный ритм. Маглев явно задевал за какой-то дефект на своем пути.
Равномерное постукивание слышалось все реже и реже.
— Ты права. А что, поезд тут когда-нибудь останавливался?
— Не слышала о таком. Ой! Чувствуешь?
— Ммм... Да.
Тело Айи скользнуло вперед. Поезд все более заметно тормозил. Ноги Айи по инерции занесло в сторону.
Мало-помалу рев и грохот начали утихать. Поезд плавно остановился. Кожа Айи, обожженная ветром, покрылась попурышками.
— Похоже, с поездом что-то случилось, — тихо проговорила Мики — Будем надеяться, его быстро починят.
— А и думала, на грузовых поездах нет экипажа.
— На некоторых есть. — Мики медленно выдохнула. — Наверное, будем ждать, и...
Крыша маглева озарилась светом. Он лился справа и неровно мигал, будто кто-то шел мимо с фонарем. Айя впервые увидела туннель изнутри: поезд стоял посреди гладкого каменного цилиндра. Крыша находилась всего в сантиметрах в двадцати от головы девушки. Айя протянула руку и прикоснулась к холодному камню.
— Черт... — прошипела Мики. — Наши скайборды!
Айя сглотнула подступивший к горлу ком. Скайборды держались справа у обшивки поезда, на несколько метров выше человеческого роста. Если бы тот, кто проходил вдоль состава, посмотрел вверх и заметил скайборды, он бы непременно заинтересовался, что это такое. — Давай глянем, что происходит, — прошептала Мики.
Она отсоединила от крыши свои магнитные браслеты и подползла к самому краю.
Айя тоже отключила магнитный механизм и последовала за Мики. Если кто-то из технического персонала заметил скайборды, надо было предупредить остальных «ловкачек».
Мики и Айя свесили головы и посмотрели вниз. В узком просвете между поездом и стеной туннеля сгрудились три человека. Свет фонарей искажал их силуэты. Айя поняла, что люди парят в воздухе. Они были одеты во что-то наподобие снаряжения для скайбола, которое носила Иден.
Но скайбордов они пока не заметили. Они вообще не осматривали поезд. Все трое глядели на стену туннеля...
А стена двигалась.
Горная порода трансформировалась. Камень плавно удлинялся и менял цвета — так расплывается масло по поверхности рябящей воды. Туннель наполнился звуком, похожим на тот, который возникает, если провести влажным пальцем по краешку винного бокала. Айя почувствовала, что изменился вкус воздуха: стал таким, как в сезон дождей перед ливнем.
Один за другим тонкие слои размягченного камня отвалились, и в стене туннеля стала видна широкая дверь.
Огни фонарей, которые держали эти трое, нырнули в дверной проем. Но заглянуть внутрь с крыши поезда было невозможно. До Айи донеслось эхо шагов. Судя по звукам, за дверью находилось просторное помещение. Вход озарился оранжевым сиянием, на фоне которого «мелькали тени.
В обшивке маглева открылась панель, соответствующая дверному проему в туннеле. С помощью левитационных магнитов поезд немного опустился, и один проход оказался напротив другого.
Одна из фигур направилась к поезду. Айя поспешно отодвинулась назад от края крыши. А когда снова отважилась выглянуть, увидела, что три человека с фонарями стоят в стороне и смотрят на массивный предмет, выплывающий из открытой панели в обшивке маглева.
Это было что-то вроде прочного металлического цилиндра длиннее роста Айи и диаметром около метра. Похоже, предмет был очень тяжелый. Четыре дрона-носильщика, прилипшие к нему снизу, неровно подрагивали: медленно, с похоронной скоростью двигались со странной ношей к проему в стене.
Не успел цилиндр исчезнуть с концами в недрах тунеля, как появился второй, точно такой же. Потом — третий.
— Ты видела? — послышался тихий шепот Мики.
— Да. Но кто это такие?
— Не люди.
— Не лю... Что ты сказала?
Айя повернула голову, заглянула Мики в лицо и поняла, что та смотрит не на металлические цилиндры, плывущие из маглева в проем в стене туннеля. Мики, вытаращив глаза, наблюдала за тремя силуэтами тех, о ком сейчас сказала, что это не люди. Вглядевшись в темноту, Айя поняла, что на самом деле фонари не искажают силуэты, как ей показалось сначала. Три фигуры, парящие в полумраке, были неправильными: ноги до смешного вытянутые и худые, руки слишком гибкие, пальцы длинные, как кисточки для каллиграфии. А лица... Огромные, слишком широко расставленные глаза, бледная кожа без единой волосинки.
Мики оказалась права: это были не люди.
Айя негромко ахнула, а Мики отползла назад от края крыши. Они молча лежали рядом. Айя зажмурилась. С часто бьющимся сердцем она представила себе, как суставчатая рука тянется за ней над поездом и хватает ее.
Она заставила себя дышать медленно и стиснула кулаки. Наконец страх немного отступил, Айя отважилась снова подползти к краю крыши и посмотреть вниз. Уже, наверное, в сотый раз за эту ночь она пожалела о том, что рядом нет Моггла, что он не парит в воздухе над ее плечом. При ней были только собственные глаза и разум.
Странные существа все еще находились между поездом и стеной туннеля и наблюдали за процессией дронов-носилыциков. Дроны теперь перетаскивали из туннеля в маглев стулья и экраны, синтезаторы пищи, промышленные установки для очистки воздуха, невероятное количество контейнеров с мусором. Они внесли в поезд даже наполненный водой аквариум, внутри которого от стенки к стенке метались испуганные рыбки.
Кто-то явно выезжал из потайного помещения... но что же представляли собой металлические цилиндры, которые дроны доставили внутрь?
Наконец панель в обшивке поезда закрылась, и снова послышался гул. Проем в стене туннеля подернулся темными полосами. Казалось, невидимый паук со страшной скоростью заплетает отверстие паутиной. А потом дверь начала затягиваться размягченными слоями горной породы и вскоре окончательно исчезла.
—Подвижный смарт-материал, — прошептала Мики.
Айи понимающе кивнула. Поверхность стены в последний раз дрогнула и уподобилась камню. Фонари погасли. Туннель погрузился в кромешную тьму.
— Сюда, — шепнула Мики и, взяв Айю за руку, потянули па собой, к середине крыши.
Довольно быстро маглев пришел в движение, появился ветер.
— Скоро нам спрыгивать, вот и расскажем обо всем остальным.
— Но кто же это был, Мики? — спросила Айя.
— Наверное, ты хотела спросить, что это такое?
— Ну да.
Айя лежала на крыше маглева, обессиленная и ошеломленная, Она пыталась прокрутить в памяти увиденное только что. Ей нужно было время для раздумий, ей нужен был городской интерфейс. А больше всего ей был нужен Моггл.
История запутывалась все сильнее и сильнее.

Спасательная операция 

— Знаешь, когда я сделал Моггла водонепроницаемым, я даже не думал, что эта его функция тебе когда-нибудь понадобится.
— Извини, — вздохнула Айя.
Она произнесла слово «извини» уже тысячу раз с тех пор, как они утром встретились с Реном. Даже ей самой это слово успело надоесть.
— То есть... я хотела сказать: больше такого не повторится, — добавила Айя.
Рен посмотрел на неподвижную черную воду и заметил:
— Между прочим, ты до сих пор не рассказала мне, как это вообще произошло.
— Наверное, они выследили Моггла. И залепили ему пломбу — в этом я уверена.
Айя шагнула к краю скайборда и посмотрела вниз. Вообще-то она не была уверена даже в том, правильное ли место нашла. Все, что она могла вспомнить о той ночи, — полумрак, страх и хаос, а теперь парящие в воздухе лампы, которые прихватил с собой Рен, ярко освещали подземный резервуар. Ничто не совпадало с образами, запечатлевшимися в сознании Айи.
— Они бросили Моггла вот здесь... кажется.
— Они? В смысле «ловкачки»?
— Да, Рен, они настоящие, они существуют. А вы с Хиро не видели их только потому, что они недолюбливают «выскочек». — Айя указала на черную поверхность воды. — Вот почему моя аэрокамера лежит там.
Рен фыркнул. Он двумя руками держал какой-то хитрый прибор. Большие пальцы проворно бегали по клавиатуре, айскрины Рена быстро вертелись. Приборчики Рен собирал своими руками, и эти устройства могли обращаться с любыми машинами в городе.
— Ну, что сказать... — пробормотал Рен, — Пломбу они поставили серьезную. Моггла вообще не видно: ни городского сигнала, ни личного канала. Даже аккумулятор и тот не регистрируется.
Айя застонала. Звук ее голоса растекся по поверхности воды и отразился от старинных кирпичных стен эхом, прозвучавшим, словно унылый хор. Резервуар оказался еще огромнее, чем запомнилось Айе.
«Тут можно собрать весь сезон дождей, — подумала она. — Как же мы здесь разыщем одну маленькую аэрокамеру?»
— Что же нам делать?
— Знаешь, у нас, технарей, есть поговорка: если не можешь воспользоваться самой зашибенной технической новинкой, просто посмотри глазами.
Рен повозился с пультом управления прибором, и одна из небольших ламп загорелась ослепительно ярко и направила луч прямо в воду. Затем лампа подлетела ближе к Айе, остановилась и осветила глубины подземного резервуара.
Айя снизилась почти к самой воде, опустилась на колени и стала всматриваться вглубь.
— Ой... Неужели мы вот это пьем?
— Сначала эту воду фильтруют, Айя-тян.
Вода была мутной. Тут и там на глаза попадались комочки грязи и мусора, унесенные дождевыми потоками по водостокам. Пахло сырой землей и подгнившей опавшей листвой.
— А сильнее эта лампа светить не может? — спросила Айя.
—  Давай попробуем вот так.
Рен шевельнул рукой. Лампа опустилась так низко, что ее колпак коснулся поверхности озера. Луч стал ярче, обрисовав полусферу освещенной воды. Айя словно парила над перевернутым закатом, окрашенным в зеленые и коричневые тона.
Наконец она разглядела дно резервуара. Тонкий слой ила, гнилые сучки, строительный мусор. Кое-где проглядывало кирпичное дно.
Моггла нигде не было видно.
— Ммм... Наверное, это не то место.
— Плохо.
Рен лег на спину и стал рассматривать сводчатый потолок. Подняв руки, он шевельнул пальцами. Айя поняла, что он начал играть в какую-то сетевую игру.
— Скажи, когда найдешь то.
— Но, Рен-тян...
— До встречи, умелица терять камеры.
Она была готова протестовать, но Рен полностью погрузился в игру.
Айя вздохнула и ничком улеглась на скайборде, упершись, подбородком в передний край. Она медленно поплыла над водой, вглядываясь в освещенную лампой муть.
В одном Рен был прав. Это вправду было ужасно скучно, Всякий раз, как только лампа послушно следовала за ней и опускала колпак в воду, Айе приходилось ждать, пока утихнет рябь. Девушка разглядела на дне несколько предметов, которые ее очень удивили: бумеранг, фрагменты воздушного змея, сломанный игрушечный меч. Но Моггла не было. Айя понимала, почему Рен предпочел играть в свою игру, а не осматривал дно замусоренного коллектора вместе с ней.
Хорошо, хотя бы вчера она получила самые высокие отметки за все тесты, а присмотр за малышами после ланча должен был принести ей как раз столько баллов, что их хватит на приобретение камуфляжной краски для Моггла. А когда этот сюжет наконец будет запущен, она станет такой знаменитой, что ей больше никогда не придется переживать за жалкие баллы.
Вглядываясь в таинственные глубины подземного озера, Айя мысленно вернулась к событиям прошедшей ночи, к тому, что они с Мики увидели в туннеле. Что же за секретные объекты нужно было прятать в недрах горы? И почему эти люди так странно выглядели? Даже самые отъявленные пласт-шуты никогда так не уродовали свои тела.
Сегодня ночью «ловкачки» снова собирались прокатиться на маглеве и попробовать что-то выяснить. Рен дал Айе скрытую камеру размером с рубашечную пуговицу, но этой камерой можно было снять только зернистые кадры на ближнем плане. А для того чтобы запечатлеть «ловкачек» во всей красе, Айе был нужен Моггл, который бы тайком летел за ней на безопасном расстоянии.
Вдруг Айя разглядела на дне небольшой бугорок, покрытый илом.
— Моггл? — пробормотала она, протирая глаза.
Бугорок был вполне соответствующего размера и формы — как уменьшенный вдвое футбольный мяч.
— Эй, Рен! — крикнула Айя. — Рен!
Вращение глазных дисплеев Рена приостановилось, его взгляд стал обычным.
— Моггл здесь!
Рен раскинул руки в стороны и перебросил ноги через край скайборда.
— Отлично. Настало время для второго этапа, а он намного веселее.
— Это хорошо. А то я успела затосковать.
— Ты уж мне поверь, сейчас не соскучишься, — улыбнулся Рен.

Второй этап, как выяснилось, заключался в использовании баллона со сжатым гелием, размером с огнетушитель. На штуцере баллона висел пустой шар-метеозонд.
Айя удивленно уставилась на странную конструкцию.
— Не понимаю, — призналась она.
Рен бросил ей баллон. Айя охнула — тот оказался довольно-таки увесистым. Ее скайборд несколько секунд качался, пока магнитные механизмы привыкали к новой нагрузке. Потом днище доски с плеском легло на воду.
— Чувствуешь, какой тяжелый? — осведомился Рен.
— Ага, да.
Вода залила скайборд, ботинки с магнитными подошвами промокли.
— Это для того, чтобы решить твою проблему с погружением, — пояснил Рен.
— А у меня проблема с погружением?
— Да, Айя-тян. Как большинство людей, ты держишься на поверхности воды, — сказал Рен — Исключительно из-за того, что в твоих легких имеется запас воздуха. А этот баллон достаточно тяжелый, и он поможет тебе опуститься на самое дно.
Айя часто заморгала.
— Рен, погоди минутку. Мне моя проблема с погружением... нравится. И воздух в легких тоже! Я не собираюсь туда нырять!
— А как же еще ты достанешь Моггла? — рассмеялся Рен.
— Я не знаю, — сказала Айя. — Я-то думала, ты изготовишь что-то вроде... маленькой субмарины?
— Мне разве больше не на что свои баллы истратить? — Рен указал на баллон с гелием: — На донышке — магнит. Установишь баллон прямо на Моггла, и он прикрепится.
—Но как же я потом вернусь на поверхность? Эта штука весит целую тонну!
— А здесь есть хитрость. Просто поверни вот это.
Рен подлетел ближе к Айе и крутанул вентиль на штуцере. Послышалось шипение, и Рен сразу завернул вентиль.
— Шар наполнится гелием, — пояснил он, — и вынесет тебя вместе с Могглом на поверхность! Неплохо придумано, правда?
— Да ничего себе. Но я гелием дышать не могу. Где моя подводная маска?
Айя выразительно глянула на открытый багажник скайборда Рена.
— Просто задержи дыхание.
— Задержать дыхание? — воскликнула Айя. — Значит, вот как продвинутые технари теперь решают проблемы?
Рен удивленно вытаращился на нее и заметил:
— До дна всего пять-шесть метров. Это не больше чем в плавательном бассейне в секторе для прыжков в воду
— Большое спасибо. Ты мне еще про прыжки в воду напомнил. Я же их боюсь до смерти, — Айя нахмурилась, — И вода жутко холодная!
— Вот и славно, —  кивнул Рен, — Может быть, в следующий раз ты подумаешь об этом, прежде чем терять аэрокамеру.
Айя уставилась на Рена. Она догадывалась, что его подговорил Хиро. Если бы они только знали, какой фурор мог произвести этот сюжет, они бы поняли, почему она пожертвовала Могглом. Но до поры она не могла этого объяснить — пока не выяснит, что прячут в недрах горы.
— Ладно. — Айя прижала к груди баллон с гелием и устремив взгляд на освещенную лампой воду, снова высмотрела Моггла. — Больше подсказок не будет?
Рен улыбнулся:
— Просто будь осторожна, Айя-тян.
— Постараюсь.
Айя сделала глубокий вдох... и прыгнула в воду
Мгновение у нее в ушах звучал шум всплеска, но вес баллона быстро унес ее вниз, к спокойной воде. Сквозь замкнутые веки она различала свет ламп. Ее мышцы сковало холодом.
Наконец подошвы ботинок Айи коснулись кирпичного дна и заскользили по слою ила. Под тяжестью баллона Айя едва не опустилась на колени, но все же смогла удержаться на ногах.
Она открыла глаза.
Над ее головой вертелись сучки и полусгнившие листья, поднятые со дна при ее погружении. Свет ламп на глубине стал тускло-зеленым. Вокруг скользили тени.
Что-то сверкнуло на дне — это была одна из блестящих наклеек на обшивке Моггла. Здесь она казалась похожей на глаз какого-то глубоководного зверя.
Айя медленно пошла к своей аэрокамере. Обувь скользила по заиленному полу. При каждом шаге поднимались вихри ила и слизи. Вокруг ног Айи образовывались темные облачка. Моггл почти скрылся за ними.
Но ждать, пока муть осядет, времени не было. Сердце Айи тяжело билось о грудную клетку, требуя кислорода. Пальцы рук и ног онемели от холода. От давления йоды кружилась голова. Казалось, виски зажаты в ладоши пеликана.
Прищурившись и вглядываясь сквозь пелену, Айя подняла баллон и опустила его прямо на Моггла. Послышался звон металла — громкий и уверенный.
Айя наклонилась, нащупала вентиль. Ее легкие готовы были разорваться, сердце бешено колотилось, но все же она сумела заставить себя повернуть клапан. Послышался рокочущий звук. Метеозонд начал наполняться гелием.
Она отпустила вентиль и с силой оттолкнулась ступнями от дна. Работая руками и ногами изо всех сил, Айя рванулась вверх, к свету ламп.
Бросив последний взгляд вниз, она увидела, что шар постепенно надувается и обретает плавучесть. Вся конструкция стала медленно подниматься за ней.
Айя вынырнула из озера и начала тяжело и жадно дышать.
— Все нормально? — спросил Рен, стоя на коленках на своем скайборде.
— Он прямо за мной! — отплевываясь, выпалила Айя, шлепая руками по воде.
Из глубины вылетел метеозонд и расшвырял аэролампы во все стороны. По инерции шар подскочил вверх. Вода стекала с него струями, как с головы вынырнувшего кита. Шар упал вниз и обрызгал Айю и Рена. Наконец он, покачиваясь, лег на поверхность.
— Слушай, у тебя все получилось! — воскликнул Рен.
— А ты как думал? — буркнула Айя, поворачивая магнитный браслет заледеневшими пальцами. — Что я утону?
Рен пожал плечами и признался:
— Я думал, тебе понадобится пара попыток.
Метеозонд снова начал подниматься и оторвался от поверхности озера. Моггл накрепко прицепился к днищу баллона. Вода стекала с него ручьями, как с промокшего пса.
Рен подвел скайборд ближе к баллону, протянул руку и закрутил вентиль. Айя забралась на летательную доску, дрожа от холода.
— До сих пор не могу поверить, что все получилось, — пробормотал Рен.
Айя закашлялась, сплюнула воду.
С веревкой было бы проще.
— Проще? — удивился Рен. — Такого слова в лексиконе технарей нет.
— Ты хоть проверь, в порядке ли Моггл.
Рен хмыкнул и отсоединил аэрокамеру от баллона. Как только Моггл оказался у него в руках, аэрозонд взмыл к потолку вместе с баллоном.
— Кстати, ты в курсе, что у тебя губы посинели? — спросил Рен.
— Блеск!
Айя обхватила себя руками и попыталась отжать воду, которой пропиталась ее интернатская форма. Вся дрожи, девушка села на скайборд и уставилась на Рена.
Он снял с корпуса Моггла пломбу. Айскрины вспыхнули в его глазах.
— Водонепроницаемость не нарушена! Я гений!
Айя облегченно вздохнула и содрогнулась всем телом. У нее застучали зубы. Она еще крепче сжалась в комок и дала себе клятву в том, что Моггл больше никогда не окажется в этой водяной могиле.
Теперь у нее снова есть аэрокамера. Она снимет этот сюжет.

Абсолютная честность 

Летя домой в корпус Акира, Айя гадала, не простудилась ли.
Светило яркое солнце, а ее знобило. За ночь Айя ужасно устала, и ей было еще хуже оттого, что интернатская форма промокла до нитки и была перемазана грязью из подземного коллектора.
— Напомни мне, чтобы я приняла лекарство, когда окажусь дома.
Моггл включил ночные фары. Айя улыбнулась. Несмотря на то, что она промокла и замерзла, она была неописуемо рада тому, что рядом с ней летит аэрокамера. Теперь Айе нужен был только горячий душ — и все снова станет нормально. Ну, настолько нормально, насколько могло быть после полуночного катания за городом. Стоило Айе вспомнить о прогулке с «ловкачками» — и у нее закружилась голова. А в городе все казалось таким тусклым и унылым.
Погода стояла идеальная, и в парках было полно народу: родители гуляли с детишками, команда уродцев затеяла бейсбол с командой стариков. Футбольные поля рядом с корпусом Акира были отгорожены, там малыши играли в войну. Дети, облаченные в роботизированные доспехи, толпились на поле, тыкали друг дружку пластиковыми  мечами, обстреливали пенными зарядами. В воздух взлетали безопасные фейерверки. Выглядело это очень глупо. Даже самые лучшие игроки никогда не становились знаменитыми — но детям, похоже, все равно было весело.
Когда Айя с Могглом пролетали над футбольными полями, из отмеченной канатами игровой зоны выкатилось боевое колесо и проскакало по земле к деревьям. Моггл устремился за шлейфом безопасных искр. Айя, смеясь, полетела за ним и опустилась там, где колесо остановилось в траве. Сойдя со скайборда, Айя подняла его. Оно безвредно шипело, не до конца истратив пиротехнический запас.
Девушка улыбнулась, повернулась лицом к игровому полю и прицелилась.
— Внимание!
Бросок получился неуклюжий, и все же, летя по воздуху, боевое колесо ожило и набрало скорость благодари извергающим огонь маленьким соплам.
Оно понеслось над полем боя, подпрыгивая, будто голыш, пущенный по воде, и наконец угодило в спину одному из облаченных в броню воинов. По правилам игры это было чистое убийство. Войн рухнул на землю, дергаясь. в «предсмертных судорогах» и рассыпая искры. Малыш выбрался из прочных доспехов и раздраженно огляделся по сторонам, гадая, кто мог его прикончить.
Айя, радуясь удачному попаданию, рассмеялась и вспрыгнула на свой скайборд. Похоже, удача начала ей улыбаться. Значит, до славы было не так уж далеко.
— Хорошее попадание, — прозвучал чей-то голос. — Но не совсем по правилам.
Она обернулась и только теперь увидела юношу, сидевшего по-турецки на скайборде. Его силуэт прятался в тени деревьев. Юноша лучисто улыбнулся.
Это был Фриц Мицуно. Он вновь возник ниоткуда.
— Что ты... здесь делаешь? — тихо проговорила Айя.
— Хотел повидаться с тобой, — с поклоном ответил Фриц. — Дома я тебя не застал, вот и решил понаблюдать за боем. Я таких боев не видел с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать лет. Прекрасное времяпрепровождение для меня — ведь я обожал эту игру.
Айя ответила на поклон, пытаясь представить, как Фриц был способен потерять лицо, облачившись в роботизированные доспехи. Ей как-то трудно было помнить, что он всего на год старше ее.
— К тому же я надеялся, что ты вернешься домой, — сказал Фриц, — Ты ведешь себя довольно загадочно, выключая локатор. Тебя не так просто разыскать.
— Да нет, я не выключала локатор. Просто я была... под землей.
Фриц нахмурился:
— Может быть, тебе кажется, что я слежу за тобой? Если так, то я уйду.
— Хм... нет. Никакой слежки я не чувствую. Просто я немного...
— Промокла? — подсказал Фриц, — И испачкалась?
Айя обхватила плечи руками, будто так могла спрятать от глаз Фрица свою мокрую, грязную интернатскую форму.
— Да, — тихо проговорила она, — не то слово.
— Между прочим, так ты выглядишь еще загадочнее, чем в облачении «бомбилы реноме».
Айя стояла, отчаянно пытаясь придумать, что сказать, но она так продрогла, что у нее и мозг словно заледенел. К тому же взгляд прекрасных глаз Фрица сковывал ее по рукам и ногам. Собственный нос стал казаться ей просто огромным.
— Я... я проводила:., подводную спасательную операцию, — выдавила наконец Айя.
— Подводную да еще и подземную? — Фриц кивнул. Тогда понятно, почему ты промокла. И все-таки я по прежнему озадачен.
Айю снова зазнобило. Она почувствовала, что краснеет.
— Я тоже озадачена, — поежилась она, — ведь я не называла тебе свою фамилию. Как же ты меня нашел?
Фриц улыбнулся.
— История довольно забавная, — сказал он — Но мне нижется, для начала тебе следует кое-что сменить.
— Сменить? — Айя невольно скосила глаза к носу.
— В смысле переодеться в сухое. Ты вся дрожишь. Может быть, тебе стоит принять лекарство?
Моггл мигнул фарами.

Фриц остался в парке, а Айя поднялась к себе.
Стоя под горячим душем и глядя на грязь и мелкие сучки, уплывающие в отверстие стока, Айя гадала, как Фриц мог ее разыскать. Ей было ужасно стыдно. Он выяснил ее фамилию, а стало быть, теперь знал, что она уродка, тайком проникающая на светские вечеринки.
С ним что-то было не так, но что? Неужели его мозг повредился из-за Операции Честности? Рейтинг его лица неуклонно шел на подъем показатель составлял уже менее трех тысяч, а Айя при этом была почти невидимкой!
Вымывшись и постояв под теплым воздухом сушилки, Айя подошла к панели выдачи одежды. Она могла получить только интернатскую форму. Даже на одноразовую одежду баллов у нее не хватало. Да-да, конечно, Фриц уже видел ее перепачканной с ног до головы, так что чистая форменная одежда вряд ли будет выглядеть хуже.
Айя быстро оделась и повернулась к двери. Моггл загородил ей дорогу и снова мигнул фарами.
— Ой, точно, — спохватилась Айя и обратилась к своей «умной» комнате — Лекарство, пожалуйста. Я ныряла под воду, меня знобит, и у меня жар.
На одной из стен загорелась панель, к которой следовало приложить ладонь. Эта панель измеряла температуру тела и брала пробу пота на анализ. Айя выполнила процедуру, и вскоре из краника в стене в ее любимую чайную чашку вылилось что-то оранжевое и мутное. Глотая кислую гадость, Айя обвела взглядом комнату. Стандартная мебель, безликая одежда, теснота...
На счастье, лекарство не стоило ни одного балла. При этом в нем явно содержались наноустройства: когда Айя спустилась вниз, головокружение пропало без следа.

— Найти тебя было просто, — сказал Фриц. — В конце концов, имя твое я знал.
— Но в городе, наверное, тысяча девушек по имени Айя — нахмурилась она.
— Если точнее — тысяча двести, — поправил ее Фриц с усмешкой.
В этот момент еще один воин в роботизированных доспехах повалился на землю и задергался в «предсмертных судорогах». Бой набирал обороты. Футбольное поле уже было усеяно «погибшими». Моггл сновал по его периметру и практиковался, снимая летящие в воздухе резиновые пули. Похоже, он полностью оправился после пребывания в ледяной воде.
О себе Айя такого сказать не могла. Сидя рядом с Фрицем в расцвеченной солнечными пятнышками тени под деревом, она все еще ощущала легкий озноб. Казалось, лекарство преображает ее болезненную дрожь в амбиционное волнение. На счастье, Фриц не сводил глаз с поля боя.
— Однако я знал, что ты была на вечеринке с компанией «бомбил реноме», — продолжал свой рассказ Фриц — И проверил рейтинги лиц за ту ночь. Некто по имени Йосио Нара неведомым образом превратился в Йосио-сэнсэя.
Айи вздрогнула. При звуке имени Йосио у нее в мозгу словно сработала сигнализация.
— Но каким образом ты ухитрился связать его со мной?
— Я прокрутил ссылки и поискал имя Айя.
— Ты можешь такое проделывать? А я считала, что разговоры — это из области частной жизни! Правда, это был даже не разговор... Я просто вместе с остальными целый час скандировала его имя. Но все-таки!
— Нет-нет, ты права. Городской интерфейс, конечно, ни за что не покажет того, что именно ты говорила, — заверил Фриц — Но наш город не обеспечивает полной тайны частной жизни. Интерфейс специально разработан для публичности, для слежки за связями между людьми, за их спорами и так далее. Каждому позволено прослеживать мелькание любого лица вплоть до первоисточника — в особенности если мельканий много. А ты была единственной Айей, повторившей имя Йосио Нары три тысячи раз за ту ночь.
— Ох! Не называй больше это имя, — с тоской проговорила Айя и вздохнула. — Да. Я о таком не знала. Мой брат изучает ссылки и перепосты часами, но мои сюжеты так редко вызывают обратную связь, что их трудно заметить.
— Твой брат знаменит?
Айя кивнула и грустно ответила:
— Очень. Наверное, именно поэтому он такой сноб. Он считает мои сюжеты тупыми.
— Это не так. История насчет подземных граффитчиков была прекрасна.
— О-о... Хм... Спасибо.
Айя почувствовала, что краснеет. Она была потрясена тем, что Фриц и в самом деле просмотрел ее канал.
— Но это просто детские глупости. Сейчас я работаю над более серьезным сюжетом. Смогу прославиться! Насчет одной тайной группировки. Они...
Фриц предостерегающе поднял руку.
— Если это тайна, то лучше мне не говори. Я не большой умелец хранить тайны.
— Я знаю. Из-за твоей...
Айя чуть было не показала на голову Фрица. Это было странно. До сих пор из тех, кому делали операции на головном мозге, Айя была знакома только с так называемыми пустоголовыми красавцами и красотками, но Фриц совсем не казался ей пустоголовым.
— А какое отношение честность имеет к хранению тайн? — спросила она.
— Абсолютная честность избавляет человека от любых обманов, — произнес Фриц таким тоном, словно процитировал кодекс. Наверное, он эту фразу произносил уже миллион раз. — Я не способен лгать, не способен искажать правду, не способен делать вид, будто мне что-то неизвестно, если я об этом знаю. Меня даже нельзя приглашать на вечеринки с сюрпризами, иначе я все сюрпризы выдам.
Айе стало ужасно смешно.
— Но ведь тогда... все становится не таким удивительным?
— Ты сильно удивишься тому, насколько часто все становится куда более удивительным.
— Хм... — Айя перевела взгляд на игровое поле, гадая, сколько же секретов она сохраняла каждый день. — Значит, ты ничего не можешь скрыть. Честно говоря, это немного страшновато.
Фриц посмотрел на нее удивленно и спросил:
— Страшновато для меня? Или для остальных?
От его взгляда Айю зазнобило. Она снова почувствовала, что краснеет. По спине у нее побежали мурашки. Нет, ею честность действительно пугала ее! В голове у нее вертелась масса вопросов, которые мучительно хотелось задать, но Айя не была уверена, выдержит ли ответы. Например, зачем Фриц пришел к ней и что он думал о том, насколько у него с ней разные амбиции.
— Я тебе нравлюсь? — спросила Айя.
— Неужели я так старательно это скрывал? — рассмеялся Фриц.
— Да нет, похоже. Но это так непонятно... потому что ты такой знаменитый, а я... я почти никто! К тому же я уродка, и ты меня то и дело видишь кошмарно одетой или перемазанной в грязи. А еще... еще при нашей первой встрече я тебе наврала насчет моего носа!
Выпалив все это скороговоркой, Айя в ужасе умолкла, гадая, откуда у нее взялись эти слова. Они просто вырвались у нее, вылетели, словно пузырьки из открытой бутылки шампанского.
— Ой-ой-ой! — изумленно проговорила Айя, — Эта твоя абсолютная честность заразная, что ли?
— Иногда — да, — с усмешкой ответил Фриц. — Неожиданный плюс, так сказать.
Айя снова покраснела и отвела глаза. Она посмотрела на игровое поле. Теперь там осталось всего несколько воинов-малышей в доспехах. Они колотили друг дружку пластиковыми мечами и топориками.
— Но почему я тебе нравлюсь?
Фриц наклонился и взял Айю за руку. От волнения у девушки сжалось сердце. Она словно опять оказалась под водой и была вынуждена задержать дыхание.
— Когда я впервые увидел тебя возле дома, где проходила вечеринка, ты была чем-то занята. Я увидел, как ты сосредоточена. А потом у тебя капюшон откинулся, я подумал: «Ох, какая она отважная — разгуливает с таким ужасным носом».
Айя в отчаянии застонала.
— Но я вовсе не отважная. Я просто родилась с таким носом. Так что я погрешила против правды, сказав тебе, что делала пластику.
— Верно. Но к тому времени, когда я понял, что это так, я успел узнать о тебе кое-что еще.
— То, что я ничтожество и живу в интернатской общаге? — спросила Айя. — И что я обманываю людей насчет своего огромного носа?
— Что ты прокрадываешься на вечеринки технарей и производишь подводные спасательные операции. Что ты делаешь потрясающие сюжеты, хотя они и не повышают рейтинг твоего лица.
— Что верно, то верно — Айя вздохнула. — Мои сюжеты просто жуть как хороши.
— Но они действительно хороши, — пожав плечами, проговорил Фриц. — Просто они слишком интересны.
— Не понимаю, — взглянув на него, сказала Айя. — Если они так интересны, почему же никто ими не интересуется?
Айскрины в глазах Фрица сверкнули.
— Ты в последнее время смотрела канал Наны Лав? Она выбирает себе наряд для «Бала тысячи лиц». Сегодня речь идет о шляпке: «Эту надеть? Или ту?» В итоге , семьдесят тысяч проголосовавших, да еще на сотне других каналов — комментарии.
У Айи от удивления вытянулось лицо. Нана была урожденной красавицей, одной из очень немногих людей, которым пластическая хирургия не была нужна даже в эпоху Красоты. Вот почему она была второй по счету знаменитостью в городе.
— Это не считается. Нана-тян может быть интересной, даже ничего не делая.
— А ты не можешь? — улыбнулся Фриц.
Айя посмотрела в его огромные глаза. Впервые за все время она не оторопела, глядя на него. Казалось, какой-то барьер между ними рухнул.
И вдруг Айя поняла, о чем действительно хочет спросить его.
— Каково это — быть знаменитостью?
— Ничего особенного... — Фриц пожал плечами. — За исключением того, что все больше людей вступают в мое общество. А потом, через неделю, уходят.
— Но до тех пор, пока Общество абсолютной честности так не прославилось, тебе никогда не казалось, что тебе чего-то не хватает? Ну, смотришь на город и чувствуешь себя невидимкой? Или смотришь чужие каналы и чуть не плачешь, потому что ты знаешь все эти имена, а тебя не знает никто? И тебе кажется, что ты можешь исчезнуть, потому что никто о тебе ничего не слышал?
— Гм... Честно говоря, нет. А у тебя именно такие ощущения?
— Конечно! Это вроде того коана, который рассказывают малышам в школе. Если падает дерево, а этого никто не видит, значит, при падении оно не производит звука. Это все равно что пытаться хлопнуть одной ладошкой. Чтобы существовать, ты должен быть видимым!
— Мне кажется, тут речь идет сразу о двух коанах. И я не уверен, что и в том и в другом говорится об этом.
— Ну перестань, Фриц! Ты стал знаменитостью не так уж давно. Ты должен помнить, как было ужасно...
Айи запнулась. Она пыталась по выражению лица Фрица понять его чувства. Он перестал улыбаться.
— Очень странный разговор, — сказал он.
Айя часто заморгала. Десять минут абсолютной честности — а она, оказывается, уже заговорила слишком откровенно.
— Я полное ничтожество? — Она вздохнула — Ну, запиши меня в Общество абсолютной тупости.
Фриц рассмеялся:
— Ты не тупая, Айя. И для меня ты — не невидимка.
— Просто я загадочная? — Айя попробовала улыбнуться.
— Теперь уже не настолько. Скорее, предсказуемая.
— Предсказуемая?
— В смысле славы и в том, какие чувства она у тебя вызывает.
Айя сглотнула подступивший к горлу ком. Предсказуемая. Вот какая она была по его абсолютно честному мнению. С большим опозданием она вспомнила еще об одном, чему ее учили в начальной школе. Жаловаться другим ничтожествам насчет рейтинга своего лица было нормально, но говорить в таком ключе со знаменитостями не стоило.
Она отвернулась и устремила взгляд на футбольное поле. Знала: стоит ей посмотреть в глаза Фрицу — и она снова сморозит какую-нибудь глупость. Или он сам скажет что-то, о чем думает, а это, пожалуй, будет еще хуже. Возможно, правильно в сети говорили насчет разницы в амбициях и о том, что знаменитостям и ничтожествам никогда не стоит слишком сближаться. Очень велика вероятность непонимания.
Бой на поле закончился. Дроны-носильщики уносили с игровой площадки последние роботизированные доспехи. Малыши выстроились в ряд перед корпусом Акира. Скоро смотрители должны были увести их куда-то еще.
— О черт, — проговорила Айя, — который час?
— Почти полдень.
— Мне пора! — Она порывисто вскочила. — Я должна присматривать за малышами. Дежурство. Я бы пропустила, но...
«Мне нужны баллы», — подумала она, но вслух не сказала.
Фриц все еще сидел на своем скайборде, скрестив ноги по-турецки.
— Все нормально. Нельзя не выполнять обещания.
Айя поклонилась ему на прощание.
«Наверное, на этот раз он рад тому, что я убегаю», — подумала она.
Ей хотелось сказать что-нибудь еще, но в голове у нее все перемешалось. Она позвала Моггла и помчалась к интернату, надеясь, что не опоздает на дежурство.

Посвящение 

Послышался ритмичный сигнал...
Айя очнулась от глубокого навязчивого сна. Она совершенно не выспалась, у нее кружилась голова от изнеможения. Звук раздавался снова и снова и требовал ее внимания.
Даже с закрытыми глазами она видела силуэт будильника, пульсирующий на фоне айскрина. Лампочка противно мигала, а звук был просто омерзительный.
«Скоро полночь», — напомнил Айе этот сигнал.
Айя сжала пальцы в кулак, чтобы прекратить муку, и застонала. Она собиралась поспать вечером, но из-за тяжелого разговора с Фрицем и последовавшего затем дежурства по присмотру за малышами она очень устала, а потом ей пришлось еще целый час обрызгивать Моггла камуфляжной краской, и в итоге до постели она добралась только к десяти.
Словом, проспала Айя меньше двух часов.
Но она заставила себя сесть, вспомнив о том, какой знаменитой ее может сделать сегодняшняя ночь. Об этом ей напомнил и жалкий рейтинг ее лица, указанный в уголке дисплея: четыреста пятьдесят одна тысяча шестьсот одиннадцать.
Моггл оторвался от пола. На айскрин Айи аккуратно наложилось поле зрения аэрокамеры и идеально соединилось с ее собственным.
Айя улыбнулась. Сегодня она ни за что не пропустит ни одного потрясающего кадра.
— Готов в путь? — шепотом спросила Айя.
Моггл зажег ночные фары. Айя зажмурилась. За тридцать шесть часов, проведенных под водой, ее аэрокамера так и не избавилась от дурных привычек
Айя, пытаясь проморгаться, на ощупь добралась до окна и влезла на подоконник. Глаза после слепящего света фар Моггла не сразу привыкли к темноте, но когда Айя увидела огни города, у нее до боли сжалось горло. Обычная паника, извечная боязнь собственной неизвестности. Приступ страха был гораздо сильнее сегодня после смущения при встрече с Фрицем. На самом деле Айя хотела сказать ему только о том, чтобы он не переживал — она тоже скоро станет знаменитой. А в итоге повела себя жалко и безлико, как уродка, которая только-только обзавелась собственным сетевым каналом. «Предсказуемая» — вот как он о ней отозвался.
Горевать по этому поводу было бессмысленно. Слава — это не красота. Красоты можно было просто дождаться. Исполнилось тебе шестнадцать — и получай. Правда, могло несказанно повезти, как Нане Лав и ты мог родиться красивым. Но славу можно было только создать самостоятельно.
Как только этот сюжет запустится, рейтинг лица не будет стоять между ней и Фрицем. В этом Айя была уверена.
Моггл выплыл из окна и потерся о плечо Айи. Она улыбнулась и обхватила аэрокамеру руками. Она была рада тому, что отправится подальше от городских огней — в такое загадочное место, что Фриц, когда снова заговорит с ней, придет в полный восторг, узнав обо всем, что ей удалось совершить.
Айя спрыгнула с подоконника и окунулась в прохладный ночной воздух.

— Прежде чем мы приступим, — сказала Джай, — есть одно дело. Первый вопрос — о моем имени. Кто-то говорил обо мне там, где это мог подслушать городской интерфейс.
Некоторые из «ловкачек» стыдливо потупились.
Джай укоризненно пощелкала языком.
— Все ясно. Я утром проснулась, а рейтинг Моей физиономии почти выбрался из последней тысячи. Это означает, что город снова начал следить за моим прозвищем. Пора его изменить.
Айя удивленно вздернула брови. Так вот, значит, каким образом «ловкачки» ухитрялись сохранять низкий рейтинг лиц. Они меняли свои прозвища — точно так же, как Хиро и Рен выражали свою ненависть к Безымянному.
— С сегодняшнего дня меня зовут Кай. Все понятно? Отлично. Теперь второй вопрос.
Кай повернулась к Айе. У той по спине побежала струйка холодного пота.
— Наша новая подруга опять с нами, — сказала Кай. — У кого-то есть возражения?
Наступила нервная тишина. Айя услышала далекий рокот поезда. По обе стороны рельсы едва заметно засветились — это было предупреждение о приближении маглева. Казалось, рельсы сейчас на ощупь горячие, как элементы внутри стенной ниши, после того как там создавалось что-то крупное. Однако ни одна из «ловкачек» не обратила на это внимания — как будто они всегда проводили свои деловые встречи между рельсами маглева.
Айя даже не могла воспользоваться Могглом для наблюдения за поездом. Аэрокамера пряталась где-то между фабричными зданиями и следила за хозяйкой, но Айя была вынуждена отключить поле зрения Моггла, иначе бы ее глаза характерно бликовали.
— А она не «выскочка»? — пробормотал кто-то.
Кай посмотрела на Айю в упор, ожидая ответа.
Айя кашлянула и ответила:
— Я была «выскочкой». Но большой известности у меня никогда не было. Мне не нравилось делать сюжеты о том, во что сегодня одета Нана Лав.
Некоторые рассмеялись.
— Но ты до сих пор всюду таскаешься с аэрокамерой? — спросила одна из девиц.
Айя вспомнила, что ее зовут Пана. Лица у всех «ловкачек» были такие непримечательные, что Айя их с трудом различала. Но Пана была выше, чем остальные, — почти с Иден ростом.
— Я же вам позволила бросить мою аэрокамеру в озеро — вы все это видели. Вы ее еще и запломбировали, между прочим.
— Сегодня никаких камер нет? — уточнила Кай.
Айи отрицательно покачала головой. Она облачилась в тот комплект интернатской формы, в котором ныряла за Могглом, поэтому выглядела также обшарпанно, как «ловкачки», а скрытая камера, которую представляла собой верхняя пуговица, совсем не бросалась в глаза.
Скорее Айю мог выдать Моггл. Она не была уверена в том, что крошечный мозг аэрокамеры так уж четко усвоил приказ прятаться. Моггл был способен улавливать сигнал скинтенны Айи в радиусе одного километра, и прежде ему никогда не доводилось работать независимо на протяжении нескольких часов, а уж тем более преследуя скоростной маглев.
Рокот поезда слышался ближе. Маглев должен был появиться через несколько минут.
— Айя-тян повела себя очень храбро, когда мы обнаружили чудиков, — сказала Мики, — а ее успехи в серфинге вы сами видели.
Мики улыбнулась. Айя почувствовала угрызения совести. Когда она запустит этот сюжет, Фриц узнает, что она всех обманула.
«Поймет ли он меня?» — с тоской подумала Айя.
А что ты нам сама скажешь, Айя-тян? — спросила Кай. — Почему ты хочешь стать «ловкачкой»?
Айи прокашлялась. Под пристальным взглядом Кай она чувствовала себя неловко. Этот взгляд пугал ее почти так же сильно, как вибрация почвы под ногами, означавшая, что поезд уже совсем близко. Что Айя могла им открыть? Что они ожидали от нее услышать?
И вдруг к ней вернулись те слова, которые она утром скатала Фрицу.
— Как я уже говорила, я была «выскочкой». С детства мечтала стать знаменитостью. Мне не хотелось смотреть на других людей на сетевых каналах. Мне хотелось, чтобы они смотрели на меня. Мне казалось: если на меня не будут смотреть, я стану невидимкой.
Девушки негромко загомонили. Айя ловила на себе холодные взгляды со всех сторон. Она продолжала говорить, стараясь не обращать внимание на сотрясение земли под ногами, на струйки пота, стекавшие по спине.
— Только поймите меня правильно. Я не была эго-«выскочкой». Я не сидела в комнате, направив камеру на себя и бормоча о том, что моя кошечка нынче утром скушала на завтрак.
Кто-то из девушек расхохотался. Айя вымученно улыбнулась.
— Я пыталась найти сюжеты, — продолжала она, — в которых было бы что-то важное. Мне хотелось рассказывать о людях, которые после реформы «Чистый разум» начали делать что-то по-настоящему значительное... В общем, я хотела снимать что-нибудь интересное. Вот так я разыскала вас.
Айя обвела взглядом всех девушек.
— И вот что я поняла, — сказала она. — Вы, «ловкачки», не плачете от горя, когда смотрите передачи, где показывают важных персон на светских вечеринках, куда вас не пригласили. Вы не дружите с людьми, которых ненавидите, только ради того, чтобы повысить рейтинг своего лица. И хотя никто не знает, чем вы тут занимаетесь, вы совсем не чувствуете себя невидимками. Правда? '
Никто ей не ответил, но все внимательно слушали.
— Слава — это абсолютно тупо, вот и все. Поэтому я хочу испытать нечто другое.
Наступила волнующая пауза... а потом напряжение спало. Некоторые девушки захлопали в ладоши — с едва заметкой насмешкой. Мики улыбнулась и медленно кивнула. Айя каким-то образом ухитрилась найти нужные слова.
И вот что странно: она не почувствовала, что лжет. «Ловкачки» не стали голосовать, никто не поздравил Айю. Только Кай хлопнула ее по спине, вскочила на свой скайборд и прокричала:
— Серфинг начинается! Давайте-ка выясним, что прячущий чудики!
Все тринадцать «ловкачек» взмыли ввысь и поспешили затаиться среди зданий промзоны, до того как показался поезд.
Вот так Айя Фьюз стала «ловкачкой».
«Интересно, — подумала она, — удалось ли Могглу снять хоть один кадр?»

Турбулентность 

Во второй раз запрыгнуть на поезд было намного легче.
Через ударную волну Айя проскользнула, словно игла сквозь тонкую ткань. Ее тело будто бы научилось огибать «бугры» и «колдобины» в воздухе. Преодолев финальный участок — спокойный, ровный воздушный поток, она оказалась на крыше поезда и встала на ноги до того момента, как линия маглева начала выпрямляться.
Город остался позади, а когда поезд со всех сторон окружила дикая природа, Айя не на шутку удивилась: как много она, оказывается, не заметила во время первой поездки. Мимо пролетали громадные старые деревья — могучие и корявые, как бессмертные старики. На фоне неба были видны силуэты птиц, спугнутых грохочущим маглевом. В какой-то момент Айя расслышала в вое ветра крик снежной обезьяны. Обезьяна, конечно, была неопасная, она не ела людей, но при мысли о том, что здесь живут дикие звери, Айе стало зябко. Но может быть, все дело было в холоде. Несмотря на то что сегодня она надела две куртки, ветер все равно пробирал до костей.
Сплошные контрасты: безупречно прямая линия маглева рассекала неровные контуры леса, бешеная скорость — и неподвижность неба, и горы, плавно вырастающие впереди, а на их фоне — нервное мелькание предупреждающих сигналов. Но Айя снова ощутила странную, спокойную радость. Казалось, все ее беды меркнут в сравнении с бескрайними просторами мира.
Беспокоил Айю только Моггл. Даже принимая сигнал ее скинтенны, аэрокамера наверняка с каждой минуты отставала от поезда все сильнее. Создание Рена не могло развивать скорость свыше ста километров в час — а это была всего треть скорости маглева. Моггл мог нагнать «ловкачек» только тогда, когда они спрыгнут с поезда, но Айя просто не знала, сколько времени маленький мозг аэрокамеры сумеет функционировать без ее команды. Если Моггла что-то смутит, он может забыть о приказе никому не попадаться на глаза, и тогда — прости-прощай карьера «ловкачки» Айи.
Конечно, сейчас она с этим ничего поделать не могла: по рукам и ногам была скована ложью.
«Интересно, — думала Айя, — не поэтому ли Фриц организовал Общество абсолютной честности?»
Если ты никогда не лгал, то тебе и не приходилось чувствовать, как противно сосет под ложечкой, или страшиться разоблачения.
Горы приближались. Айя увидела, что их черные вершины усыпаны снегом, сверкающим под луной, словно россыпи жемчуга. Впереди мелькнул красный предупреждающий огонек, а в следующее мгновение огоньки выстроились в цепочку. Айя вытащила фонарик, включи красный свет и направила луч назад.
Встав на колени, она отстегнула магнитный браслет от лодыжки и улеглась на крышу плашмя, ожидая момента, когда ее поглотит кромешная темнота туннеля.

На этот раз непредвиденных остановок не было Поезд промчался сквозь гору на полной скорости. У Айи заложило уши, как при быстром спуске на скайборде. Потайная дверь, видимо, промелькнула мимо за долю секунды. Увидеть ее на такой скорости было невозможно.
Из первой поездки Айя запомнила, что вскоре после туннеля — очередной поворот. Микки, расположившаяся впереди нее уже двигалась к краю крыши, готовясь перейти на скайборд. Айя поползла в туже сторону, к месту, где к обшивке маглева примагнитилась ее летательная доска.
Сойти с поезда было труднее, чем запрыгнуть на него. В городе повсюду пролегала магнитная решетка, а здесь нужно было держаться как можно ближе к рельсам. Удалишься от них — и магнитный подъемный механизм скайборда мог отказать. Тогда и сам скайборд, и магнитные браслеты стали бы бесполезны.
На скорости двести километров в час это было смертельно опасно.
Поезд замедлял ход. Воздух наполнился гулом Маглев начал поворот. Айя вытянула правую руку, готовясь примагнититься к скайборду.
Прошлой ночью она перебиралась с поезда на скайборд очень осторожно и сильно отстала от остальных «ловкачек». На этот раз она решила быть первой
Айя потянула к себе скайборд, он отсоединился от обшивки маглева и, медленно повернувшись, принял горизонтальное положение. Борясь с ветром, летательная доска наконец уравновесилась, и Айя аккуратно перебралась на нее.
Гул тормозящего поезда достиг пика. Айя легонько — оттолкнулась от маглева и осталась на расстоянии вытянутой руки от него, внутри относительно спокойной воздушной зоны. В двух метрах от поезда бушевала ударная волна.
Встречный ветер растрепал волосы Айи, надул обе куртки пузырем, но она не стала ложиться на скайборд. Ей хотелось, чтобы скорость ее движения замедлилась, а для этого лучше было стоять. Мимо пролетела на скайборде одна из «ловкачек», находившихся на крыше поезда позади Айи, потом — вторая и третья.
Она сумела затормозить быстрее остальных!
Слева от Айи грохотал маглев. Улавливая его магнитное поле, скайборд содрогался. Айя всеми силами старалась держать равновесие и не отлетать слишком далеко от блестящей металлической обшивки поезда.
Но возможно, она тормозила слишком быстро.
Мимо на огромной скорости промчался хвост поезда, и поток воздуха выбросил Айю во внезапно опустевшее пространство над рельсами. Скайборд завертелся в воздушной воронке.
Айя попробовала лечь на доску, но та подпрыгивала и кружила, будто бумажный змей на веревочке, подхваченный шквальным ветром.
— Отпусти! — прокричал кто-то из «ловкачек».
Айя так и сделала — и скайборд умчался прочь. А ее понесло вниз, прямо на рельсы...
Но тут сработали магнитные браслеты на запястьях и рванули Айю вверх. Она кувыркнулась через голому, словно гимнаст на кольцах, и едва задела ногами землю.Так она подпрыгивала над рельсами маглева, пока инерция не иссякла.
Браслеты плавно опустили ее на землю. Айя увидела впереди удаляющиеся хвостовые огни поезда, растерла разболевшиеся запястья. После воздушной гимнастики у нее кружилась голова.
— Все нормально?
Айя подняла глаза и увидела, что над ней парит Идеи Мару и с интересом на нее смотрит.
— Кажется, да, — ответила Айя.
— Не стоит так резво тормозить.
— Это я уже поняла, — вздохнула Айя.
Прошлой ночью она видела, как Иден покидала крышу поезда в полном скайбольном снаряжении. Со стороны это выглядело легко, как прыжок с крыши высотки в куртке-парашюте.
— Спасибо, что подсказала мне, чтобы я отпустила скайборд, наверное.
— Наверное, пожалуйста, — Иден посмотрела вслед уходящему поезду. — Твоя доска скоро вернется вместе с остальными. Торможение без спешки отнимает больше времени.
Иден насмешливо улыбалась. Айя сердито зыркнула на нее. Иден была красавица, и только у нее из всех «ловкачек» был высоченный рейтинг лица. Интересно, что могла получать такая знаменитость от пребывания в рядах тайной группировки?
Быть может, настала пора это выяснить. Айя одернула куртку и незаметно навела спрятанную в пуговице скрытую камеру на Иден.
— Можно задать тебе вопрос? — спросила Айя.
— Если только он не будет слишком личным.
— Ведь ты не такая, как они... В смысле, как мы. В городе ты знаменитость.
Идеи медленно кувыркнулась в воздухе и заметила: 
— Это не вопрос.
—Пожалуй, нет — Айя вспомнила слухи насчет бывшего дружка Иден — Но разве у тебя с «ловкачками» нет чего-то вроде... разницы в амбициях? Ты звезда скайбола, а они изо всех сил стараются держаться в тени, оставаться невидимками, «экстрами».
Идеи фыркнула.
— Так и знала, что ты спросишь о чем-нибудь тупом. Готова поспорить: ты даже не знаешь, откуда взялось это слово.
— «Экстры»? — Айя пожала плечами. — Ну, это просто… лишние люди.
—Дa, так объясняют в начальной школе. Но в эпоху ржавников это слово имело другое значение.
— Ясное дело, — кивнула Айя. — Тогда лишних людей были миллиарды.
Идеи сокрушенно покачала головой и сказала:
— Это слово не имело никакого отношения к перенаселенности планеты, Айя-тян. Ты же видела старые полноэкранные фильмы?
— Конечно. С помощью этих фильмов ржавники прославились.
—Точно. Но вот что странно: компьютерные программы ржавников были недостаточно совершенны. В то время люди еще не могли создавать фоны, поэтому приходилось строить декорации для съемок фильмов. Ржавники возводили целые города, по которым ходили актеры.
— Фальшивые города? — изумилась Айя, — Что тогда говорить об отходах производства!
— И для того чтобы наполнить эти фальшивые города населением, нанимали сотни реальных людей. Но к сюжету фильма они не имели никакого отношения. Они просто создавали фон. Вот их и называли «экстрами», а иначе — статистами или массовкой.
Айя вздернула брови: сомневалась, стрит ли этому верить. Все это звучало просто безумно, нерационально... но, с другой стороны, вполне в духе ржавников.
— Разве не такой ты себя чувствуешь порой, Айя-тян? — спросила Иден. — Как будто снимается потрясающий сюжет, а ты топчешься где-то на заднем плане, в массовке?
— Думаю, так порой чувствует себя любой человек.
— И ты бы сделала все, что угодно, лишь бы только ощутить себя более значительной? Даже друзей бы предала?
Айя стиснула зубы и процедила:
— Я теперь «ловкачка», Иден. Или ты об этом не слышала?
— Да, я слышала твою маленькую речь.
Иден взлетела выше и посмотрела на Айю сверху вниз, как великан на карлика.
— Я только надеюсь, — сказала она, — что ты говорила правду, потому что реальная жизнь совсем не такая, как в киношках ржавников, Айя-тян. Реальная жизнь — это не грандиозный сюжет, на фоне которого мы все исчезаем.
— Но ты то не на задаем плане. — Айя прищурилась. — Ты знаменитость!
— Да будет тебе известно, что можно захотеть затеряться в толпе. Как только тебе начнут говорить, что делить, с кем дружить. — Иден грациозно кувыркнулась в воздухе. — А здесь, с «ловкачками», мне удается сохранить что-то свое, для себя.
Айя услышала взрыв смеха — остальные «ловкачки» подплывали на скайбордах над рельсами. У нее осталось время только для одного вопроса.
— Но если тебе плевать на рейтинг лица, почему ты порвала со своим дружком?
— А кто говорит, что я с ним порвала?
— Об этом болтают на сотне с лишним каналов.
— Не стоит всегда верить всему, о чем треплются в сети, Айя-тян. Это он не выдержал молвы насчет нашей разницы в амбициях. Этот жалкий зануда просто дал деру.
Идеи опустилась на несколько сантиметров и, вытянув указательный палец, едва не коснулась его кончиком носа Айи.
— А и данном случае, Проныра-тян, слово «экстра» как раз означает «лишний».

Гора

Приблизившись ко входу в туннель, некоторые «ловкачки» вытащили фонарики. Красные лучи заплясали на черном провале, но тьму не развеяли. По крайней мере, Айя была не единственной, кто не был наделен инфракрасным зрением.
— А что случится, если поезд пойдет, когда мы будем в туннеле? — спросила Пана.
Кай пожала плечами и сказала:
— Просто ложитесь на скайборды и прижимайтесь к потолку.
— Не получится, — не согласилась с ней Иден. — Ветер, поднятый маглевом, потянет вниз... — Она большим пальцем указала на Айю. — Примерно так, как получилось с нашей Пронырой-тян.
Некоторые девушки рассмеялись. По пути к горе Иден им продемонстрировала, как Айя мячиком подпрыгивала на рельсах. Показала несколько раз.
— В любом случае это неважно, — сказала Кай, — Больше сегодня поездов по расписанию нет.
— А поезда никогда не ездят не по расписанию? — Пана. 
Кай возмущенно вытаращила глаза и ответила:
— Может быть, раз в месяц. Вряд ли стоит нервничать из-за этого. Это не так страшно, как то, чем мы занимаемся почти каждую ночь. Вперед!
Кай и Иден стремительно полетели ко входу в туннель. Некоторые «ловкачки» замерли в нерешительности, с тоской глядя им вслед.
Айя включила фонарик и погнала свой скайборд к туннелю. Иден Мару и так уже явно относилась к ней с подозрением, и она не собиралась давать остальным повод для сомнений.
Один из тридцати — не такой уж плохой шанс.
В красном луче фонарика над рельсами клубилась пыль, не успевшая осесть после прохождения поезда. В темноте прозвучал тихий стон. У Айи мурашки побежали по коже. В туннеле дул ровный ветер, и казалось, что каменные стены дышат.
Айя гадала, как они разыщут потайную дверь. Прошлой ночью дверь невозможно было разглядеть — сплошная каменная кладка. Наверное, отличить смарт-материал от камня могли бы глаза с хирургически обостренной зоркостью или линзы объектива Моггла, но Айя сомневалась, что от ее самого обычного человеческого зрения будет много толка.
Мики уже медленно летела по туннелю, сжав в одной руке фонарик. Она вела кончиками пальцев по поверхности стены и внимательно осматривала камни.
Айя поравнялась со скайбордом Мики и спросила:
— У тебя нет инфракрасного зрения?
— Нет, — со вздохом ответила Мики. — А у тебя?
Айя отрицательно покачала головой:
— Мои старики мне не разрешают. Но ведь тебе уже шестнадцать?
— Да, но меня вполне устраивают собственные глазные яблоки.
— Хирурги могут сделать так, что не отличишь от настоящих.
— Но мне нравятся мои, а не их имитация. Конечно, я понимаю, это звучит ужасно устарело, но…
Айя нерешительно пожала плечами и сказала:
— Мой брат запускал в сеть сюжет об одной группировке. У них в теле все натуральное, они отвергают любую хирургию, любую пластику. Некоторым из низ них приходится носить солнечные очки, чтобы вообще видеть, — даже когда они не на солнце!
— Твой брат, — знаменитость? — прищурилась Мики.
— Вроде того, — пробормотала Айя, пожалев о том, что затронула эту тему.
— Так ты поэтому  стала «выскочкой»? Из-за брата?
— Это Хиро так думает, вроде я перед ним преклонилось и так далее. Но если честно, он ходячая реклама. На нем словно написано: «Не будь знаменитостью» он стал ужасным воображалой.
Мики рассмеялась:
— Не стоит унижать брата, Айя-тян, только из-за того, что он звезда. Мы не питаем ненависти к «выскочкам» — мы просто не желаем, чтобы кто-то нас снимал и делал о нас сюжеты.
— Да, я понимаю. — Айя переступила с ноги на ногу на скайборде и снова включила скрытую камеру. — Но ведь очень многие люди просто пришли бы в восторг, увидев наш серфинг, разве нет?
— Да, но тогда все примутся кататься на маглеве, и сразу нагрянут смотрители, — предположила Мики. — Мы должны держать нашу забаву в секрете. Ты ведь это понимаешь?
— Конечно! — воскликнула Айя, но Мики смотрела на нее нахмурившись.
«Пора менять тему», — решила Айя, а вслух сказала:
— Кстати, спасибо, что заступилась за меня.
— Уже тебе говорила: я тебе доверяю.
Айя повернулась к стене и стала внимательно ее рассматривать, чувствую, как неравно засосало под ложечкой.
— Да, говорила. Но я все равно перед тобой в долгу.
Впереди послышался стук. Мики и Айя посмотрели в ту сторону.
Это была Кай. Сколько вдоль стены на скайборде, она постукивала по камням фонариком. Звук ударов эхом разносился по туннелю. Камни лежали плотно, как горная порода.
— Значит, мы вот так будем искать потайную дверь? — Спросила Айя. — Стуча по стенке?
— Не знаю. Может быть, — ответила Айя.
Рен всегда говорил, что смарт-материал можно запрограммировать так, чтобы сделать из него абсолютно все. Изобретение подвижного материала стало одним из самых грандиозных проектов после реформы «Чистый разум», так же как искусственный интеллект и вживляемые в глаза дисплеи — айскрины. Эпоха Красоты отсрочила появление этих инноваций на несколько столетий.
— Но кому это нужно? — рассуждала Айя. — Тот, кто изготовил эту дверь, вряд ли ждал, что сюда придут и будут ее искать.
Мики постучала фонариком по стене туннеля. Звук получился такой, словно она ударила по прочному камню.
— Значит, если бы мы не катались на маглеве, никто никогда не нашел бы эту дверь. — Она улыбнулась. — Может быть, правы адепты культа Янгблад, когда говорят: «Будешь "кримом" — и твой мир изменится».
Айя повернулась к Мики, чтобы нацелить на нее скрытую камеру.
— Но как обнаружение этой двери способно изменить мир?
— Ну... Я так думаю, это зависит от того, что там, за дверью, — Мики снова постучала фонариком по камню. — А вдруг там и вправду спрятано что-то страшное?
— Типа токсичных отходов производства? — Айя улыбнулась. — Представляешь, сколько баллов Комиссия добропорядочного гражданства даст нам за то, что мы нашли эти отходы?
— Не говори об этом слишком громко, Айя-тян. Кай ненавидит баллы еще сильнее, чем славу — Мики опять постучала по стене. — Но насчет токсичных отходов — это ты молодец. Теперь я буду думать о них и забуду о поезде, который может пройти не по расписанию. А то он мне все время мерещится.
— Эй, Иден! — крикнул кто-то. — Сюда!
Впереди небольшая группа девушек сгрудилась около участка стены. Все они постукивали по камням своими фонариками. Айя и Мики переглянулись и погнали скайборды в глубь туннеля.
Приближаясь к девушкам, Айя старательно прислушивалась. Неужели они действительно обнаружили полость в стене?
— Пропусти-ка меня, Проныра-тян, — послышался у нее за спиной голос Иден Мару.
Айя скользнула в сторону и увидела в руках Иден прибор. Ее сердце часто забилось. Это был материал-хакер.
Теперь это уже было не просто забавой, а настоящим преступлением. Материал-хакеры могли перепрограммировать смарт-материал как угодно. Безумец, которому и руки попал бы такой прибор, мог бы разрушить целый дом, выстроенный из смарт-материалов.
А у Айи при себе была только тупая скрытая камера. Кадры, на которых было бы запечатлено незаконное применение материал-хакера, стали бы настоящей сенсацией. Айя вгляделась в темноту, надеясь, что Моггл парит где-то поблизости. Ей до смерти хотелось проверить, есть ли сигнал, но характерное свечение айскринов сразу выдало бы ее.
Группа «ловкачек» расступилась, дав дорогу Иден. Все уставились на маленький прибор у нее в руках. Иден прижила материал-хакер к стене и пробежалась кончиками пальцев по панели управления.
Через пару секунд она кивнула:
Это оно. Отойдите подальше. Там может быть что угодно.
— Или кто угодно, — пробормотала Мики.
Айя снова вспомнила о странных человекоподобных существах, об их странных лицах и длинных тонких пальцах.
— Но ведь эти калеки просто что-то туда вносили и выносили оттуда, — сказала она. — Там никто не живет.
Мики нерешительно пожала плечами:
— Наверное, это нам и предстоит выяснить.
В туннеле послышалось жужжание. Умные молекулы подвижного смарт-материала начали перестраиваться. По стене пошла рябь, текстура изменилась. Грубая, шероховатая каменная поверхность превратилась в гладкий пластик с жемчужным отливом. Обозначились контуры двери — прямоугольник точно такого же размера, как грузовая панель маглева.
А потом от двери один за другим начали отделяться слои — словно по плоской гладкой поверхности стекала вода. Воздух завибрировал, как прошлой ночью, — будто надвигалась гроза.
Айю охватила волна озноба. Ей казалось, что материал-хакер изменяет и ее.
Наконец растворился последний слой. Перед «ловкачками» предстал дверной проем. В глубь склона горы тянулся длинный коридор, освещенный тускло-оранжевым светом.
— А вот это очень ловко, — процедила сквозь зубы Кай и шагнула в проем.

За потайной дверью

Ловкачки» бросились следом за Кай. Каждой хотелось первой увидеть, какие чудеса прячутся за потайной дверью. Зазвучали крики и смех, отражавшиеся эхом от каменных стен.
Айя пока не заметила ни одного прямого угла — только арки и сглаженные повороты. Через каждые несколько метров овальные дверные проемы уводили в новые извилистые коридоры. В горной породе был вырублен странный змеистый лабиринт.
— Кто бы тут ни жил, они явно решили выехать, — сказала Мики.
Айя кивнула. Главный коридор был завален оборудованием и контейнерами с грузами. Все это лежало в беспорядке и было покрыто тонким слоем пыли.
— Может быть, нам стоит поискать те большие металлические цилиндры, — предложила Айя. — Внутрь прошлой ночью вносили только их.
— Лишь бы только то, что мы найдем, не было живым. — Мики указала на несколько офисных стульев, сваленных у стены в коридоре. Форма и размеры стульев были непривычные, неправильные — слишком высокие и узкие — и явно предназначались не для людей.
Айя посветила фонариком себе под ноги. В каменный пол были вбиты заклепки метровой ширины. Дорожка шла прямо посередине главного коридора.
— Эти заклепки, похоже, вбили для того, чтобы дроны-носилыцики могли переносить грузы по воздуху, — сказала она. — Значит, все тяжелое двигали здесь, вдоль этой дорожки. Пошли.
Мики и Айя зашагали по клепаной дорожке медленно и осторожно. За арочными дверными проемами находились пустые помещения. По рисунку пыли на полу можно было определить, где раньше стояла мебель.
Чем глубже они уходили в недра горы, тем слабее слышались голоса остальных «ловкачек». Айя гадала, сколько же тонн горной породы вынули, чтобы создать этот подземный лабиринт. Кто бы его ни построил, этим людям удалось каким-то образом обхитрить автоматизированные маглевы так, что поезда увозили отсюда уйму груза. А может быть, к делу был причастен кто-то из городских. Проект был слишком грандиозен.
После реформы свободомыслия «Чистый разум» все города расширялись. Для строительства использовался металлический лом, взятый из Ржавых руин, но металла не хватало, велись его поиски.
— У кого есть ресурсы, чтобы построить такое сооружение? — негромко спросила Айя.
— Может быть, это было одно из тех мест, где ржавники когда-то добывали металлы, — предположила Мики, — Как же назывались такие места? Рудники?
Айя вдруг заметила, что они начали говорить шепотом. Эхо здесь было очень сильным: она слышала каждый звук, какой производила.
Бессонная ночь и долгий день начали сказываться. Она так утомилась, что перестала ощущать волнение, охватившее ее во время серфинга на маглеве. В тускло-оранжевом свете Айя плохо видела, ей начало что-то мерещиться. Длинные тени плясали в свете фонариков.
«Вряд ли при таком освещении моя скрытая камера что-то снимет», — подумала Айя.
Неожиданно Мики обернулась и спросила:
— Ты видела?
— Что?
— Не знаю. — Мики направила луч фонарика назад вдоль коридора. — Тени как-то странно двигались только что. Как будто что-то за нами идет.
— Что-то? — переспросила Айя, обернулась и всмотрелась в полумрак. Усталость и сонливость как рукой сняло.
— Может быть, мне просто померещилось.
— Блеск, — Айя вздохнула. — Теперь и мне мерещится.
— Пошли, — сказала Мики. — У меня такое чувство, будто то, что мы ищем, где-то недалеко.
— Не то ли это самое, что шло за нами? Или другое что то?
Вместо ответа Мики пожала плечами и зашагала вперед.
Дорожка из стальных заклепок свернула в следующее помещение. Там заклепки вели к большому проему в стене. За проемом располагалась лестница, ступени которой уходили вниз. И там оранжевого аварийного освещения не было — только темнота.
Айя остановилась в нерешительности:
— Может быть, лучше позвать остальных?
— Хочешь, чтобы Кай подумала, что ты боишься темноты? — фыркнула Мики и направилась к лестнице.
Айя вздохнула и пошла за ней.
Они начали спускаться по ступеням. С каждым шагом эхо их шагов звучало все более гулко и протяжно. Они оказались в просторном помещении. Луч фонарика Айи освещал высокие своды, похожие на те, которые она видела в подземном коллекторе. На миг у нее мелькнула мысль: не для того ли кто-то изрыл туннелями всю гору, чтобы сюда стекала вода во время сезона дождей? Но с другой стороны, зачем кому-то понадобилось строить такие странные водостоки?
Вдруг луч фонарика Айи упал на металлические цилиндры. Огромный зал был набит ими. Аккуратные ряды цилиндров выстроились, будто огромные металлические солдаты на параде. Ряд за рядом уходили они во мрак.
— Отлично, мы их нашли, — прошептала Мики. — Но что это такое?
Айя развела руками. Она подошла к ближайшему цилиндру и прижала к нему ладонь. Холодный металл, ровная гладкая поверхность. Айя привстала на цыпочки, чтобы осмотреть верхушку цилиндра, но и здесь не обнаружила ни шва, ни крышки, ни пломбы.
— Похоже, они целиком стальные.
Мики прошла мимо Айи дальше. Продолговатые тени заплясали в луче ее фонарика. Айя последовала за Мики вдоль шеренг войска цилиндров. Она пыталась понять, что же они собой представляют. Но на стальных цилиндрах не было никаких меток, они стояли ровными рядами, будто пешки на гигантской шахматной доске, и все — одинаковые.
Но ведь металла в городе не хватало! А здесь стали было столько, что с ее помощью размеры города можно были бы удвоить!
Мики резко остановилась и воскликнула:
— Ну вот, опять.
— Что?
Мики обернулась и посветила фонариком за спину Айи.
— Я заметила блик на металле. Там кто-то есть!
Айя проворно развернулась и провела лучом фонарика вдоль ряда цилиндров. Тени запрыгали, заметались в разные стороны, но Айя не увидела ничего, кроме отражения собственного искаженного, тускло освещенного лица на поверхности нескольких цилиндров.
— Ты напугать меня хочешь? — прошипела Айя.
— Да нет же, я вправду что-то видела, — прошептала Мики, вытаращив глаза — Я позову остальных на помощь.
— Ты уверена? Может быть, нам стоит... — проговорила Айя, но Мики опрометью помчалась к лестнице, крича:
— Сюда, сюда!
Айя прищурилась и вгляделась в темноту. Что-то мелькнуло — она заметила это краем глаза, но стоило ей повернуться — и все пропало, остались только тени, прыгающие в луче фонарика. Быстро сделав несколько шагов в том направлении, Айя осмотрела следующий ряд цилиндров. Ничего
Со стороны лестницы послышались крики. Остальные «ловкачки» откликнулись на призыв Мики. Они были уже близко, но, по мнению Айи, не слишком сильно спешили.
Она пошла к лестнице, то и дело нервно оборачиваясь. Поводила фонариком из стороны в сторону, но добилась только дикой, пугающей пляски теней.
Неожиданно она заметила отражение на гладких металлических поверхностях. Черный силуэт промчался вдоль ряда цилиндров и метнулся в темноту.
Айя замерла как вкопанная. Она пыталась понять, куда движется странный силуэт, но это было все равно что играть в прятки в зеркальном лабиринте.
— Мики! — крикнула Айя. — Я думаю, это...
Голос у нее сорвался. Странный силуэт оказался прямо перед ней. В красном луче фонарика сверкнули знакомые линзы объективов.
Это был Моггл.

Побег

— Мики! — прокричала Айя — Все в порядке! Вряд ли тут есть что-то...
— Не бойся, Айя-тян, — послышался голос Мики с середины лестницы. — Они скоро будут здесь.
— О черт… — пробормотала Айя.
Она опустилась на колени и поманила к себе маленькую аэрокамеру:
— Иди сюда!
Моггл секунду помедлил. Новый приказ противоречии предыдущим командам, согласно которым он должен был держаться подальше от Айи. Но когда Айя снова позвала Моггла, он быстро пролетел вдоль ряда цилиндров и упал ей на руки.
— Привет, Моггл! — прошептала Айя, гладя оболочку камеры, покрытую камуфляжной краской — Умница, нашел меня. Но ты должен быть осторожнее.
— Эй, все нормально? — крикнула Мики с верхней ступени лестницы.
— Все просто отлично! — откликнулась Айя. — Но тут точно никого нет! — И прошипела Могглу: — Нужно найти для тебя укрытие.
Она выключила фонарик, засунула Моггла в карман и стала искать глазами другой выход из зала. Но ряды совершенно одинаковых цилиндров уходили в темноту, и больше ничего видно не было.
Со стороны лестницы донеслись крики. Мики начала спускаться по ступеням. Позади нее мелькали лучи фонариков.
Айя пригнулась и направилась в глубь зала. Свет исходил только от фонариков «ловкачек». Желтые и красные лучи выхватывали из темноты блестящие поверхности цилиндров. Айя накрыла Моггла полами расстегнутой куртки.
— Когда я тебя отпущу, найди укрытие и спрячься, понял?
В ответ Моггл, естественно, мигнул ночными фарами прямо в лицо Айи.
— Прекрати немедленно! — прошипела Айя, на миг ослепнув, и остановилась.
— Что это было? —  крикнула Мики. — Айя, ты где?
Айя проморгалась, встала на цыпочки и заглянула за верхушки цилиндров. «Ловкачки» беспорядочно рассыпались по залу.
А Иден Мару поднялась в воздух. Металлические цилиндры обеспечивали ей подъемную силу. Она быстро летела вдоль рядов цилиндров, раскинув руки, будто хищная птица — крылья. Наверняка она была обеспечена неплохим инфракрасным зрением: большинство городских скайбольных матчей проходило по ночам.
Айя мысленно выругалась, пригнулась и побежала со всех ног. Ей нужно было во что бы то ни стало найти другое помещение. Но существовал ли еще один выход от сюда?
Вдруг Моггл начал вырываться из рук Айи.
— Не сейчас! — прошептала она, но аэрокамера все же выскочила, а Айя потеряла равновесие.
Моггл умчался от нее между рядами цилиндров на полной скорости, словно пушечное ядро.
Айя резко остановилась и, прищурившись, уставились в темноту, пытаясь понять, куда подевалась ее аэрокамера.
— Фонарик потеряла, Проныра?
Подняв голову, Айя увидела прямо над собой Иден Мару.
Она попыталась придумать, почему отключила луч, Но не найдя более веской причины, ответила:
— Ой, да, я его уронила.
— Молодец. — Иден обшарила взглядом темноту. — А за чем мы гонимся, кстати говоря?
— Если бы я знала! — Айя пожала плечами, стараясь не смотреть вслед Могглу. — Похоже, Мики что-то мерещится все время.
— Это не похоже на Мики,— пробормотала Иден и пробежалась взглядом по рядам цилиндров. Ее глаза нацелились в ту сторону, куда умчался Моггл.— Что это там?
Айя сощурилась и всмотрелась в темноту. Огоньки фонариков остальных «ловкачек» приближались. Обычное зрение помогло Айе разглядеть только место, где закапчивались ряды цилиндров. Она сделала несколько шагов и увидела круг тьмы шириной в метр — начало прохода. Мысленно она облегченно вздохнула Видимо, Моггл решил спрятаться там. Иден Мару сразу устремилась к проходу.
— Может, стоит дождаться остальных? — крикнула Айя, трусцой побежав за Иден, — Что бы это ни было, оно может быть опасно.
— Ты ведь вроде сказала, что у Мики галлюцинации.
Иден подлетела к темному кругу, приземлилась и медленно влезла внутрь отверстия в стене.
Лихорадочно соображая на бегу, Айя осознала, что отверстие в стене как раз такого размера, что в него мог поместиться один цилиндр в горизонтальном положении. Проведя ладонью по краю дыры, Айя нащупала уже знакомые круглые заклепки. Это были своеобразные желоба, по которым дроны-носилыцики могли передвигать цилиндры.
Айя пригнулась и пошла за Иден так быстро, как только могла.
— Что-нибудь нашла?
— Да. Но ничего не понимаю.
Некоторые «ловкачки» подошли к отверстию позади Айи. Стенки туннеля осветились лучами фонариков. Стало видно то, что нашла Иден.
Это была толстая металлическая дверь. Она была открыта, в самой ее середине блестело окошечко.
— Между прочим, — нахмурилась Айя, — это единственная дверь, кроме той, через которую мы вошли.
— Ты хочешь сказать — крышка люка. — Иден указала вперед. — Это шлюзовая камера. Впереди еще один люк.
— Шлюзовая камера? — Айя недоверчиво покачала головой. — Зачем кому-то понадобилась шлюзовая камера в недрах горы?
Но когда они с Иден подползли ближе к люку, она увидела вторую дверь, которая тоже была открыта, как и первая. Айя нервно сглотнула ком, сжавший горло. Если это действительно была шлюзовая камера значит, туннель заканчивался тупиком. Вариантов быть не могло. А это означало, что Моггл попал в западню.
— Лучше первой полезу я! — заявила Айя и протолкалась вперед.
— Но ты не видишь в темноте! 
Не обращая внимания на Иден, Айя проворно пошла дальше по круглому туннелю. По крайней мере, она могли предупредить Моггла о том, что кто-то идет сюда. Да нет, судя по звуку голосов позади, сюда двигались все «ловкачки» до одной.
— Моггл, — прошептала она еле слышно и немного помедлила, ожидая ответа.
Странно: воздух в туннеле был каким-то другим, не таким, как в зале.
Еще один шаг — и Айя подвернула ногу. Пол накренился вниз. Она застонала от боли, вытянула руки перед собой, чтобы за что-нибудь ухватиться.
Ее пальцы сжали пустоту.
В следующее мгновение Айя покатилась вперед и упалав бездну.

Шахта 

Кувыркаясь, Айя падала в абсолютной темноте в недра горы.
Она попыталась задействовать свои магнитные браслеты, надеясь, что они отыщут где-нибудь хоть сколько-то металла и помогут ей не разбиться. Стоило ей повернуть браслеты на запястьях, и они сразу отыскали какую-то зацепку и рванули Айю вверх с такой силой, что ей едва не вывихнуло плечевые суставы. Ноги по инерции занесло в сторону, и Айя сильно ушибла бедро о камень.
На мгновение она повисла с вытянутыми руками в полной темноте и чуть не потеряла сознание от боли. Когда голова у нее прояснилось, Айя услышала эхо собственного дыхания. Она качнула ногами. Ступни коснулись камня, и ее оттолкнуло к противоположной стенке. Удар — и дикая боль в легких.
— Прекрати брыкаться! — послышался голос Иден сверху, из темноты.
Через несколько секунд талию Айя обвили сильные руки и потащили вверх. Боль в плечах немного ослабла.
— Ты в порядке, Проныра? — спросила Иден.
— Жить буду. Но падений с меня на сегодня, пожалуй, хватит.
— Надеюсь, ты не для того то и дело пытаешься покончить с собой, чтобы произвести на меня впечатление?
Айя стиснула зубы и застонала. Иден тащила ее вверх в кромешном мраке. Айя почувствовала покалывание в онемевших руках. Кровь возвращалась к ним.
Иден надежно усадила Айю на край обрыва, с которого та только что сверзилась.
— Быть может, разведку тебе стоит оставить для тех, кто видит в темноте. И умеет летать.
— Конечно, — проговорила Айя, растирая плечи. — И спасибо.
— Спасибо еще раз, ты хотела сказать.
Их окружило эхо голосов. По туннелю пробирались вперед остальные «ловкачки».
— Без спешки! — предупредила их Иден, — Здесь ловушка... или что-то типа того.
— Вот-вот, типа того, — пробормотала Айя, вытащив фонарик и осторожно наклонившись вперед.
Шахта была круглая и достаточно широкая для того, чтобы по ней можно было спускать вниз цилиндры. Стены были укреплены медными кольцами шириной с руку Айи. Поверх колец лежал прозрачный пластик. Моггл выбрал очень странное укрытие.
— Как вижу, фонарик ты нашла, Проныра, — проворчала Иден.
— Ой, да, — Айя удивленно пожала плечами. — Похоже, он все это время у меня в кармане лежал 
Иден медленно кивнула.
— Что-то нашли? — прозвучал голос Кай.
Растолкав остальных «ловкачек», она подобралась к краю шахты и заглянула в глубину.
— Вот это да! — протянула Кай. — Что это такое?
— Похоже, мы не знаем, — в тон Айе ответила Иден. — Правда, Проныра?
— Догадок нет, — сказала Айя, растирая запястья. — Одно могу сказать: прыгать туда не стоит.
Кай присела на корточки и провела руками по металлическим заклепкам на дне туннеля. Потом она обернулась и посмотрела назад, в зал, где стройными рядами выстроились цилиндры.
— Видимо, отсюда берутся эти здоровенные металлические штуки.
— Наверное, — кивнула Айя, — Может, это что-то вроде лифта.
— Лифт со шлюзовой камерой? Вряд ли, — не согласилась Кай, — Дно видишь, Иден?
— Нет, хотя могу туда спуститься.
Иден сошла с края шахты, но ее подъемные устройства не дали ей упасть.
— Извини, что вся слава достанется мне, Кай, — улыбнулась Иден и исчезла из виду.
Айя проводила ее взглядом. Ей так хотелось верить, что Моггл полетел вверх, а не вниз...
Кай посмотрела на нее и спросила:
— А за кем вы с Мики гнались, хотелось бы знать?
Айя пожала плечами и поморщилась от боли
— Тебе плохо?
— Я сегодня слишком часто пользовалась магнитными браслетами.
— Это я заметила, — усмехнулась Кай. — Я знала, что ты наша, Айя-тян.
— Спасибо — Айя вяло улыбнулась. У нее снова закружилась голова от слабости — Пожалуй, мне стоит пару минуток отдохнуть. Адреналином нужно подзаправиться.
— Нет проблем. — Кай наклонилась, заглянула в шахту и вздохнула. — Время у тебя есть.

Айя пробралась по туннелю мимо «ловкачек», отмахиваясь от вопросов и говоря, что ей нужно прийти в себя. Выбравшись в зал, она пошла вдоль рядов цилиндров к лестнице.
— Моггл? — прошептала она.
На фоне темноты перед ней возникло поле зрения аэрокамеры. Усталый мозг Айи не сразу освоился с инфракрасным диапазоном, но она поняла: объектив Моггла нацелен вниз.
Скопление пятен, имеющих температуру человеческого тела, — это были «ловкачки», сгрудившиеся около края шахты. Иден Мару представляла собой крошечное пятнышко света гораздо ниже. Оно было окружено более яркими огоньками — разогревшимися подъемными устройствами скайбольного облачения.
Пока что Могглу везло. Но можно было не сомневаться: через какое-то время Иден обследует и верхнюю часть шахты.
— Набирай высоту, — шепнула Айя, — и поищи выход.
Аэрокамера начала подниматься вверх. Айя увидела стенки шахты. Примерно через каждый метр — медное кольцо, и никаких ответвлений ни в одну сторону, ни в другую. Но прямо над Могглом было заметно слабое инфракрасное свечение — полоска тепла над верхом шахты.
— Погляди, что там такое. И умоляю, не включай ночные фары!
Айя на миг приглушила свечение глазного дисплея и проверила, не идет ли кто-нибудь за ней. В зале, набитом металлическими цилиндрами, пока никого не было.
Моггл набирал высоту, и его сигнал начал слабеть. Поле зрения Айи покрылось помехами. Связь с аэрокамерой осуществлялась через толстый слой горной породы.
«Интересно, какой же глубины эта шахта?» — гадала Айя.
Без помощи городской сети ее встроенная скинтенна могла улавливать сигнал в радиусе километра, не больше.
Когда Моггл добрался до верха, Айя уже едва различала что-либо за пеленой помех. Было такое впечатление, что ее аэрокамера попала в какой-то прозрачный пузырь. Мягкий свет проникал через прозрачные закругленные пластиковые стенки.
Это светили... звезды.
Айя поднялась на несколько ступеней вверх по лестнице. На мгновение помехи пропали. Все верно: объектив Моггла был нацелен на небо на вершине горы.
Внезапно перед Айей предстал весь горный хребет. Острые скалистые пики устремились к звездному небу. Внизу, в долине, сверкали плоскости солнечных батарей маглева. Айя даже различила вдалеке огни города.
Но какой смысл был в том, чтобы доставлять цилиндры наверх, к вершине горы? Существовали гораздо более простые способы доставки тяжелых металлических предметов — аэроподъемники и большегрузные машины.
И почему все это делалось через горные недра?
Сигнал Моггла снова перекрыли помехи. Айя повертелась на месте и нашла точку, где сигнал принимался четче. Когда изображение прояснилось, она нахмурилась. Что-то сверкнуло на краю поля зрения.
— Повернись немного влево, Моггл.
Поле зрения изменилось. Айя увидела рельсы маглева и сглотнула подступивший к горлу ком. Вдоль всего пути поезда горели предупреждающие огни.
Вдалеке показался маглев. Цепочка огоньков бесшумно надвигалась со стороны города. Тот самый поезд, который раз в месяц ходил не по расписанию, направлялся к туннелю.
А Кай оставила потайную дверь открытой нараспашку.

Атмосферное давление

— Оставайся там, пока я тебя не позову, — прошептала Айя — Но будь готов двигаться!
Она сбежала вниз по лестнице, гадая, что будет, если поезд промчится мимо открытой двери. У входа были свалены в кучу оборудование и мебель, а рядом горой лежали скайборды «ловкачек».
Айя на себе испытала, на что способен ветер, поднимаемый мчащимся на бешеной скорости маглевом.
Она бежала мимо рядов металлических цилиндров, и ее отражение мелькало на их полированных боках. Как же она объяснит, откуда узнала о приближении поезда?
Туннель был озарен лучами фонариков «ловкачек». Одни девушки стояли у входа, другие рассредоточились внутри.
— С дороги! — прокричала Айя и, нырнув в туннель, побежала, наступая на ноги «ловкачкам» и не обращая внимания на их возмущенные крики. — Слушайте все! Поезд идет!
Все умолкли. Кай обернулась и посмотрела на Айю:
— В смысле?
— Помнишь, ты сама говорила про дополнительные поезда, которые ходят не по расписанию? Так вот, один из таких поездов идет сюда! Он будет здесь через несколько минут!
— С чего ты взяла? — прищурилась Кай.
— Я пошла к выходу... чтобы взять скайборд. Я подумала: может, кто-нибудь из нас спустится на нем в шахту.
— И ты успела смотаться туда и обратно за пять минут?
— Нет... Но на полпути до выхода я почувствовала, как сотрясается земля. Надо уходить, Кай! Нельзя терять пи секунды!
Кай растерялась. Туннель огласился недоверчивым ропотом.
Айя застонала в отчаянии. Обойдя нескольких девушек, она наклонилась над краем шахты и крикнула:
— Иден! Поезд идет!
Через несколько секунд вверх проворно взмыла Иден Мару.
— Поезд? А мы дверь не закрыли!
— Ну и что? — пожала плечами Кай — На такой скорости кто-нибудь хоть что-то заметит? Большинство маглевов полностью автоматизированы, на них нет ни души.
— Но наши скайборды! Их утащит ветром вместе со всем остальным, что не привязано, не закреплено!
— Что же ты молчала раньше! — гневно вскричала Кай.
— Ты же сказала, что никаких поездов не будет!
— Я сказала «скорее всего»!
— Прочь с дороги!
Иден вытянула руки, сложила ладони, как ныряльщица, и стрелой полетела по туннелю.
В следующее мгновение в туннеле началась давка. «Ловкачки» раскричались и начали, толкая друг дружку, пробираться к выходу.
Кай на миг оторопело уставилась на Айю:
— Ты уверена, что тебе не померещилось?
Айя кивнула, еле дыша. Кай выругалась и, пригнувшись, побежала по туннелю следом за остальными.
Дождавшись момента, когда торопливые шаги «ловкачек» стихли вдали, Айя снова включила айскрин. Она улеглась на спину и уставилась вверх, в непроницаемую тьму.
Теперь от Моггла ее отделял только воздух, и вид с вершины горы предстал перед ней предельно четко. Поезд уже был намного ближе — яркое жемчужное ожерелье, ползущее по светящейся линии маглева. Еще несколько минут — и поезд войдет в туннель.
— Быстро спускайся сюда, Моггл! — прошептала Айя, — Не лети, а просто падай!
Моггл опустил объектив вниз, и Айя смогла следить за падением своей аэрокамеры полем зрения Моггла. Ярко-желтое пятнышко — ее голова — начало увеличиваться все быстрее и быстрее. Моггл на большой скорости падал вниз вдоль Стенок шахты, и в какой-то момент Айя увидела перед собой собственные вытаращенные глаза.
— Стоп! — визгливо вскрикнула она.
Аэрокамера послушно остановилась в паре сантиметров от носа хозяйки и радостно мигнула фарами.
— Я тоже рада тебя видеть. Опять ты меня ослепил... Ну да ладно, — сказала Айя.
Она пригнулась и побежала по узкому туннелю.
— Следуй за мной, — скомандовала Айя Могглу, — но не слишком близко. Если на кого-нибудь нарвемся, не забудь спрятаться.

Айя помчалась к выходу по каменному лабиринту коридоров, по дорожке из металлических заклепок. Вот как Моггл сумел ее разыскать. Точно так же как цилиндры, аэрокамера могла летать только там, где внизу лежал металл.
Добравшись до главного коридора, Айя едва дышала, и ее сердце бешено колотилось. Впереди на фоне дверного проема, выводившего в туннель, чернели силуэты «ловкачек».
Пошатываясь, Айя остановилась и почувствовала, как вибрирует земля под ногами.
— Время поджимает, — послышался голос Кай.
— Я стараюсь!
Иден стояла на коленях у дверного проема, сжав в руке материал-хакер. Другой рукой она нажимала кнопки на панели управления прибора.
Но смарт-материал потайной двери не желал повиноваться.
Айя оглянулась через плечо и увидела Моггла, который, вынырнув из-за угла, пытался заснять происходящее. Она улыбнулась. Закроется дверь или нет — что ни произошло в следующий момент, в любом случае фрагмент мог получиться весьма зрелищным.
— Всем приготовиться, — сказала Иден — На всякий случай.
Стоявшие впереди нее «ловкачки» соединили свои магнитные браслеты и сформировали живую цепь. Вряд ли от этого мог быть какой-то толк: если мебель и оборудование поднимутся в воздух, беды не миновать.
Наконец Иден Мару издала победный клич. Смарт-материал ожил. Воздух в дверном проеме подернулся рябью, черные волокна начали затягивать отверстие в стене.
Но поезд уже вошел в туннель. Айя почувствовала это. У нее заложило уши. Воздушная волна помчалась по туннелю со скоростью триста километров в час. Айю обдало запахом озона, испускаемым изменяющимся смарт-материалом.
Рокот маглева становился все громче. В лучах фар бешено вертелись пыльные смерчи. Первый слой подвижного материала закрыл дверной проем, но вогнулся внутрь и стал похожим на детский воздушный шарик, который сдавили ладонями.
Айя гадала: что будет с поездом, если смарт-материал лопнет? Не слишком ли сильно изменится давление воздуха в туннеле? Не сдует ли поезд с рельсов?
Иден, стоявшая рядом с дверью, остервенело тыкала пальцами в кнопки пульта и что-то кричала, но ее голос тонул в реве поезда.
Еще несколько слоев смарт-материала легли на место...
Грохот стал оглушительным. Горы аппаратуры вокруг Айи заплясали на полу. Смарт-материал, затянувший дверной проем, часто вибрировал, будто гитарная струна, задетая пальцем.
Миновало несколько мучительно долгих секунд, и рев маглева начал стихать. Поезд миновал туннель.
Дверь выдержала, не треснула. Теперь Айя смогла отличить смарт-материал от камня.
Иден без сил рухнула на пол. Кай повернулась к остальным «ловкачкам» с усталой улыбкой.
— Пожалуй, — сказала она, — на сегодня хватит с нас развлечений.
Остальные устало забормотали. Возможно, не только Айя не высыпалась последние несколько ночей. «Ловкачки» начали разбирать свои скайборды, готовясь к обратной дороге.
Однако у Айи осталась единственная проблема: вынести Моггла из потайного лабиринта.
— Эй, Кай! — крикнула она. — Можно нам прихватить кое-что отсюда?
Кай обвела взглядом горы аппаратуры.
— Почему бы и нет? Но только осторожно, чтобы не было заметно, что тут кто-то побывал.
— Кто что заметит в таком бардаке? — рассмеялась Айя — Отсюда все вывозят, а не расставляют по местам.
Некоторые «ловкачки» воодушевились предложением Айи, положили скайборды на пол и принялись рыться в аппаратуре. Айя понимала: не имея высокого рейтинга лица и пренебрегая добыванием баллов, они редко могли позволить себе приобретения, а валявшиеся повсюду уолл-скрины и системные блоки представляли собой большой соблазн.
Она быстро подошла к тому месту, где прятался Моггл, и схватила первый попавшийся пластиковый контейнер. Вытряхнув из него содержимое — ручки-фонарики и доски для рисования, она дала аэрокамере знак забраться в коробку. Пластиковая крышка герметично закрылась, надежно упрятав под собой Моггла.
Айя проворно повернула на запястьях магнитные браслеты, и к ней по коридору подлетел скайборд. Она поставила коробку на поверхность летательной доски и почувствовала, как сработал через пластик магнитный механизм Моггла.
Она была готова тронуться в путь вместе со своей аэрокамерой, успевшей заснять немало потрясающих кадров.
— А все-таки очень круто вышло, что ты узнала о приближении поезда.
Айя подняла голову и увидела, что над ней парит Иден Мару.
— Что тут крутого? — заспорила Айя. — Просто пол жутко сотрясался, вот и все.
— Нет, все-таки забавно, — сказала Иден. — Я когда сюда вернулась, сначала ничего не почувствовала, а только тогда, когда поезд подъехал ближе. А ты, находясь в толще горы, ощутила, что сюда идет маглев.
— Может быть, это потому, что ты никогда не расстаешься со своей скайбольной формой? — улыбнулась Айя. — Ты не привыкла ходить по земле, как мы, простые «экстры».
— Да, наверное. — Иден глянула на пластиковую коробку, в которой лежал Моггл. — Нашла что-то любопытное?
— Там дребедень всякая. Ручки-фонарики. Хочешь одну?
— Нет, спасибо. — Иден растерянно покачала головой. — У меня нет нужды что-то красть. Я ведь знаменитость, ты не забыла?
— Прости, вылетело из головы.
— Не извиняйся, Проныра-тян. — Иден наконец улыбнулась. — Все нормально. Я смотрю, ты осваиваешься.
Она хлопнула Айю по плечу. Айя поморщилась от боли, а Иден порхнула к дверному проему и принялась орудовать материал-хакером, чтобы снова открыть дверь.

Чумазая Королева

Утром Айя проспала сигнал будильника и в итоге пропустила английский для совершенствующихся и два математических предмета.
Когда она проснулась, в окно светило солнце, и это зрелище вызвало у Айи отчаяние. Пропущенные уроки означали уйму потерянных баллов, а стало быть, целый месяц она будет на нуле.
Но, лежа в кровати, глядя в потолок и потирая ушибы и синяки, оставшиеся после ночных приключений, Айя вдруг осознала, что уже недолго баллы будут иметь для нее значение. Как только ее сюжет о «ловкачках» попадет в сеть, она станет слишком знаменитой, чтобы переживать за экзамены, интернатские повинности, работу по присмотру за малышами. Все это потеряет для нее всякую ценность — как витрины с позеленевшими монетами эпохи ржавников в городском музее.
Высокий рейтинг лица означал, что тебе не стоит беспокоиться о том, какое впечатление ты произведешь на Комиссию добропорядочного гражданства: Ты должен был всего лишь оставаться знаменитым, что, как любили говорить эго-«выскочки», было намного проще, нежели стать знаменитостью.
Айя протерла заспанные глаза. Она уснула, просматривая записи, выгруженные из Моггла и скрытой камеры, вмонтированной в пуговицу: несколько часов серфинга на крыше маглева, загадочные туннели, бескомпромиссные «ловкачки», выдающие тайны своей группировки.
Все кадры просто роскошные.
Однако работы предстояло слишком много. За более сложные сюжеты Айя прежде ни разу не бралась. Хиро всегда говорил: какими бы зрелищными ни получались кадры, через десять минут зрители начинали уставать. Ну и как же, спрашивается, она должна была ужать видеозапись, на которой были запечатлены коридоры потайного лабиринта, долговязые уродцы и безумные «ловкачки»? Только катание на маглеве могло занять десять минут!
Конечно, большинство кадров в любом сюжете могло идти в виде фона, чтобы другие «выскочки» впоследствии либо воспользовались этими материалами, либо промерили, не наврал ли ты. К примеру, передачи в эпоху ржавников всегда грешили против правды. Но уж если Айя собралась предать «ловкачек», она просто обязана была показать всем, какие они потрясающие, и не должна была прятать материалы об их уникальных забавах туда, где их смогут увидеть только самые заядлые сетеманы.
Лежа в кровати, Айя гадала, не превратить ли этот сюжет в сериал. Прошлым летом Хиро запустил в сеть цикл из десяти частей, посвященный людям, которые мучили себя ради того, чтобы стать знаменитостями. Одни из них наносили себе порезы, другие морили себя голодом, третьи выращивали табак и курили его. Но мысль о чем-то настолько сложном — о том, чтобы вводить персонажи и уводить их из сюжета, возвращаться к начатым темам без особых повторов, — пугала Айю.
Хуже всего дело обстояло со странными долговязыми уродами. Может быть, это были инопланетяне? В них и так никто не верил, а у Айи не было ни одного кадра с ними. С таким же успехом она могла бы вставить в свою историю единорогов.
Айя включила глазной дисплей айскрина и увидела, что Рен в гостях у Хиро. Рен подсказал бы ей, как быть, а может быть, и Хиро тоже помог бы — теперь, когда Айя могла доказать им, что «ловкачки» существуют.
Она собралась позвонить Рену, но вдруг у нее перехватило дыхание от изумления. В поле зрения возникли сотни сообщений — и почти все от незнакомых людей. По какой-то причине прошлой ночью на нее обрушился шквал звонков.
Одно имя привлекло внимание Айи: это был Фриц Мицуно.
Она растерялась. Вдруг Фриц написал ей что-нибудь абсолютно честное — например, что он жестоко ошибся и что на самом деле она ему совсем не нравится. Или что Айя Фьюз — безликая «экстра», с которой никто не захочет встречаться, а уж тем более знаменитый красавец.
Выяснить это можно было единственным способом. Айя открыла сообщение и прочла:

«Сегодня на меня налетела стая аэрокамер!
А я только сейчас понял почему.
Ох... Мне так жаль. Прости, пожалуйста.
Фриц».

Айя нахмурилась. Почему он просил прощения, когда по-детски глупо себя вчера повела она? И что он имел в виду насчет стаи аэрокамер? Тут она заметила, что сообщение заканчивается ссылкой на сетевой канал, и от волнения у нее неприятно засосало под ложечкой.
Она прошла по ссылке. Открылся один из каналов с критикой моды...
Съемка была произведена днем раньше, сразу после того, как она спасла Моггла. О боже... Она — в интернатской форме, обляпанной грязью и тиной, — разговаривала с Фрицем рядом с корпусом Акира, около футбольных полей. Несмотря на то что кадр, снятый мини-камерой, получился зернистым, Фриц, сидевший, скрестив ноги, на своем скайборде, все равно выглядел красивым, как всегда. А у Айи видок был такой, будто она только что вылезла из канализации.
Подпись к фотографии гласила: «Что за слизняк подполз к Фрицу Мицуно?»
Айя закрыла глаза. Только не это... не сейчас.
Самое ужасное — она должна была предвидеть, что это случится. Фриц только-только организовал новую группировку, и рейтинг его лица неуклонно шел вверх. Камеры-папарацци наверняка следили за ним повсюду, а ее настолько заворожило его внимание к ней, что она напрочь забыла об осторожности. Как раз тогда, когда она пыталась сохранять инкогнито, она замелькала на сетевых каналах!
Айя снова посмотрела на фотографию. Хотя бы невозможно было услышать, о чем она говорит с Фрицем, а Моггла рядом с ней не было — он преследовал пластиковые снаряды и боевые колеса. К тому же это был тупой критиканский канал. Над такими сюжетами Айя всегда хихикала, а на следующий день забывала о них. Не стоило обращать внимания...
Но почему-то Айя не смогла удержаться. Она просмотрела фоновые кадры — их было около десятка, и все они оказались так же кошмарны. Ну естественно, папарацци не удосужился заснять ее после того, как она вымылась и переоделась. Ясное дело — что тут интересного?
Самым отвратительным оказалось чтение комментариев к снимкам — тысячи шуточек, оскорблений и глупых предположений: дескать, из-за операции, приведшей к абсолютной честности, Фриц так повредился умом, что его теперь тянет на девиц с огромными носами. И еще того хлеще: что из канализации выбралась на свет новая порода подружек.
Поздно ночью анонимный обитатель корпуса Акира узнал Айю на снимке и дал ссылку на ее канал, но к этому моменту тот факт, что у нее есть имя, уже ничего не значил. Все развлекались на полную катушку, окрестив ее Чумазой Королевой.
Айя лежала в кровати, размышляя о том, как же люди могут вот так покушаться на частную жизнь и тайком снимать других своими аэрокамерами. Вчера Рен сказал о том, что критиканские каналы — для тупиц. Большинство из них, скорее всего, просто завидовали, их раздражало то, что она понравилась Фрицу — она, уродливая «экстра», а не какая-нибудь девица с высоким рейтингом лица.
Но как бы Айя ни старалась мысленно отмахнуться от всего этого, назвать всех поголовно тупицами она не могла. Ей было больно.
Айя услышала мелодичный звон и застонала. Наверное, это было очередное сообщение от кого-то из новых фанов Чумазой Королевы. Но как только на экране появилось имя отправителя, она резко поднялась и села на кровати.
— Фриц?
— Привет, Айя-тян. Хм... Ты уже в сеть заглядывала сегодня?
Айя улеглась и вздохнула:
— Да. Королева к твоим услугам.
— Мне так жаль, Айя. Я и сам еще не успел привыкнуть ко всем этим штучкам типа папарацци. Я и подумать не мог, что...
— Ты не виноват, Фриц. Это мне следовало предвидеть... — Айя снова вздохнула. — Хиро стал знаменитостью сразу, после самого первого своего сюжета. Я знала правила. Я просто забыла о них, когда увидела, что ты меня ждешь.
После короткой паузы Фриц сказал:
— Пожалуй, это меня радует.
Впервые с момента пробуждения Айя ощутила нечто помимо ужаса человека, попавшего в засаду. Фриц позвонил ей не для того, чтобы оскорбить.
— Ну да, наверное.
— Может, прогуляемся? Устроим пикник или еще что-нибудь в этом роде.
— А я так поняла, что за тобой стая аэрокамер летает.
— Так и есть, ну и что? — сказал Фриц. — Пусть люди увидят тебя без... грязевого компонента, что ли.— Он негромко рассмеялся.
— Но я не могу. Помнишь сюжет, над которым я работаю? Это все еще тайна.
— Ну, мы не будем об этом говорить. Как будто я ничего не знаю.
— Но та группировка, которую я снимаю... они терпеть не могут славу. Они просто помешаны на безвестности. И если они увидят меня с тобой под прицелами камер, они могут заподозрить неладное.
— Что же тут подозрительного? То, что ты любишь пикники?
— Фриц, — простонала Айя, — я инкогнито, не забывай! Группировка не знает о том, что я снимаю о них сюжет.
Последовала долгая пауза.
— Секундочку... Я думал, что это секрет от других «выскочек», а оказывается, это и для компании секрет?
— Да. Они не знают, что я «выскочка».
— Ты хочешь сказать, что поступаешь с ними так же, как только что поступили с нами? Ты их снимаешь тайком?
Айя разжала губы и тут же сжала. Она не знала, что ответить. Наконец ей удалось выдавить:
— Тут совсем другое дело!
— В чем другое?
— Я их не высмеиваю, Фриц, — я показываю, какие они крутые! Эта история их прославит!
Но ты же вроде бы сказала, что они славу терпеть не могут.
— Так и есть, но... — начала было Айя, но снова запуталась в словах. От абсолютной честности Фрица можно было чокнуться! Он словно приехал из какого-то безликого города.
— Я должен подумать об этом, Айя, — сказал он.
— Ты должен... что?
— Прости, но для меня это странно — все эти разговоры насчет инкогнито. Судя по всему, получается, что тебе лучше держаться от меня подальше. Поэтому, наверное, нам лучше немного повременить со встречами.
В первый момент Айя хотела возразить, вскочить с кровати и побежать к Фрицу, наплевав на стаю аэрокамер. Но она не могла рисковать. Все и так уже было ужасно. Сеть просто пестрила упоминаниями ее имени.
Наверное, Фриц был прав, и им стоило несколько дней не встречаться, как ни грустно было это признавать.
— Ты уверен, Фриц?
— Да. Мне нужно все обдумать. Порой трудно осознать, какой ты на самом деле.
Айя в отчаянии сжала кулаки. Она пыталась придумать, что сказать. Теперь Фриц считал ее безмозглой насмешницей! Если бы только она могла объяснить ему, что этот сюжет намного важнее, чем тайна частной жизни «ловкачек». Ведь то, что кто-то прятал в недрах горы, могло быть очень опасно!
Но из-за абсолютной честности Фрица и его славы все, что бы она ему ни сказала, на следующий день появилось бы в сети. Она не могла так рисковать. В итоге они попрощались. Связь прервалась.
Лежа в кровати, Айя принялась стирать оскорбительные сообщения. С каждой секундой тоска охватывала ее все сильнее. Возможно, избегать встреч с Фрицем уже было бессмысленно. А вдруг кто-то из «ловкачек» наткнется в сети на сюжет о Чумазой Королеве? Обвинят ли они Айю в том, что она вдруг так жутко прославилась? Но ведь она не была виновата в том, что Фриц — знаменитость и красавец, что он, словно магнит, притягивал к себе аэрокамеры...
А ведь именно о таком парне она до смерти мечтала неделю назад.
Айя нахмурилась. Она вдруг поняла, что сегодня первое утро в ее жизни со времен детства, когда она, проснувшись, первым делом не проверила рейтинг своего лица. Именно сегодня он мог подняться. Она отключила канал критики моды, убрала все ссылки, перепосты и комментарии со сплетнями с внутреннего дисплея — и наконец перед ней предстал ее маленький персональный уголок славы.
Несколько секунд Айя, не мигая, смотрела на цифры, не зная, что и думать.
Рейтинг ее лица составлял двадцать шесть тысяч двести тринадцать — такой высоты он не достигал никогда. Наконец Айя Фьюз стала знаменитой.
Из-за того, что вывозилась в грязи.

Масс-драйвер

Перед особняком Акира сновало всего несколько аэрокамер.
Сюжет о Чумазой Королеве постепенно утрачивал популярность. В конце концов, в городе хватало более известных людей, над кем можно было похихикать. И все же Айя решила проявить осторожность. Еще несколько дней безвестности — а потом аэрокамеры будут буквально клубиться вокруг нее.
Обхватив руками Моггла, она спрыгнула с окна — но не из своей комнаты, а с той стороны интернатского общежития, которая выходила на недавно заложенный сад хризантем. Дрон-смотритель сердито заверещал, заметив Айю: приземляясь, она втоптала в грязь один цветок.
Похоже, в плане добывания баллов день предстоял не самый удачный.
— Добудь мой скайборд, Моггл, — распорядилась Айя. — Только так, чтобы тебя не заметили все эти камеры.
Моггл улетел к стойкам для хранения скайбордов, остановился и выглянул за угол. После вчерашних ночных приключений он наконец начал учиться держаться подальше от посторонних глаз.
Дожидаясь Моггла, Айя обвела взглядом лес, гадая, не спрятаны ли среди деревьев камеры папарацци. При мысли о том, что за ней могут следить, у нее мурашки побежали по коже. Может быть, именно так себя чувствовала Кай? Может быть, ей именно так приходилось вести себя — все время прятаться и бояться любого, даже самого крошечного взлета популярности? Похоже, такой стиль жизни попахивал паранойей.
Вернулся Моггл, следом за которым летел скайборд Айи. Она запрыгнула на летательную доску.
— Увидимся у Хиро, — строго сказала она Могглу.
Он мигнул фарами и стрелой помчался к лесу, к той части города, где обитали знаменитости.

— Привет, Чумазая Королева!
— Впусти меня, Хиро, — застонала Айя. — Меня могут узнать.
— Как тебя узнают? Ведь сейчас ты не покрыта слоем тины.
— Хиро!
Брат Айи расхохотался, но двери кабины лифта перед ней открыл. Айя и Моггл проворно скользнули внутрь.
Хиро и Рен все еще весело смеялись, когда лифт поднялся. Они лежали на диване и играли в какую-то военную игру, ход которой отображался на большом настенном уолл-скрине. От взрывов и стрекота ружейной пальбы гирлянды бумажных журавликов шуршали и дергались.
— Чем вы тут занимаетесь? — спросила Айя громко, пытаясь перекричать шум.
— Безымянный только что запустил новый сюжет, в котором он измывается над джойстиковыми играми, — Гаркнул Рен, — поэтому сегодняшний день мы посвятили войнушке!
Айя не могла скрыть своего удивления. Хиро все еще злился на Безымянного за то, что тот высмеял стариков из его сюжета о бессмертии и обозвал их уродами и теми, кто портит прекрасный мир.
— Не слишком ли громко?
— Извини, Грязь-сэнсэй! — прокричал Хиро. — Кстати, ты неплохо потрудилась над рейтингом своей физиономии. Еще несколько упоминаний о Чумазой Королеве — и тебя пригласят на «Бал тысячи лиц»!
Айя чертыхнулась и заметила:
— Не ты ли всегда твердишь, что дурной славы не существует?
— Нет, это утверждает городской интерфейс! — прокричал в ответ Хиро. — А я против грязной славы!
Рен захихикал и перевернулся на бок, чтобы его игровой персонаж смог совершить какой-то головокружительный маневр.
— Над чем ты смеешься, Рен? — крикнула Айя. — Это ты заставил меня нырять под воду!
— Я же не знал, что по пути домой тебе взбредет в голову поболтать по душам с каким-то знаменитым красавчиком!
— Я тоже не знала! — в отчаянии прокричала Айя на фоне грохота взрывов.
— Ясное дело, — отозвался Хиро. — Мы же вместе вчера смотрели канал Фрица Мицуно, а ты вроде и слышать не слышала про такого.
— Вчера я не была с ним знакома. Даже не знала, как его зовут. Просто мы познакомились днем раньше... на одной вечеринке.
Хиро нахмурил брови и щелкнул пальцами. Изображение на экране замерло, звук резко стих.
— С каких это пор тебя приглашают на такие вечеринки, где бывает Фриц Мицуно?
— Ну, меня не то чтобы пригласили, — промямлила Айя.
Хиро вопросительно вздернул брови.
— Я тайком проникла на вечеринку технарей, понятно? — простонала она. — Я там искала «ловкачек».
— Ох, снова эти воображаемые «ловкачки». — Хиро протяжно вздохнул. — Зачем ты тратишь время на единорогов, Айя-тян?
— Они не воображаемые. И. между прочим, прошлой ночью я вступила в их группировку.
— Ты вступила в ряды единорогов?
— В ряды «ловкачек», балбес. Я даже занималась серфингом вместе с ними.
— Что это значит? — спросил Рен.
— А вы даже не слышали о серфинге на маглеве?
Айя шевельнула пальцами, и Моггл начал выгружать видеозапись на экран Хиро.
— Тогда вам стоит посмотреть, — сказала она.
Хиро был готов протестовать, но уолл-скрин уже ожил.
Брат Айи строптиво сложил руки на груди и стал молча смотреть на экран, на котором разворачивались события прошедшей ночи с Айей в роли «ловкачки».
Когда экран погас, первыми словами Хиро были:
— Папа с мамой тебя убьют.
Айе нечего было возразить. Ее родители не одобряли даже прыжков с курткой-парашютом. Она не представляла, что скажет мама, если увидит, как она катается на крыше маглева.
— Стариков тебе как раз меньше всего стоит бояться, — заметил Рен — После того как ты запустишь этот сюжет, к тебе заявятся смотрители.
— Понимаю, — вздохнула Айя — Вот что плохо в запуске этого сюжета. Больше никому никогда не удастся приютиться на маглеве.
— Я не об этом, — негромко проговорил Рен — Смотрители думать забудут о каком-то там вашем серфинге, как только разглядят вон тот масс-драйвер.
Айя бросила вопросительный взгляд на Хиро, но брат был озадачен не меньше ее.
— Что такое масс-драйвер? — спросила Айя.
Рен встал, подошел к стене и, прикоснувшись пальнем к уолл-скрину, перемотал запись на несколько кадров назад. Остановился он на том моменте, когда Моггл поднимался вверх по шахте. Протянув руку к экрану, он указал на отблеск металла, вмонтированного в камень.
— Это медное кольцо?
— Кажется, да, — ответила Айя — Как в электродвигателе, что ли?
— Или на пути следования маглева, — кивнул Рен. — У маглевов два вида магнитов: те, которые создают левитацию, а еще — масс-драйверы.
— А они что создают? — спросила Айя.
— Они движут поезд. По мере того как он скользит вдоль рельсов, масс-драйверы переключаются с минуса на плюс — спереди тянут, а сзади толкают и разгоняют маглев все сильнее. Масс-драйверы дают возможность делать то и другое одновременно.
— Так, значит, эта шахта — что-то вроде маглева, который ходит вверх и вниз? — Айя недоуменно пожала плечами. — То есть это подъемник, лифт?
Рен отрицательно покачал головой.
— Это устройство способно создавать скорость перемещения в тысячу раз выше, чем любой лифт. Ты видела шлюзовую камеру? Если высосать из шахты весь воздух, можно создавать ускорение в вакууме. Никакого трения — чистая скорость. При достаточном количестве энергии масс-драйвер может забросить тебя на орбиту.
— Но какой в этом смысл? — спросил Хиро — Зачем прятать масс-драйвер в недрах горы?
Рен пристально уставился на изображение медного кольца и сказал:
— Все зависит от того, что собой представляют эти металлические цилиндры.
— Они выглядят как большие куски металла, — ответила Айя.
— А что, если внутри их смарт-материал? Тогда в полете они могут изменять форму, выпускать закрылки и крылья и более точно настраиваться на цель. Возможно, они даже способны окружать себя тепловым щитом при падении.
— Не может такого быть, Рен, — сказал Хиро, проворно сев на диване. — Вот тут наш Безымянный прав: из-за игр в войнушку у тебя поехала крыша.
— Очень смешно, Хиро. — Рен вывел на экран изображение цилиндра крупным планом — Сейчас я проведу кое-какие расчеты. Какого они размера, Айя?
— Ну, может быть, диаметром около метра — Айя нахмурилась.— Чего ты так разволновался?
— Он бредит, — съязвил Хиро.
— Допустим, длина цилиндра составляет два метра, — Хиро скрестил указательный и средний пальцы, и по экрану поверх изображения цилиндра каскадом полились столбцы цифр. — Следовательно, квадрат радиуса составляет четверть метра. Помножим на число пи — получается ноль целых, семьдесят пять сотых. Помножим на высоту, то есть на два метра, и получим полтора кубических метра. Эй, комната? Сколько весят полтора кубических метра стали?
— Какой стали? — спросила комната.
— Все равно. Округли значение.
— Почти двенадцать тонн.
— Двенадцать тонн?
Рен сделал шаг назад и, рухнув в кресло Хиро, уставился на экран выпученными глазами.
— Ну и что тут такого? — негромко спросила Айя.
Хиро наклонился вперед и, немного успокоившись, проговорил:
— Слушай, комната, какую энергию накопит стальной объект весом в двенадцать тонн, если его сбросить с орбиты?
— Какой высоты орбита? — осведомилась комната.
Хиро глянул на Рена. Тот пожал плечами и сказал:
— Две тысячи километров, допустим. Отбрось сопротивление воздуха, округли результат.
Комната без запинки ответила:
— Объект приземлится со скоростью две тысячи метров в секунду и выделит двадцать четыре гигаджоуля, что равно шести тоннам ти-эн-ти-тротила.
— Хорошо... То есть ничего хорошего, — пробормотал Хиро.
— Что такое ти-эн-ти? — спросила Айя.
— В наши дни — это единица энергии, — ответил Рен — Но давным-давно это было химическое вещество, которое ржавники использовали для изготовления бомб.
— Бомб? — Айя сглотнула подступивший к горлу ком. — То есть в те времена, когда они обстреливали друг дружку ракетами и снарядами?
— Ух ты, Чумазая Королева, — хмыкнул Хиро, — схватываешь на лету.
Рен медленно кивнул и сказал:
— Не исключено, что речь идет о ком-то, кто решил уничтожить город.
— Ты шутишь, — Айя вспомнила об оружии ржавников, способном разрушать целые города за считанные секунды, воспламеняющем небо и отравляющем землю на десятки лет. — Но у истребителей городов были ракеты с боеголовками. А эти цилиндры целиком из стали!
— Ага, Айя, — кивнул Рен, — динозавры были стерты с лица земли железом. Железом, упавшим с неба. А эти штуки не будут падать как попало. Подвижный смарт-материал может поделить их на куски — по одному на каждое здание в городе. Сколько ты там насчитала таких цилиндров?
— Их было несколько сотен, Рен, — тихо ответила Айя.
— Тысячи тонн? — ахнул Рен. — И это при жуткой нехватке металлов?
— А вы не слишком торопитесь с выводами? — засомневалась Айя. — Мы ведь пока не знаем, есть ли внутри этих цилиндров смарт-материал.
— Возможно, я найду для тебя кое-что, с помощью чет ты сможешь это проверить, — сказал Рен.
— А материал-хакер не подойдет? — поинтересовалась Айя.
Рен и Хиро изумленно уставились на нее.
— Я спросила, потому что у «ловкачек»... есть такой прибор.
— Айя, — медленно произнес Хиро, — только не говори мне, что ты забавлялась с материал-хакером.
— Я к нему даже не прикасалась!
— Айя! Пользование материал-хакером противозаконно! За такое можно не то что потерять баллы, а отправиться за решетку!
— Но между тем этот прибор подойдет идеально, — заметил Рен. — Просто дай команду базовой проверки, а потом посмотри, что получится.
— Рен! — гаркнул Хиро. — Моя младшая сестра больше ни на секунду не встретится с этими «ловкачками»! Хочешь, чтобы мать с отцом меня прикончили?
Рен посмотрел на Айю и сказал:
— Если ты не возьмешься, я сам попытаюсь туда проникнуть. Но это твой сюжет...
Айя не сразу нашлась, что ответить. Она смотрела на столбцы цифр на экране, вспоминая себя в десятилетнем возрасте. Весь ее класс рассадили по аэромобилям и повезли на экскурсию к древним руинам, оставшимся после второй глобальной войны ржавников. Посреди полуразрушенных стен с пустыми глазницами окон вздымалась обугленная раковина купола. Это было место, где сто тысяч человек погибли мгновенно. Айя не поверила тогда, что люди способны на такое — даже ржавники.

Часть вторая 

«Истребитель городов» 

Тот, кто гоняется за любой возможностью обрести целостность за счет славы,— палач, который впоследствии разрубит себя на куски.
Лео Брауди. Безумие знаменитостей

Исключение

«Ловкачки» были недовольны Чумазой Королевой.
Оказывается, Кай следила за чужим рейтингом лиц так же пристально, как за своим собственным. От нее не укрылся неожиданный скачок Айи от безвестности к какой-никакой славе. Она кое с кем связалась, кто-то позвонил ей, и в конце концов Кай пришла к выводу о том, что Айя, возможно, не совсем виновата в случившемся, но проблема осталась проблемой.
Тем, кто, как магнит, притягивал к себе аэрокамеры, не позволялось появляться рядом с «ловкачками». И Айю исключили из группировки — по крайней мере, до тех пор, пока рейтинг ее лица вновь не упадет до шестизначной цифры.
Сначала Айя думала, что временное исключение сведет ее с ума. Это надо же — наконец у нее в руках был потрясающий сюжет, а она вынуждена ждать, пока орда ничтожеств перестанет потешаться над ней из-за ничего.
Мало этого, так вдобавок Айя не смела встречаться с Фрицем до тех пор, пока все не закончится. Если кто-то заметит их вместе, сразу поднимется новая волна насмешек и издевательств в адрес Чумазой Королевы, и тогда рейтинг ее лица снова подскочит.
Но день проходил за днем, и ожидание оказалось не таким уж ужасным.
Айя не покидала свою комнату. На занятия она не ходила, сославшись на то, что простуда у нее еще не прошла
Она стерла на своем канале все старые сюжеты за неделю, а из тех, кто ей звонил или писал сообщения, она отвечала только Хиро, Рену и Кай. Мало-помалу Айя Фьюз и ее второе «я» — Чумазая Королева — начали исчезать. С каждым днем рейтинг ее лица падал на несколько тысяч.
Самым странным, конечно, было не иметь сетевого канала. За последние два года все самое важное для Айи хранилось там: снимки, сюжеты, расписание уроков, количество набранных баллов. Списки завершенных дел, пришедшие в голову мысли и желания, перечни друзей и врагов. И хотя вряд ли кто-то, кроме нее, когда-нибудь туда заглядывал — очистив свой сетевой канал, Айя словно стерла частицу себя.
К счастью, дел у нее было по горло.
Целая неделя ушла на то, чтобы отредактировать черновик сюжета, добиться того, чтобы ужасная правда осталась нераскрытой до самого конца, но так, чтобы при этом зрители не отрывались от экрана. Более продолжительного сюжета Айя еще ни разу не запускала в сеть — целых двадцать минут. Хиро после просмотра каждой версии рекомендовал сестре снова сократить сюжет, но Айя не боялась, что кому-то будет скучно смотреть ее материал.
В ее сюжете было все: эксцентричные аутсайдеры, загадочная техника, потрясающие виды дикой природы и даже эпизод, где она чуть было не упала с крыши маглева. Ну и конечно, старое доброе человечество, пытающееся вновь изуродовать планету, — все обещания и опасности свободомыслия были посланы куда подальше одним сокрушительным ударом.
За кадром осталось только одно: три странных существа, которых увидели Айя и Мики. Их она снять не смогла, поскольку в тот раз была без Моггла. Но убойных фактов типа оружия, способного уничтожить целый город, было более чем достаточно и без всяких инопланетян. О них она не сказала даже Хиро и Рену. Они почти наверняка снова посмеялись бы над ней, что она верит в единорогов.
В конце сюжета Айя оставила свободное место для правды о цилиндрах, но для этого ей нужно было подтвердить гипотезу Рена насчет смарт-материала. Айя верила, что Рен не ошибается. Математические расчеты были абсолютно верны, и к тому же Айя выяснила, что ржавники тоже устраивали убежища в недрах гор: места, где предводители могли выжить, когда весь мир рушился. То, что она увидела за потайной дверью в туннеле, было жутким возвратом к древним войнам, в ходе которых погибли миллионы людей.
Может быть, узнав правду, «ловкачки» простят ее за то, что она сделала сюжет о них. Даже Кай должна была понять, что спасение мира важнее сохранения в секрете каких-то забав.
Айя терпеливо ждала. Она редактировала сюжет вновь и вновь, мирилась с обидными комментариями Хиро. Как-то раз она выслушала целую лекцию Рена на тему математической теории орбитальной механики и кинетической энергии. Сначала слушать было скучно, но потом Рен продемонстрировал Айе взрывы — жуткое зрелище рушащихся зданий, комья полурасплавленного металла.
И вот наконец миновала долгая неделя, и рейтинг лица Айи упал ниже сотни тысяч. Чумазая Королева перестала существовать. Айе Фьюз предстояло в последний раз стать «ловкачкой».

Проверка

— Ты уверена, что за тобой не было слежки? — спросила Кай.
— Абсолютно, — ответила Айя, резко затормозив на скайборде.
Моггл летел за ней всю дорогу от особняка Акира и следил, нет ли поблизости аэрокамер, задержавшихся после краткого царствования Чумазой Королевы. Для пущей уверенности Рен вшил шесть скрытых камер в форменную куртку Айи так, что объективы смотрели во все стороны, но ни одна из камер ничего не заметила.
— А где остальные? — спросила Айя.
— Взяли выходной, — сказала Иден. — Немного ветрено для серфинга. Но мы подумали, что ты не откажешься, поскольку у тебя получился такой перерыв.
— Правда?
Айя нахмурилась. По пути она заметила ветер, но он не показался ей слишком сильным.
— Ну спасибо. Я действительно устала торчать в интернатской комнате, — сказала она.
— Вот как бывает, когда тусуешься со знаменитостями, — рассмеялась Кай. — Может, если тебе нос немного подправить, к тебе не так будут липнуть красавчики?
Айя не поверила своим ушам. Оказывается, теперь ее нос стал слишком красив?
— Мне все равно, Кай. Я просто хочу снова проникнуть внутрь горы. Я кое-что разузнала, и у меня появилось предположение насчет этих цилиндров
— Не терпится услышать, — кивнула Иден, — Но боюсь, ты слегка отстала от жизни.
— Это значит, что вы все знаете? — тихо спросила Айя.
— Нет, — усмехнулась Иден, — это значит, что Кай теперь уже не Кай, а Лай.
— Когда хочешь держаться в тени, бой не прекращается ни на секунду, — сказала Лай, — Но теперь-то ты об этом сама отлично знаешь, да, Чумазая Королева?
— Конечно, Лай.
Айя скрыла вздох облегчения, оглянувшись через плечо. Под ногами она ощутила еле заметную вибрацию. Приближался поезд.
— Насчет утери практики не переживай, Проныра — с улыбкой проговорила Лай. — Серфинг на маглеве — это как скаибординг. Ни за что не забудешь, как это делается.

На этот раз ветер ощущался пронзительнее. Чем ближе к окраине города, тем сильнее он становился. Лежа плашмя на своем скайборде, Айя чувствовала все потоки и сотрясения воздуха. Ветер дул вдоль дуги поворота, и его мощь сливалась с турбулентным потоком, создаваемым движением поезда. Казалось, две реки сливаются, и возникают бурные стремнины.
Попав в воздушную оболочку маглева, Айя закувыркалась вокруг своей оси. Завертелись перед глазами небо и земля. Она держалась на скайборде только благодаря мощным магнитным браслетам Иден. Костяшки ее пальцев, вцепившихся в передний край летательной доски, побелели от напряжения.
Айя пыталась обрести контроль над скайбордом, но всякий раз, как только она направляла его к поезду, ветер отталкивал ее и начинал вертеть. Неудивительно, что Лай и Иден посоветовали другим девушкам остаться дома!
Поезд начал издавать гул. Рельсы постепенно выпрямлялись. Айя скрипнула зубами. Нет, она ни за что не согласится еще один день просидеть в интернатской комнате, когда у нее в руках самый грандиозный проект со времен реформы свободомыслия!
Она резко наклонилась влево и подтолкнула скайборд вперед, мысленно велев ему преодолеть ветровой барьер и пробиться к поезду.
Летательная доска еще несколько раз перевернулась вокруг своей оси, но теперь Айя не стала сопротивляться. Она позволила миру поменять верх и низ раз десять, и вот наконец огни вдоль линии маглева вытянулись в цепочку. Айя отдалась на волю ветра. Скайборд ворвался в турбулентный поток и вскоре оказался внутри более спокойной воздушной зоны.
Айя с трудом выровняла скайборд. Голова у нее еще каружилась, но впереди предстал маглев, на вид неподвижный, будто дом. Айя подлетела к металлическому боку поезда и перебралась на крышу.
В пяти метрах перед ней Лай и Иден уже встали на ноги и с интересом смотрели на нее.
— Неплохо! — крикнула Лай. — Быть может, теперь тебя можно будет обучить паре-тройке новых приемов!
Маглев разгонялся. Айя промолчала. Она присела на корточки, перестегнула один магнитный браслет на лодыжку и выпрямилась как раз в тот момент, когда поезд набрал крейсерскую скорость. Все трое «ловкачек» продолжали путь молча, вовремя ложась на крышу, когда возникала опасность. По обе стороны от маглева мелькали лесистые холмы.
Вскоре впереди завиднелись горы. Теперь, когда Айя знала, что именно находится в каменных недрах, горы показались ей в сто раз более зловещими.
Днем Рен выслал Айе еще одну порцию математических расчетов. Только внутри горы можно было спрятать масс-драйвер такой высоты, чтобы он мог запустить снаряд на околоземную орбиту. К тому же атмосфера на вершинах гор была разреженная, а следовательно, для цилиндров, покидающих шахту, сопротивление воздуха было ниже. Строители этой шахты явно долго и старательно продумывали, как уничтожить мир.
Глядя на вырастающие на пути темные вершины, Айя впервые задумалась: а не правы ли те, кто высмеивает реформу свободомыслия, к примеру Безымянный? Быть может, и вправду люди слишком опасны и не стоило дарить им волю разума? Прошло всего три года с момента всеобщего выздоровления, а кто-то уже успел создать оружие, которым гордились бы ржавники.
Но хотя бы кое-что упрощалось благодаря этому открытию: как только «ловкачки» поймут, что в недрах горы установлен масс-драйвер, им придется признать, что секретничать больше нельзя.

— И что у тебя за предположение? — спросила Лай.
— Ну... Оно связано с этим, — сказала Айя и навела луч фонарика на стенку туннеля.
Иден Мару стояла на коленях, держа в руках материал-хакер, и нажимала на кнопки. В туннеле было темно, хоть глаз выколи. Пелену мрака рассеивал только луч фонарика Айи, а обе ее спутницы были наделены инфракрасным зрением. Послышалось тихое жужжание открываемой двери, и темнота ожила.
— Ты имеешь в виду подвижный смарт-материал? — уточнила Лай.
— Вот именно.
Айя поводила лучом фонарика и увидела, что поверхность стены подернулась рябью. Запахло озоном, как перед грозой.
— Может, цилиндры каким-то образом связаны с ним? — сказала Айя.
Иден глянула на Лай через плечо, но обе промолчали.
— Мне кажется, — продолжила она, — что шахта, обнаруженная Иден, сильно смахивает на масс-драйвер. А если допустить, что цилиндры способны изменять свою фирму, то они вполне могут представлять собой что-то вроде боевых ракет.
В тишине, нарушаемой только ровным жужжанием материал-хакера, Лай проговорила:
— То есть ты хочешь сказать, что вся эта гора представляет собой... оружие?
— Именно так. На древний манер, в духе ржавников.
— Забавная теория, — рассеянно пробормотала Иден, глядя, как растворяются последние слои смарт-материала, закрывающего проем в стене туннеля. — И насколько ты в этом уверена?
— Почти на все сто. А доказать это я смогу, когда мы подойдем к цилиндрам.
Все трое вошли в дверной проем. Иден повернулась лицом к туннелю и с помощью материал-хакера закамуфлировала стену.
Моггл, как это было запланировано, затаился позади, в туннеле. Айе оставалось уповать на скрытые мини-камеры.
— Умно, — кивнула Лай. — Но на этой неделе не только ты такая умная.
Айя нахмурилась. Лай с Иден, похоже, даже не удивились ее гипотезе.
— Это серьезно, Лай. Цилиндры способны уничтожить целый город. Они сильнее всего, что было задействовано во время войны в Диего.
— Может быть, и так, Проныра, но ты погоди. Увидишь, что мы придумали.
— Но это может означать...
— Айя, я же сказала: погоди!
Дверной проем окончательно заполнился смарт-материалом. Айя умолкла. Она совсем забыла о том, что Иден Мару тоже технарь и к тому же намного более знаменитый, чем Рен. Интересно, чем же она и другие «ловкачки» занимались целую неделю?
Иден, Лай и Айя пошли по подземному лабиринту, мимо груд мебели и оборудования. Когда они вошли в зал, где хранились цилиндры, Айя остановилась на верхней ступени лестницы, чтобы дать скрытым камерам возможность заснять ряды металлических снарядов.
— В чем дело, Проныра? — спросила Идеи.
— Если ты на минутку дашь мне хакер, я вам кое-что покажу.
— Это не игрушка, — предупредила Иден.
— Я знаю. Пожалуйста. Мне нужно кое-что проверить.
— Дай ей хакер, — сказала Лай. — Может быть, это и вправду интересно.
Иден вздохнула и протянула Айе прибор. Он оказался тяжелее, чем она представляла. На верхней панели располагалось множество кнопок и несколько дисплеев.
Рен предупредил Айю о том, что материал-хакер — одно из немногих устройств, специально сделанных так, чтобы обращаться с ними было сложно, — ни голосовой поддержки, ни удобного экрана с инструкциями. Хакер выглядел непроницаемо и загадочно, как приборы эпохи ржавников, хранившиеся в городском музее.
Айя спустилась по лестнице и наугад выбрала один из цилиндров. Она вытащила из кармана плоскую флэшкарту, которую ей дал Рен, и вставила в порт на панели прибора.
— Ты написала программу для материал-хакера — фыркнула Идеи. — Ты не перестаешь удивлять меня своими скрытыми талантами!
Айя смущенно пожала плечами: она устала врать
Хакер включился, и Айя прижала его к гладкому боку цилиндра. Послышалось жужжание — гораздо более тихое в сравнении с тем, которое прибор издавал когда Иден работала с потайной дверью. Чем-то этот звук был похож на рокот приближающегося поезда, но при этом был ровным, плавным — будто кто-то вел смычком по струнам виолончели.
Снова запахло озоном. Цилиндр начал меняться. Мало-помалу он принимал другие очертания. Казалось, металлический сироп вливается в новую форму. Сначала возник конус с закругленной белесой головкой. Рен говорил, что это произойдет, ведь белая головка целиком изготовлена из смарт-материала. Это был тепловой щит, предназначенный для того, чтобы снаряд не сгорел за время полета до орбиты. С боков выдвинулись четыре коротких крыла. Одно из них потянулось к стоящей рядом Айе, будто ложноножка странной металлической бактерии.
Айя попятилась назад, зачарованная зрелищем трансформации.
Крылья задвигались и повернулись. Они были расположены так, чтобы вывести ракету на нужную орбиту через верхние слои атмосферы. Вскоре трансформация прекратилась — словно жидкость внезапно замерзла. Ракета застыла в неподвижности. Возможно, она ждала особых инструкций, чего-то большего, чем просто команда, запрограммированная Реном.
— Это оно самое? — спросила Лай.
— Наверное, — нахмурившись, ответила Айя. — Но ты же видишь эти крылья. Это означает, что перед нами ракета.
— Мы так и думали, — улыбнулась Иден. — Но доказательство неплохое.
— Вы все знали? — воскликнула Айя.
Лай взялась терпеливо объяснять: 
— Как только мы поняли, что шахта представляет собой масс-драйвер, остальное стало очевидно. Но надо отдать тебе должное, Айя: до того, чтобы обследовать цилиндры с помощью материал-хакера, мы не додумались. Мы смотрели на другую половину уравнения.
— На какую еще другую половину?
— Пойдем со мной, все сама увидишь, Чумазая Королева.
Идеи, крепко сжав ее руку, повела Айю ко входу в шахты. Все трое забрались в круглый туннель, преодолели люки шлюзовой камеры и вскоре оказались у края шахты. 
Лай указала в темноту и спросила:
— Ничего нового не замечаешь?
Айя осветила фонариком, но дна шахты не разглядела.
— Ничего не вижу, Лай. У меня ведь нет инфракрасного зрения, или ты забыла?
— Ах да, точно. Ну, тогда взгляни поближе.
Лай сильной ладонью толкнула Айю в спину — внутрь шахты.

В шахте

Магнитные браслеты Иден Мару, видимо, были перепрограммированы. На этот раз резкого рывка вверх Айя не почувствовала. Браслеты плавно замедлили ее падение. Она начала медленно опускаться в темноте.
В первый момент ей стало страшно, она подумала: «Наверное, Лай и Иден все обо мне узнали и теперь бросят меня здесь». Но тут она услышала их веселый хохот, догоняющий ее.
— Очень смешно! — крикнула она, запрокинув голову;
Мимо нее пронеслась Иден, заметив на лету:
— Надеюсь, ты не боишься падать, Айя! С этим могут быть проблемы.
— Ты о чем?
Иден молча схватила Айю за ноги и держала до тех пор, пока они вместе не опустились на каменный пол.
Айя потерла разболевшееся плечо и обвела шахту лучом фонарика: дно оказалось шире. На полу лежало странное сооружение. Четыре скайборда, предназначенных для дальних перелетов, были соединены между собой полосками металла. Пространство между летательными досками занимали несколько профессиональных подъемных устройств.
— Вряд ли вы нашли эту штуку здесь. Вы ее сами собрали? — спросила Айя.
— Конечно. Это мои маленькие саночки. — Иден нежно погладила ближайший скайборд.— Бьюсь об заклад, не терпится на них прокатиться.
— Прокатиться? Куда?
Иден потянула за тонкую цепочку на шее и извлекла из-за горловины скайбольного костюма свисток. Надув щеки, она пронзительно свистнула.
— Ой! — воскликнула Айя, с опозданием зажав уши ладонями. — Могла бы предупредить!
Лай с хохотом опустилась на пол рядом с Айей, покачиваясь на поднятых вверх руках. Сверху донесся ответный свист.
Айя запрокинула голову и увидела тусклый свет луны.
— Отверстие было запечатано, чтобы была возможность откачать воздух, — объяснила Лай. — Конечно, эти ни цилиндры способны запросто пробить пластик, но поскольку в роли ракет выступаем мы, я отправила остальных «ловкачек» наверх, чтобы они расчистили для нас дорогу.
— Мы в роли?.. — пробормотала Айя и нахмурилась, — Но ты же сказала, что у остальных сегодня выходной!
— Соврала, — со вздохом ответила Лай. — А врать нехорошо, правда?
Айя взглянула на конструкцию, которую Иден назвала «санками».
— Постойте! Вы же не включали масс-драйвер?!
— Конечно нет, — ответила Иден. — Если подать к этим цилиндрам — вернее, к конусам — питание, ускорение нас попросту прикончит. Но в конструкции масс-драйвера вполне достаточно металла для передвижения скайбордов. Мои саночки могут здорово разогнаться.
— Здорово разогнаться? А что произойдет, когда мы долетим до верха?
— Произойдет инерция, — ответила Лай, — Произойдет полет. Произойдет веселье!
Айя раскрыла рот от изумления.
— А как насчет гравитации? Ведь мы можем взмыть в небо на несколько сотен метров!
— О, намного выше, Проныра-тян! — заверила ее Иден.
— И как же твои саночки потом приземлятся? Тут ведь нет магнитной решетки, как в городе! Эти скайборды камнем рухнут вниз!
— Ты разве не слышала, что про нас болтают, Проныра? — улыбнулась Лай.
Она указала на пол. Посветив фонариком, Айя увидела четыре больших свертка, похожих на мешки с бельем, собранным для стирки. К мешкам были прикреплены лямки.
Тут Айя вспомнила, что говорил о «ловкачках» ее брат Хиро. Ходили слухи, будто они прыгают с высоких мостов... с парашютами. С самодельными парашютами. Настоящих волшебная ниша в стене ни за что бы не выдала.
— О черт...
— Главное — не дергай за кольцо, пока не сосчитаешь до тридцати, — сказала Идеи. — В такую ночь ветер будет нести тебя несколько часов, если ты раскроешь парашют на слишком большой высоте.
— Но я не...
— Когда я в первый раз попробовала, — сказала Лай, — меня унесло на половину пути до океана. Потом я несколько часов топала пешком до линии маглева.
У Айи от волнения разболелась голова.
— Хочешь сказать, что уже делала это?
— Пять раз! — гордо ответила Лай, подняв руку с растопыренными пальцами. — Мы целую неделю тренировались, чтобы все подготовить для тебя!
Айя посмотрела вверх на крошечный кружочек лунного света и спросила:
— Как это понимать — для меня?
Внезапно магнитные браслеты включились и приковали запястья Айи к конструкции из четырех скайбордов. Она попыталась освободиться, попробовала размагнитить браслеты, но они не поддавались.
— Что вы делаете? — в ужасе вскрикнула Айя.
Иден подняла с пола ранец и поднесла к спине Айи. Лямки ожили и, словно змеи, обвили ее плечи и бедра.
— Просто мы решили позаботиться о том, чтобы у твоего сюжета получился поистине умопомрачительный финал, — объяснила Иден. Лай расхохоталась:
— Нам не хотелось бы разочаровать твоих поклонников!
— Но я не...
У Айи сорвался голос. Она покорно опустилась на скайборд и не стала возражать. Как ни странно, она была даже рада тому, что «ловкачкам» известна правда.
— Как вы узнали?
— Ты нас совсем тупыми считаешь, Проныра? — хмыкнула Иден. — Думаешь, мы не заметили, как ты выпытывала информацию у меня и Мики?
— Или, может быть, ты считаешь, что мы вправду поверили, будто ты услышала шум поезда за пятьдесят километров? — добавила Лай. — Давай выкладывай! Аэрокамеру разместила на рельсах?
Айя отчаянно покачала головой. Слезы щипали глаза
— Нет. Моггл прятался в этой шахте, наверху.
— Ах да, Моггл! — рассмеялась Лай. — Это стало последней уликой. Кадры, где ты заснята с Фрицем Мицуно.
— Я с Фрицем? Но Моггл нас не снимал, он к нам не приближался!
— К вам, может, и не приближался, но твой маленький дружок мелькнул на одном снимке, сделанном чужой камерой. На дальнем плане. Он гонялся за пластиковыми снарядами и боевыми колесами, пока вы с Фрицем строили друг дружке мангаглазки. Я сначала даже не поняла, что это твой Моггл, а вот Иден заметила у этой аэрокамеры слишком мощные подъемные устройства. И тут мы стали гадать, почему твоя драгоценная аэрокамера не лежит там, где должна лежать, — на дне подземного озера.
— Ну ладно, я «выскочка», — Айя сглотнула подступивший к горлу ком. — Что вы теперь со мной сделаете?
— А ты не догадалась? — Иден туже натянула лямки парашютного ранца. — Мы возьмем тебя на прогулку! Прокатимся!

Прогулка

Лай и Иден надели ранцы и пристегнули к «санкам» четвертый парашют. Они встали напротив Айи на равном расстоянии друг от друга. Все трое взялись за руки, как дети.
У Айи немного полегчало на сердце. По крайней мере, на «прогулку» она отправлялась не одна.
— Как парашют, Проныра? Крепко держится?
Айя попыталась высвободить руки. Магнитные браслеты словно припаялись к раме «санок».
— Более чем.
Лямки были явно сняты со спасательной куртки парашюта. При движениях Айи они растягивались, но тем не менее надежно обхватывали ее плечи и бедра. Однако Айя не могла забыть о том, что подъемные механизмы куртки (совершенно бесполезные здесь, за городом) заменены большим шелковым полотнищем.
Ее жизнь зависела от куска ткани!
Она смутно помнила принцип действия парашюта. Площадь поверхности купола намного превышала площадь поверхности тела, поэтому в полете ты ощущал себя не камнем, а перышком. Если, конечно, не впадешь в панику и не забудешь вовремя дернуть за кольцо и если самодельный купол без проблем раскроется и не запутается в стропах...
— А вы действительно уже проделывали это?
— Двадцать семь полетов через шахту, — ответила Иден. — И всего одна сломанная нога.
— Спасибо, утешила.
— Постарайся расслабиться, — с улыбкой посоветовала Лай — Это мы усвоили, прыгая с мостов. Погибают только те, кто психует.
— Ты не?.. — выдавила Айя, но вдруг поняла, что не хочет выяснять, шутит Лай или говорит серьезно. Может быть, именно поэтому «ловкачки» терпеть не могли, чтобы их снимали. Подобные шалости могли окончиться очень, очень плохо.
Она еще раз потянула к себе руки, но магнитные браслеты держались крепко.
Иден начала отсчет:
— Три... два... один...
Айя ждала резкого рывка, но старт оказался плавным, как при самом обычном отрыве скайборда от земли. Однако вскоре «санки» начали набирать скорость. Рядом замелькали медные кольца.
Прищурившись, Айя устремила взгляд на маленькое пятнышко лунного света. Мимо пролетали стенки шахты. Странная мысль вдруг пришла на ум Айе. А вдруг «ловкачки» решили таким веселым способом навсегда избавиться от нее? Что, если на самом деле у нее за спиной не парашютный ранец, а мешок, набитый тряпьем?
— Вы же знаете, почему я была вынуждена вам солгать? — умоляюще проговорила она. — Разве вы не понимаете, насколько важен этот сюжет?
— Ты с самого начала нам врала, Проныра! — крикнула Иден на фоне свиста ветра. — Ты не мир пыталась спасти, ты просто мечтала прославиться!
Айи раскрыла рот, но не нашлась, что ответить. Как бы она себя ни уговаривала, одно не изменялось и измениться не могло: ее карьера в рядах «ловкачек» началась со лжи.
И конце концов она сумела промямлить:
— Я жутко разозлилась на вас за то, что вы утопили Моггла
—Это было твое решение, — напомнила Лай.
— Ну... я соврала! Но все равно — то, что здесь находится, очень важно! Люди должны об этом узнать!
Лай и Иден промолчали. Ветер унес прочь слова Айи.
— Это оружие может погубить всех людей на земле! — в отчаянии воскликнула Айя. — Вы должны позволить мне…
— Поехали! — выкрикнула Лай.
Внезапно мир стал ярким... Они вылетели на свет луны! У Айи заложило уши, закружилась голова. На миг перед ней предстали скандирующие «ура» «ловкачки», стоявшие на вершине горы, но в следующее мгновение они исчезли, и со всех сторон открылся горизонт.
— Ну как, впечатляюще? — прокричала Лай с безумной улыбкой. — Надеюсь, ты догадалась прихватить с собой скрытые камеры?
Айя прищурилась от ветра. Она была потрясена тем, на какую высоту они взлетели. Чуть выше она увидела белую пелену, озаренную светом луны. «Санки» поднимались все выше, и пелена начала рассеиваться, разделяться на едва заметные полоски.
Айя сглотнула сжавший горло ком. Неужели они действительно пронзили нижний слой облаков?
Колоссальная панорама предстала перед Айей. Весь горный хребет раскинулся вокруг. Его серебряной лентой рассекала линия маглева.
Лай отпустила одну руку и указала на отблески пластин солнечных батарей по обе стороны от путей:
— Вот откуда масс-драйвер берет энергию. Он ворует ее из системы солнечных батарей маглева. Крошечная пауза в движении всех поездов — и ты получаешь достаточное количество энергии, чтобы запускать на орбиту по одному цилиндру каждую минуту.
Айя повернула скрытую камеру на плече, чтобы заснять несколько кадров. Эта фотосессия могла стать самой впечатляющей в ее сюжете. Лишь бы только парашют не подвел...
Подъем замедлялся. Небо начало медленно поворачиваться над головой — вернее, начали медленно поворачиваться «санки». На миг у Айи закружилась голова.
— Вы действительно позволите мне заснять это и запустить сюжет? — спросила она.
— Конечно, — ответила Иден.
— Но ведь вы больше не сможете сюда вернуться.
— К счастью для тебя, — рассмеялась Лай, — мы, «ловкачки», любим наш мир. Может быть, мы не охотницы за баллами, но орудия смерти для наших забав никак не годятся!
Айя обернулась, посмотрела на огни города на горизонте, пытаясь представить, как на него из верхних слоев атмосферы падают тонны стали в виде точно нацеленных снарядов.
У нее засосало под ложечкой. Ей показалось, что небо замерло, хотя «санки» продолжали медленно вращаться.
Неожиданно ветер окончательно стих.
— А... мы падаем?
— Мы опускаемся, — сказала Иден. — Но ты вот-вот усвоишь новое понятие падения, Айя-тян.
— Ох...
Айя ощутила тошноту. Казалось, что-то подталкивает ее желудок кверху. Это «что-то» не желало находиться на высоте в несколько километров в воздухе с одним только ранцем, наполненным шелком, в компании с двумя ненормальными девицами и четырьмя абсолютно бесполезными скайбордами.
— А теперь внимание, Айя! — прокричала Иден. — Когда приземлишься, иди к линии маглева, а потом с помощью браслетов вызови свой скайборд. Мы оставили его для тебя около рельсов.
Айя кивнула, стараясь сосредоточиться. Действительно, ее сюжет заканчивался поистине головокружительно, а у нее осталось всего несколько секунд, чтобы связать концы с концами.
— Но что же вы станете делать теперь, когда превратитесь в знаменитостей?
— Этой ночью мы покинем город, — ответила Лай.
Снова поднялся ветер, и ее волосы растрепались и встали торчком, из-за чего вид у нее стал еще более неряшливый, чем обычно.
— Мы изменим внешность, — объяснила она. — Вот почему мы устроили для тебя эту прогулку — чтобы получить фору.
Айя поймала себя на мысли, что до сих пор не верит в происходящее.
— Но разве вы не понимаете, как подскочит ваш рейтинг из-за того, что вы сделали такое открытие? Сколько баллов вы получите?
— Боюсь, посыплются не только баллы, — сказала Лай, сняла один браслет и крепко пожала руку Айи - А ты будь осторожна.
— Не переживай. Я сосчитаю до тридцати.
— Нет. Я имела в виду: будь осторожна после того как запустишь сюжет.
«Санки» по мере падения вертелись все быстрее. Heбо и земля мелькали перед глазами Айи.
— С чем я должна быть осторожна?
— Со всем и со всеми! — прокричала Лай на фоне свиста ветра. — Тот, кто построил эту жуть, явно очень опасен.
«Санки» накренились набок и закувыркались в воздухе.
— Кстати, насчет опасности! — крикнула Айя, отчаянно пытаясь высвободить руки. — Не пора ли нам прыгать?
— Повторяю: будь осторожна! — гаркнула Лай. — И наслаждайся своей славой!
С этими словами она уперлась ступней в грудь Айи и столкнула ее с «санок».
Айя охнула, отлетела в сторону и закувыркалась в воздухе. Внезапно оставшись совсем одна, она беспомощно падала. Мгновение назад ее поддерживала хотя бы связка их четырех, пусть и бесполезных, скайбордов. А теперь осталась только она и дико завывающий ветер.
Питаясь управлять своим падением, Айя раскинула руки в стороны. По идее, она должна была сосчитать до тридцати, а потом дернуть за кольцо. Но с какого момента нужно было начинать отсчет? С пиковой высоты подъема? Или с того мгновения, как Лай столкнула ее с «санок»? И сколько секунд уже прошло?
Постепенно падение Айи выровнялось, но глаза у нее слезились от ветра, и земля виделась внизу размытым пятном. Если слишком поспешно раскрыть парашют, кто знает, как далеко ветер унесет ее?
В отчаянии Айя поискала взглядом Лай и Иден и увидела их метрах в десяти. Обе еще держались на «санках». Идеен потянула за кольцо запасного парашюта, после чего обе «ловкачки» спрыгнули с «санок», а над ними взлетели вверх скомканная и вытянутая по вертикали ткань.
В следующее мгновение купол раскрылся, и «санки» взмыли выше, в темное небо, прочь от Лай и Иден.
Земля неумолимо приближалась. Айя уже видела «ловкачек». Огни их фонариков образовали круг около жерла масс-драйвера.
Лай и Иден по-прежнему держались в десятке метров отАйи. Обе орали как полоумные. Похоже, они наслаждались каждой секундой своего последнего прыжка. Айя поняла, что равняться на них и ждать, когда они раскроют парашюты,— не самая лучшая мысль.
Она посмотрела вниз. Земля приближалась все быстрее, все четче представали перед взором скалы, деревья и кусты. Айя вообразила себе, как на полной скорости врезается в скалу...
И дернула за кольцо.
У нее над головой расцвел купол парашюта. Мгновение волнующего ожидания — и купол с оглушительным хлопком раскрылся полностью. Стропы рванули Айю вверх, будто кто-то резко дернул за веревочки куклу-марионетку.
Несколько мучительных мгновений... а потом воздух вокруг нее стал неподвижен.
Сквозь прозрачный шелк тускло светила луна. Запрокинув голову, Айя четко увидела квадраты шелка и наволочки, из которых «ловкачки» сшили купол. Окинув взглядом окрестности, она заметила, что горная панорама теперь растет перед глазами плавно и медленно.
Лай и Иден уже промчались мимо, стихли их веселые вопли. Они падали все ниже и ниже, раскинув руки, будто хотели обнять приближающуюся гору.
Неужели они собрались покончить с собой?
В последнюю секунду из их ранцев вылетели парашюты. В первое мгновение ткань кишкой вытянулась в воздухе, а потом раскрылись купола.
Однако Лай и Иден все еще опускались довольно быстро. Ветер понес их в сторону от вершины горы, и остальные «ловкачки» устремились туда. На несколько мгновений зависнув на небольшой высоте, Лай и Иден снова  начали опускаться, и вскоре подошвы их ботинок заскрежетали по щебню и жестким кустам. Девушки приземлились — пусть и не слишком ловко.
Остальные «ловкачки» подбежали к ним, подхватили смявшуюся ткань парашютов.
А Айя все еще была на высоте в сотни метров. Ветер, как ни странно, усилился и отнес ее в сторону от жерла масс-драйвера. Она пролетела над Лай и Иден. Парашют нес ее, будто шелковый парус. Промелькнул внизу склон горы, стала видна долина, и Айя поняла, что будет падать еще школьно долго.
Вот почему они выбрали такую ветреную ночь. Она должна была совершить посадку только через несколько долгих минут, а потом еще не один час будет добираться до трассы маглева. «Ловкачкам» этого времени вполне хватит, чтобы скрыться. Они исчезнут задолго до того, как она начнет готовить сюжет к запуску.
Айя сосредоточила взгляд на ярко-серебряной полоске рельсов маглева, качнула ногами и потянула за стропы, пытаясь направить парашют ближе к трассе. Но купол рванулся вверх, подхваченный новым воздушным потоком.
Да, ей предстояло долго идти пешком. Пока делать ей было нечего — кроме как медленно падать и позволить скрытым камерам кадр за кадром снимать горный пейзаж.
Последнее предупреждение Лай эхом звучало у нее в ушах, но Айя ничего не боялась. Как только ее сюжет окажется в сети, у нее не будет никаких проблем. Со времен войны в Диего в мире выработали очень суровые законы насчет хранения вооружений. Комиссия всемирного согласия начнет действовать мгновенно, и уже через несколько часов от горы камня на камне не останется.
Кому-то грозила очень большая беда
Но только не Айе Фьюз. Самой большой проблемой для нее теперь было вот что: как нарядиться на «Бал тысячи лиц» Наны Лав. Потому что с такой концовкой сюжет об «Истребителе городов» сделает ее очень и очень знаменитой.
Возможно — до конца ее дней.

Запуск сюжета

— Нет, в этом ты не пойдешь!
—Это почему же?
Айя поправила колечки на прядях волос, взъерошенных на манер мангахедов и выкрашенных в ярко-лиловый цвет. Ее платье было украшено мигающими огоньками, а у нее на ногах были туфли с подошвами-платформами, способными изменять силу трения. В квартиру Хиро она скатилась, словно пол был ледяной. Собрав подол платья в складки с двух сторон, она расправила его и смерила себя взглядом.
— По-моему, наряд обалденный! — сказала она.
— Угу. Если тебе пятнадцать лет.
— Ну, знаешь... — возмутилась Айя — Мне, между прочим, пятнадцать и есть. И ты не будешь мне указывать, в чем идти на вечеринку. Мы вообще туда идем исключительно из-за моего сюжета!
— Да, но приглашение пришло на мое имя, или ты забыла? Я просто беру тебя с собой. В нагрузку, так сказать.
— Пока — да, — негромко проговорила Айя.
Сегодняшняя вечеринка не была самой главной — до «Бала тысячи лиц» оставалась еще целая неделя, а сегодня собиралась ежемесячная тусовка технарей. Но Рен сказал, что Айе обязательно нужно быть там сегодня, в тот момент, когда произойдет запуск ее сюжета об «Истребителе городов». На вечеринке должно было собраться немало физиков и знатоков магнитной левитации, а следовательно, там сразу же после запуска истории Айи наверняка начнутся интервью, вспыхнут сетевые войны, а сюжет ожидает множество перепостов — как всегда бывает с настоящими сенсациями.
— Как хочешь, Айя-тян. Только очень тебя прошу, не навещай маму с папой, пока не выцветут эти анимированные татушки.
Айя показала брату язык, и спирали у нее на щеках начали вращаться. Временные татуировки все еще щекотали кожу, когда приходили в движение. Айя хихикнула.
— Рен Мачино, — позвал Хиро, обращаясь к комнате, — где ты?
— Скоро буду, — послышался в ответ голос Рена.
— Подожди внизу, не поднимайся. Мы сейчас спустимся.
— Зачем так торопиться? — удивленно спросил Рен. — Сюжет об «Истребителе городов» не появится в сети еще целый час.
— Знаю. Весь вечер смотрю на часы.
— Ага. Смотрит на часы и злится, — добавила Айя, вертясь на месте с помощью туфель на платформе. — А сюжет мой, и я не собираюсь трястись от волнения.
Хиро вздохнул:
— Она отказалась убрать на задний план фотосессию с ними несчастными «санками» и парашютами, Рен. Мои родители с ума сойдут.
— Хиро предпочитает забывать, чей это сюжет! — снова вмешалась Айя. — Но не переживай. Я ему то и дело об этом напоминаю.
Раздался веселый смех Рена.
— Я ему тоже напомню, Айя-тян!
Хиро фыркнул и, щелкнув пальцами, прервал связь, после чего превратил самый большой уолл-скрин в зеркало. Он позаимствовал у отца старый пиджак из черного паучьего шелка с натуральными бамбуковыми путницами, в котором выглядел совсем недурно.
Айя проехала по комнате на платформах, глядя, как сверкают огоньки-блестки на подоле ее платья. Моггл проследил объективом за ее движениями. Расплатиться за платье Айя смогла за счет репутации Хиро, но она знала, что очень скоро без проблем вернет ему долг.
Она не понимала, почему брат так нервничает. Ей казалось, что сегодняшний вечер должен был наступить уже давно, для нее он был более реален, чем погоня за баллами и прежняя безвестность. Вся ее жизнь просто была подготовкой к этому... к славе.
А самым чудесным было то, что на вечеринку должен был прийти Фриц. Он все еще переживал из-за истории с Чумазой Королевой, но сегодняшний вечер все поставит на места. И хотя Фриц об этом еще не знал, они с Айей наконец станут равны по рейтингу лиц, не говоря уже о том, что на следующей неделе они вместе отправятся на «Бал тысячи лиц».
— Прекрати тут кататься! — проворчал Хиро. — Ты выглядишь как уродка, готовая запустить в сеть фотки своей любимой кошечки!
Айя резко затормозила.
— О нет!
— Что? Забыла что-то отредактировать?
— Да нет, просто... может быть, с кошкой этот сюжет действительно стал бы еще лучше!
Хиро наконец криво улыбнулся и повернулся к зеркалу.
— Честно говоря, сюжет просто идеален, Айя-тян. Несмотря на то что у папы с мамой почти наверняка случится инфаркт.
— Идеален? — переспросила Айя, надеясь, что Моггл все записывает. — Правда?
— Правда. — Хиро кивнул. — Не будь это так, я бы не стал его дублировать на своем канале. Хочешь кое-что посмотреть?
Он шевельнул пальцами, и на экране появился план квартиры. Она была огромная, с несколькими гардеробными, окнами из смарт-материала и с нишей в стене, способной синтезировать почти все на свете.
— Что это? — спросила Айя.
— Квартира в высотке-трансформере. Она свободна.
Айя часто заморгала. В высотке-трансформере жили самые знаменитые люди в городе. Из окон этого дома открывались самые прекрасные виды, его обитателям обеспечивалась самая серьезная охрана частной жизни. Даже стены в этом доме были наделены искусственным интеллектом. Каждые несколько недель они немного перемещались — из-за этого дом и получил такое название. Каждый квадратный сантиметр поверхности квартиры отражал перемены рейтинга лица.
— Высотка-трансформер? Ты думаешь, я стану такой знаменитой?
Хиро удивленно пожал плечами и ответил:
— Не исключено, что ты предотвратила войну, Айя-тян. Это означает верхние строчки хит-парада славы. Ну, ты готова?
Айи почувствовала, как вспыхнули щеки — не только от новых татуировок, а от волнения. Она устремила взгляд на экран и, щелкнув пальцами, в последний раз глянула на свой профиль. Почему-то сегодня она выглядела почти красавицей. Даже собственный нос казался ей идеальным.
— Дa, — кивнула она, — я абсолютно готова, готова.

У входа в высотку, где проходила вечеринка, в воздухе парило несколько аэрокамер. Еще с десяток разместилось над ступенями лестницы. Объективы камер сверкнули, отражая свет факелов. Все они нацелились на Хиро, Айю и Рена.
Все знали о том, что сегодня в сети должен был появиться новый сюжет Хиро Фьюза. Ходили слухи, будто тема еще более грандиозная, чем бессмертие. Но никто не знал о том, что на канале Хиро не будет ничего, кроме ссылки на сюжет младшей сестры. Айя немного сердилась из-за того, что ей приходится полагаться на рейтинг лица знаменитого брата, но все же она была вынуждена признать, что это самый лучший способ как можно быстрее распространить сенсационные новости.
Как только они подошли к лестнице, Айя включила освещение своего платья на полную мощность.
— Смотри батарейки не разряди раньше времени, — прошептал Рен, улыбаясь аэрокамерам.
— Но Хиро сказал, что мое появление должно выглядеть феноменально!
Айя не слишком уверенно улыбалась, поднимаясь по ступеням. Правая лодыжка у нее еще немного побаливала — при приземлении дурацкий парашют протащил ее по камням и кустам.
— Ох, наверное, не стоило мне так наряжаться, — пробормотала она.
— Ты выглядишь просто фантастически, — сказал Хиро. — Только, пожалуйста, следи за силой трения туфель. Растянуться на лестнице - это не лучший путь к высотам славы.
— И помни, — тихо добавил Рен, — через час ты станешь самой большой знаменитостью в зале.
Она нервно глянула на брата. Он взял ее за руку.
Айя сверилась со своим айскрином. Средний рейтинг лица собравшихся на вечеринку уже приближался к двум тысячам, а это было значительно выше, чем на том сборище, которое она тайком посетила десять дней назад. И это число должно было в дальнейшем только уменьшаться по мере прибытия знаменитостей — популярных технарей-«выскочек», способных объяснить простым «экстрам» принцип действия масс-драйвера.
В зале воздух буквально кишел аэрокамерами.
«Интересно, как им удается заснять хоть один четкий кадр?» — подумала Айя.
Аэрокамеры парили стайками, будто рыбки в тесном аквариуме. Моггл присоединился к танцу своих сородичей. Он выглядел большим и неуклюжим среди камер размером с палец.
Забавно: Айя видела, наверное, миллион подобных вечеринок на чужих каналах, но никогда не обращала внимание на обилие аэрокамер. А теперь они раздражали ее, словно полчища комаров в сезон дождей.
Но она понимала, почему здесь такое безумное количество камер. Чего стоили одни только пласт-шуты! Они использовали уйму новых текстур кожи: мех, чешуйки, странные цвета, прозрачные перепонки, даже каменную корку — словно на вечеринку явились ожившие статуи. Айи заметила пласт-шутов с дизайном лиц, навеянным животными, историческими личностями и много еще кем и чем. Все они старательно позировали перед аэрокамерами.
До бала у Наны Лав оставалась всего неделя, поэтому все просто из кожи вон лезли, стараясь пробиться в первую тысячу.
Но все же ни один из пласт-шутов не производил на Айю такого пугающего впечатления, как те странные существа, которых они с Мики увидели в туннеле маглева. Здесь, в этом зале, собрались модники, выпендрежники, а те существа... они были не похожи на людей.
Айя вдохнула поглубже и постаралась отвлечься от пласт-шутов. В конце концов, не все, кто пришел на вечеринку, выглядели экзотично. Здесь были и гении — математики, увлеченно игравшие с кубиками-головоломками и айскринами-лабиринтами, группы ученых в лабораторных халатах. И все они сливались воедино в этом технарском раю.
В поисках Фрица Айя обшаривала толпу глазами, но ей то и дело попадались какие-нибудь гости с удивительной внешностью.
— Вы поглядите только на этих пикселекожих! — воскликнула Айя.
У дальней стены зала разместилась пара полуобнаженных людей. По их спинам двигались размытые изображения. Им каким-то образом удавалось изменять окраску клеток кожи так, что их спины превратились в экраны сетевых каналов. Впечатление было такое, будто к уолл-скрину прилипли хамелеоны.
— Грубая работа, — презрительно проговорил Рен, — и вовсе не новинка. Ты лучше вон на тех четверых посмотри, в углу.
Айя проследила за его взглядом.
— Это ты о чем? Я ничего не вижу.
— Вот именно. Последнее поколение пикселированной кожи — почти идеальный камуфляж.
— Очень смешно, Рен. Ты не перестаешь меня...
Голос у Айи сорвался. Угол зала вдруг сместился. Движение было едва различимым — словно морщинка прошла по обоям, но все же в поле зрения Айи запечатлелся человеческий силуэт.
— Моггл, ты снимаешь? — прошептала она.
— Подумаешь! — фыркнул Хиро. — Осьминоги тоже так умеют.
— Отсюда и взялась эта идея, — кивнул Рен. — В клетках кожных покровов осьминога содержатся крошечные мешочки с пигментом, которыми они управляют с помощью...
— Погоди, — прервала его Айя, — но почему мы не видим их одежду?
Хиро хихикнул, а Рен спросил:
— Какую одежду?
Айя вытаращила глаза.
—О! Это... забавно.
— Правда, есть одна проблема, — задумчиво проговорил Хиро, — ведь невидимость — противоположность славы, не так ли?
— Хиро! — прошипел Рен. — Внимание! Безымянный здесь!
Айи обернулась и увидела, что по залу идет Тоси Банана, а у него над головой парит его знаменитая аэрокамера в форме акулы. За знаменитостью шествовала свита, состоящая из «выскочек» рангом пониже.
— Он-то что здесь делает? — удивился Хиро. — Для этой вечеринки он слишком знаменит и к тому же технарей на дух не выносит!
— И он... он идет к нам? — тихо спросила Айя.
— Не может быть, — ответил Хиро.
Между тем широкоплечая фигура Тоси направлялась прямой наводкой к ним. Знаменитый «выскочка» протолкался через кучку мангахедов мимо пласт-шутас кожей, похожей на шкуру леопарда.
Свита окружила Айю, Рена и Хиро. Небольшая флотилия аэрокамер разместилась над ними. Айя вдруг припомнила все критиканские интервью Тоси. Он был подлинным экспертом в том, чтобы выставить собеседником полными идиотами.
— Хиро Фьюз? Это ты?
Голос Тоси звучал в точности так, как тогда, когда он появлялся на своем канале: негромко, ворчливо, грозя в любое мгновение сорваться на крик. Айя заметила, что он даже не удосужился поклониться.
— Ммм, — протянул Хиро.
— Не уверен? Думаю, что это ты, а я редко ошибаюсь, — хмыкнул Тоси, и его свита дружно расхохоталась. — Твой сюжет насчет бессмертия меня восхитил.
— О, благодарю вас, Тоси-сэнсэй, — хрипло выговорил Хиро. — Очень лестно.
Айя состроила гримасу: один комплимент от Безымянного — и ее братец уже растаял.
— Клонированные сердца! Просто отвратительно! — сказал Тоси, обернулся, бросил взгляд на девицу, раскрашенную под леопарда, и закатил глаза. — Некоторых людей хлебом не корми — только дай изменить порядок вещей.
— Вы про тех старикашек? — уточнил Хиро. — Мне кажется, они просто боялись смерти.
— Вот-вот, все дело в страхе! Вот чем нас наделила реформа свободомыслия!
— Вы все продолжаете критиковать «Чистый разум», — встрял Рен. — Тогда почему бы вам не вернуться в прошлое и не стать пустоголовым?
Тоси развернул свою внушительную фигуру и глянул на Рена сверху вниз:
— Я тебя знаю?
Рен едва заметно поклонился:
— Вряд ли.
— Что ж, вопреки распространенному мнению в эпоху Красоты не все были пустоголовыми. Кто-то должен был управлять городами. — Тоси устремил взгляд на Хиро. — Но после того сюжета рейтинг твоего лица несколько упал, Хиро-тян. Возможно из-за того, с кем ты общаешься.
— Эй! — возмущенно воскликнула Айя, понизив силу трения своих туфель и слегка крутанувщись на месте. — Те, с  кем он общается, стоят перед вами!
Тоси смерил ее взглядом.
— «Экстра»? Назначаешь свидания девицам рейтингом ниже себя, Хиро-тян?
— Свидания? Это моя… — начал было Хиро, но под пристальными взорами свиты Тоси умолк.
Безымянный медленно выдохнул. Его взгляд уплыл за плечо Хиро, словно он заметил кого-то более знаменитого.
— Что ж, если твой сегодняшний сюжет окажется забавным, возможно, ты станешь гостем на моем канале, Это поможет тебе пробиться в топы.
— Чепуха! — воскликнула Айя. — Мы сегодня же станем намного знаменитее вас!
Все камеры приспешников Тоси мгновенно развернулись и нацелили объективы на Айю. Тоси посмотрел на нее так, словно подцепил палочками таракана.
— Эта уродка — персонаж твоего сюжета, Хиро-тян? Если так, то я ничего не понимаю.
Айя была готова дать отповедь нахалу, но вдруг у нее мелькнула тревожная мысль. Для критиков реформы свободомыслия типа Безымянного «Истребитель городов» мог стать еще одним доказательством того, что человечество угрожало планете, и лишним доводом в пользу того, что всеми снова нужно жестко управлять.
Окруженный дюжиной аэрокамер, Тоси уже сейчас собирал материал, рассчитывая раскрутить сюжет на свой лад. Использовал же он тему Хиро о бессмертии с целью подогреть страх перед перенаселенностью планеты. Страшно было подумать, чего он мог добиться, оттолкнувшись от сюжета об «Истребителе городов»!
— Не волнуйтесь, Тоси-тян, — насмешливо произнес Рен. — Очень скоро вы все узнаете. Все узнают.
Он посмотрел на Айю и предложил:
— Давай запустим сюжет пораньше. Давай запустим его прямо сейчас.
— Правда?
— Неплохая идея, Рен, — кивнул Хиро. — Для всех это станет небольшим сюрпризом.
Айя пристально уставилась на Безымянного. Она была готова на все, лишь бы поставить ему подножку.
— Извините нас. У нас есть важное дело, — сказала она.
Тоси был готов бросить что-то презрительное, но Айя, Рен и Хиро уже отвернулись и пошли прочь. На дисплее Айи появились коды открытия сюжета. Хиро пошевелил пальцами. Айя послала короткое сообщение Фрицу, чтобы тот не упустил начало сюжета.
Взмахнув рукой, Хиро посмотрел на Айю:
— Готова, сестренка?
Айя медленно кивнула и почувствовала, как завертелись у нее на скулах анимированные татуировки.
— Готова.
— До запуска три секунды... две... одна...
Они в унисон беззвучно выговорили последние команды и уставились друг на друга.
Сюжет об «Истребителе городов» попал в сеть.
Рен протолкался через толпу и встал посередине зала, рядом с мангахедом с метровой копной сверкающих волос. Он дважды хлопнул в ладоши.
— Дамы и господа, прослушайте краткое объявление!
Он немного подождал, пока утихнет шум. Его появление било настолько дерзким, что утихли даже «бомбилы реноме». Рен, нисколько не смущаясь, обвел присутствующих взглядом и низко поклонился.
— Прошу прощения за вмешательство, но новый сюжет Хиро и Айи Фьюз уже начался. И он касается того, что может вас заинтересовать, а именно…конца света!

Искажение правды 

Пятнадцать минут спустя кое-что начало происходить.
Конечно, большинство пришедших на вечеринку после объявления, сделанного Реном, вернулись к прерванным разговорам. Кое-кто включил портативные экраны, но большой общественный уолл-скрин пока оставался темным. Зачем прерывать вечеринку и смотреть какой-то там один канал из миллиона? А уж тем более если сегодня, оказывается, сюжет запускала младшая сестра Хиро Фьюза, а не сам мистер Знаменитость.
Тоси Банана разместился в одном из углов зала и старательно делал вид, что вечеринка ему совершенно не интересна. Он рассказывал анекдоты своей свите и купался во взрывах хохота. Однако Айя заметила, что одна девица из окружения Безымянного погрузилась в созерцание персонального айскрина. Когда сюжет об «Истребителе городов» добрался до момента истины, девица встала на цыпочки, что-то шепнула на ухо Тоси, и его взгляд стал задумчивым.
За пределами вечерники события развивались быстрее — друзья звонили друзьям, кто-то запускал сюжет с самого начала на своем канале. История распространялась, словно лесной пожар во время засухи. Айя видела, что популярность ее канала медленно ползет вверх, а показатели рейтинга лица постепенно уменьшаются и возвращаются к числу менее ста тысяч.
— Только что произошел шквал звонков на канале смотрителей, — сказал Рен.
Оба его айскрина были включены, лицо озарилось мельканием вспышек света.
— Они садятся в аэромобили, — добавил он.
Айи улыбнулась. Как добропорядочная гражданка, она снабдила свою историю значком «безопасность», чтобы городские власти сразу обратили внимание на сюжет. Можно было не сомневаться: жерло масс-драйвера сегодня ночью окружат смотрители и выставят там кордоны, чтобы туда не шастали любители острых ощущений и папарацци, чтобы никого не задавил маглев. Безусловно, речь шла не только о личной безопасности граждан. Наверняка к завтрашнему утру со всех континентов сюда yстремятся суборбитальные воздушные суда Комиссии всемирного согласия.
Просматривая информацию на айскрине, Рен расхохотался…
— С ума сойти! Гамма Мацуи тебя критикует: она читает, что съемка с полетом «санок» смонтирована! Они утверждает, что ты не могла столько времени пробыть в воздухе, а следовательно, весь твой сюжет — фальшивка!
Айя от изумления раскрыла рот и выдавила:
— Какая глупость! Да что она вообще знает?
— Что она знает, большого значения не имеет, Айя, — ответил Рен. — Значение имеет то, что пока она самая знаменитая «выскочка» из тех, кто заметил твой сюжет.
Айя в отчаянии застонала, но это было правдой. Рейтинг ее канала только что снова взлетел. Она вывела на свой глазной дисплей трансляцию канала Гаммы, пытаясь услышать голос знаменитости на фоне музыки и общего гомона.
— Мне до смерти не хватает сейчас твоего домашнего уолл-скрина, Хиро, — призналась Айя.
Ей действительно нестерпимо хотелось следить за развитием событий сразу на двух десятках каналов.
— И зачем только вы меня уговорили прийти сюда? — переживала она.
Рен положил руку на плечо Айи и протянул ей бокал.
— Успокойся, глотни шампанского. Видишь вон ту женщину? С виду похожа на «экстру», вертит кубик-головоломку — видишь? Она способна рассчитать самую высокую скорость этих ваших «санок» в голове, просто глядя на полет. И когда дело дойдет до физики, она скушает Гамму на завтрак. За этим она сюда и пришла.
— Но она даже не смотрит мой канал! — воскликнула Айя. — Может быть, стоит ей все объяснить?
— Не вздумай! — одернул сестру Хиро. — Пока никто, кроме Гаммы Мацуи, не заикнулся ни про какие фальшивки. Короче, не вороши угли в золе.
Айя застонала и поставила бокал с шампанским на столик у стены. Порой сложнее всего было ничего не делать.
— А вот и хорошая новость, — сообщил Хиро. — Безымянный уходит.
Айя повернула голову и увидела, что Тоси Банана и его свита направляются к выходу. Похоже, они торопились.
— Наверное, — усмехнулся Рен, — он спешит вернуться к своим уолл-скринам. Хочет обрушиться с нападками на твой сюжет, пока он не взлетел слишком высоко.
— А может быть, было бы лучше нам на него обрушиться? — спросила Айя.
Рен, постоянно следивший за трансляцией с помощью своих айскринов, моргнул и повернулся лицом к Айе.
— Нам это совершенно не нужно. Речь идет об «Истреблении городов», или ты забыла? Сюжет слишком грандиозен, и этот пустоголовый ни за что не сумеет его присвоить!

Пять минут спустя сюжет основательно заполнил информационное пространство, его ретранслировала масса каналов. Из городского интерфейса он вырвался в глобальную сеть. Казалось, все происходит одновременно, одним необъяснимым шквалом — по крайней мере, для Айи все шло слишком быстро, и ее маленький айскрин попросту не поспевал за событиями.
Здесь, на вечеринке, гости начали посматривать в ее строну. Они догадывались, что в городском интерфейсе творится что-то важное. Один за другим технари начали вытаскивать портативные экраны, собираться группами по углам и смотреть передачи.
— Пока все просто отлично, — возвестил Хиро. — Рейтинг твоей мордашки только что пробился в первые десять тысяч. Ты обошла сегодняшнего «бомбилу реноме»!
— Приятно слышать, — сказала Айя и вздрогнула.
От сигнала, требующего ее внимания, у нее чуть не лопнули барабанные перепонки. Казалось, кто-то колотит по ее ушам кувалдой.
— Что-то не так с моим айскрином! — испугалась она.
— Все в полном порядке, Айя, — успокоил ее Рен. — Просто слишком много звонков и сообщений. Лучше отключи звук.
Айя сжала кулаки. Сигнал стих. Она потерла уши.
— Ох... с ума можно сойти от этой славы.
— Айя Фьюз жалуется на славу? — послышался чей то голос. — И говорит, что можно сойти с ума?
Айя обернулась и увидела рядом с собой Фрица Мицуно — большеглазого, красивого и улыбающегося.
— Фриц! — воскликнула она, бросившись к нему. Ты видел мой сюжет?
— Конечно.
Он крепко обнял ее, сделал шаг назад и поклонился Хиро и Рену:
— Фриц Мицуно.
Хиро с усмешкой представился и спросил:
— Стало быть, ты знаменитый Чумазый Король?
— А ты знаменитый старший брат Айи? — сказал Фриц и вдруг нахмурился. — Но пожалуй, теперь ты уже не так знаменит в сравнении с ней.
Хиро возмущенно вытаращился. Айя взяла его за руку.
— Пойди, Хиро, займись чем-нибудь, — посоветовала она.
Абсолютную честность переносить ей было сложно даже тогда, когда Хиро не было рядом.
Рен улыбнулся и увел Хиро к группе репортеров-«выскочек», которым не терпелось взять интервью.
— У меня всего минута, Фриц. Скоро мне придется отвечать на вопросы. Но я так рада, что ты пришел!
— Я скучал по тебе.
Он шагнул ближе и посмотрел Айе в глаза:
— Я ведь так и не успел извиниться перед тобой лично за все неприятности.
Айя потупилась. Взгляд его огромных, как у героя комиксов манга, глаз вызвал у нее легкий озноб.
— Ты ни в чем не виноват, Фриц. Мне следовало вести себя осмотрительнее. А быть Чумазой Королевой оказалось... довольно забавно.
— После сегодняшней ночи тебя больше никто не станет так называть. — Фриц взял Айю за руку. — И ты мне никогда не казалась грязной.
Айя отважилась вновь встретиться с ним взглядом. Она проговорила очень тихо, чтобы не расслышали вездесущие аэрокамеры:
— Но ты помнишь, что сказал мне в тот день? Про то, что не можешь понять, какой я человек? Теперь тебе ясно, почему мне пришлось солгать ради того, чтобы снять этот сюжет?
На этот раз глаза отвел Фриц.
— Мне тогда показалось, что это просто ужасно — вот так предать подруг. Но теперь я все понимаю. — Он вздохнул. — Видимо, порой бывает необходимо солгать, чтобы узнать правду.
Когда он произносил эти слова, вид у него был такой печальный, что Айя не выдержала и снова обняла его. Ей было все равно, сколько аэрокамер наблюдает за ними, сколько «выскочек»-насмешников сравнивает ее уродство с красотой Фрица.
— Но тебе я никогда не стану лгать, Фриц, — прошептала Айя и почувствовала, как напряглись все ее мышцы
— Тогда скажи мне кое-что, — попросил он.
— Что угодно.
— Если бы ты не обнаружила «Истребитель городов», если бы этот сюжет был посвящен только «ловкачкам» и их катанию на маглеве, ты бы все равно запустила его в сеть?
Айя отстранилась. Фриц был неглуп. Он заметил, что врать она начала задолго до того, как узнала про «Истребитель городов».
Но в самом деле — предала ли бы она «ловкачек» только ради того, чтобы обрести славу? Как сказала Мики, загородные прогулки способны невероятно расширить сознание. Чем больше времени Айя проводила с «ловкачками», тем ближе они ей становились. Она начала мысленно именовать их подругами. Она могла изменить свое решение... наверное.
Если ты не был уверен насчет правды — это была ложь? Или нет?
Айя кашлянула.
— Когда я присоединилась к «ловкачкам», я просто искала сюжет. Любой сюжет. Но после того нашего разговора я впала в раздумья.
Фриц понимающе кивнул:
— Значит, ты уже передумала?
Айя заглянула в его огромные глаза. Ему так хотелось ей поверить. И так легко и просто было ответить «да». И к чему было огорчать Фрица? Вряд ли теперь ей грозит судьба инкогнито. После сегодняшней ночи все будут знать о том, что Айя Фьюз — «выскочка», и больше ей не придется лгать, готовя к показу сюжеты. Тогда какая разница? Почему бы ей напоследок не побыть чуточку лживой Чумазой Королевой?
— Все произошло так быстро, — вымолвила она. — Сначала были просто забавы, а потом вдруг оказалось,  что на карту поставлена судьба всего мира. — Она отвела взгляд — Но нет... Я бы так с ними не поступила.
Фриц снова притянул ее к себе.
— Спасибо. Я очень рад, — облегченно вздохнул он.
Айи крепко зажмурилась и словно спряталась от собственных сомнений. Фриц ей поверил. Вот как все вышло просто. Но может быть, не так уж сильно она солгала? В конце концов, вопрос-то был гипотетический. Было бы чистым безумием оттолкнуть Фрица от себя навсегда, а чтобы удержать его, надо было всего лишь заплатить маленьким кусочком неправды.
— Айя, — прошептал Фриц ей на ухо, — кажется, твой брат хочет что-то тебе сказать.
Она крепче прижалась к нему и ответила:
— Мне все равно.
— На самом деле тут не только Хиро. Очень... очень много людей.
Айя вздохнула, отстранилась и посмотрела за плечо Фрица. И когда она увидела всех, кто хочет с ней поговорить, — раскрыла рот от изумления.
Началась информационная лихорадка.

Информационная лихорадка 

Несколько десятков людей ждали возможности задать свои вопросы Айе. Рен размещал всех на главной лестнице высотки. Самые знаменитые стояли ближе к подножию. Примерно половину составляли технари. Их внешность была забавно преображена с помощью пластических операций, а одежда сшита из смарт-материалов. Остальные выглядели так, словно на этой вечеринке им было не место: эго-«выскочки», журналисты, горстка представителей официальных городских властей. Большие шишки и не очень. Но все они пришли сюда, чтобы увидеть ее.
Хиро взял сестру под руку и легонько подтолкнул к пустому месту рядом с лестницей. Теперь на Айю нацелили объективы несколько сотен аэрокамер. Они непрерывно перемещались в поисках наилучшего фокуса, следили за каждым шагом Айи. Под взглядами множества объективов Айя чувствовала себя маленькой и никчемной — как в первую ночь, когда оказалась за городом.
Но все происходившее было антиподом безвестности, и об этом Айя все время мысленно себе напоминала. Именно этого ей всегда хотелось: чтобы люди смотрели на нее и ловили каждое ее слово.
— Выключи айскрин, — шепотом подсказал Хиро. — Тебе нельзя отвлекаться.
Айя кивнула и согнула безымянный палец на левой руке. Но стоило ей обвести взглядом взволнованные лица людей, представшие перед ней так ясно и четко, как вдруг все ответы, которые она старательно повторяла вчера ночь напролет, вылетели у нее из головы.
— Ох, — еле слышно вымолвила она, — у меня ноги не движутся... Прямо паралич какой-то.
Хиро крепко сжал ее руку:
— Я буду рядом.
Айя робко кашлянула и сказала:
— Хорошо. Давайте начнем. Вопросы градом посыпались на нее.
— Как тебе удалось разыскать «ловкачек», Айя?
— Просто повезло, наверное. Однажды ночью я увидела, как они катаются на маглеве, а потом я их выследили на подобной вечеринке.
— Почему на некоторых кадрах дальний план изменен?
Айя хмыкнула, гадая, кто же ухитрился просмотреть видеозапись настолько внимательно.
— «Ловкачки» хотели анонимности, поэтому лица некоторых из них я стерла. Вот и все.
— А больше вы никого не скрываете?
— Например?
— Например, тех, кто построил масс-драйвер.
— Конечно нет!
— Значит, вам ничего о них не известно?
Айя немного помолчала. Она очень жалела о том, что в своем сюжете не упомянула о странных существах в туннеле. Но говорить о них было глупо, ведь у нее нет ни единого кадра, на котором они были бы засняты. Предположение о том, что масс-драйвер построили инопланетяне, сильно понизило бы правдоподобность ее сюжета.
— С какой стати я бы стала их защищать? «Истребитель городов» мог построить только безумец. Или вы упустили ту часть сюжета, в которой говорится об этом?
— Тебе не кажется, что «Истребитель городов» — слегка преувеличенное название, Айя? — спросил другой «выскочка». — Несколько тонн падающей с неба стали вряд ли способны уничтожить целый город?
Айя улыбнулась. К такому вопросу Рен ее хорошо подготовил.
— На скорости возврата даже небольшой снаряд способен разрушить здание, покоящееся на магнитных опорах. А если цилиндр разлетится на тысячи кусков... что ж, подсчитайте сами. А еще лучше — попросите вон ту женщину произвести расчеты. Да-да, ту, которая вертит в руках кубик-головоломку.
— А мы не могли бы остановить цилиндры в полете? Как это делали ржавники, когда сбивали ракеты?
Айя и сама думала об этом.
— Ржавникам не удалось достичь больших успехов в перехвате баллистических ракет — разве что только в собственной пропаганде. К тому же за ракетами тянутся большие хвосты дыма, а осколки металла могут быть маленькими, практически невидимыми.
— Как вы думаете, почему строители масс-драйвера ушли?
— Рен Мачино, который помог мне во всем разобраться, считает, что масс-драйвер устроен так, что может действовать абсолютно автоматически.
— Как вы считаете, где-то еще в мире могут существовать подобные комплексы?
Айя часто заморгала.
— Очень надеюсь, что нет.
— В мире отмечается острая нехватка металлов. Как вы думаете, откуда взялось столько стали?
— Понятия не имею.
— Почему ты захотела стать «выскочкой», Айя?
— Хм...
К этому вопросу Айя не была готова, хотя Хиро ее предупреждал о том, что всегда найдутся пустоголовые, которые обязательно начнут задавать вопросы личного характера, невзирая на то, насколько важна сама тема сюжета.
— После реформы свободомыслия я очень много думала о судьбе мира, пыталась разобраться в том, каким он стал. И мне показалось, что рассказывать людям разные истории — неплохой способ сделать это.
Репортер, задавший вопрос, улыбнулся:
— Не так ли обычно отвечает на этот вопрос твой старший брат?
— О черт... Без комментариев, — пробормотала Айя.
В ответ послышался дружный смех. Она улыбнулась и наконец немного расслабилась.
— Какое лицо ты хочешь получить, когда тебе исполнится шестнадцать? — прокричала из задних рядов репортер-«выскочка», готовящая сюжеты о моде.
— Пока не знаю. Склоняюсь к внешности мангахедов.
— Это мы уже заметили, Чумазая Королева!
— Ладно. Тоже без комментариев.
— А тебя не беспокоит то, что в твоем сюжете ты прославляешь опасные забавы, Айя?
Она недоуменно пожала плечами:
— Я просто рассказываю правду о мире.
— Но «ловкачкам» ты правду не сказала...
Айя бросила взгляд на Фрица и проговорила:
— Порой приходится солгать, чтобы найти правду.
— Почему, как ты думаешь, такая знаменитость, как Иден Мару, водит дружбу с «ловкачками»?
Айя усмехнулась:
— Она сама однажды сказала в интервью: чтобы убраться подальше от вас.
— Ты думаешь, что масс-драйвер создал кто-то из жителей нашего города? — осведомился голос с задних рядов.
«Наверняка кто-то из свиты Тоси Банана», — подумала Айя.
— Зачем бы нам это понадобилось? — задала она встречный вопрос.
— Наш город стоит ближе всех остальных к горе. Не означает ли это, что ты предательница?
— Что я... кто?
— А если масс-драйвер нужен нам для обороны? 
Айя посмотрела на Хиро. Тот сказал:
— Если речь идет об обороне, разве мы не должны знатьоб этом?
— Эй, Хиро! — вмешался один из технарей-«выскочек». — Каково это — когда тебя обставила собственная сестра?
— Немного обидно, — ответил Хиро, но тут же с улыбкой добавил: — Но это приятнее, чем если бы на мой дом попадали бомбы.
Вопросы сыпались один за другим: о детстве Айи, о том, кто ее любимый «выскочка», есть ли у нее планы подготовить продолжение сюжета. Бесконечно продолжались разговоры о математических расчетах и ракетах, и «ловкачках» и скрытых камерах, о парашютах и папарацци. Всякий раз, стоило только одному из репортеров-«выскочек» отойти в сторону, чтобы заняться подготовкой сюжета к запуску в сеть, его место занимал другой, и довольно скоро вопросы начали повторяться. Айя пыталась отвечать по-новому, но стала ловить себя на том, что бормочет одни и те же слова.
Наконец Фриц увел ее в зал, пообещав «выскочкам», что она скоро вернется. Хиро остался на лестнице и продолжал без запинки отвечать на вопросы.
— Воды, — прохрипела Айя.
Фриц сунул ей стакан — она выпила залпом.
— Спасибо, — выдохнула она и огляделась по сторонам.
Над ее головой кружили аэрокамеры, но люди держались на расстоянии и старались не слишком на нее пялиться. Впервые в жизни Айя оказалась центром внимания.
У другой стены группа технарей собралась возле большого общественного уолл-скрина, на котором Рен демонстрировал мрачные математические расчеты и показывал, как баллистические ракеты разрушают здания. На какое-то время Айя осталась наедине с Фрицем.
— Ну, как я справилась? — спросила она негромко.
— Поразительно. — Фриц усмехнулся. — И каково это — быть знаменитостью?
Айя застонала, вспомнив о том, как глупо себя повела во время их последней встречи.
— Очень смешно.
— Нет, правда, — с улыбкой спросил Фриц, — как ты себя чувствуешь, стоя рядом с таким ничтожеством, как я?
— Прекрати! Что стряслось с твоей абсолютной честностью?
— Подшучивать — не значит лгать, — возразил Фриц — И мне действительно интересно, каким я кажусь тебе теперь.
Айя уставилась на него с укором:
— Ты же не какой-нибудь «экстра». Теперь между нами нет разницы в амбициях.
— Нет есть.
— Ты о чем?
— Ты уже целый час не проверяла рейтинг своего лица? — Фриц рассмеялся. — А между прочим, с ума сойти можно. Попробуй угадать, пока я не проболтался.
Айя сглотнула подступивший к горлу ком. С момента запуска сюжета она едва дышала, а мысль о том, чтобы проследить за своим рейтингом, ей даже в голову не приходило. Почему-то было боязно включить айскрин и посмотреть.
— Ты хочешь сказать, что я стала известнее тебя? Мой рейтинг меньше тысячи?
— Не глупи, Айя! История про бессмертных стариков вывела твоего брата в первую тысячу. А сейчас речь об «Истребителе городов»! Думай хорошенько!
Айя пожала плечами. Ей не хотелось выглядеть, как самовлюбленная эго-«выскочка».
— Ну... пятьсот?
— Опять не угадала! — Лицо Фрица исказила болезненная гримаса. — Не могу. Мне просто больно скрывать это от тебя.
— Тогда скажи! — воскликнула Айя.
— Ты семнадцатая по счету знаменитость в городе! — выпалил Фриц и потер виски. — Ох, жутко больно.
Айя в полном изумлении уставилась на него. Даже если Фриц не умел врать, все равно он, наверное, ошибся.
— Семнадцатая?
— О тебе упомянула Нана Лав.
— Не может быть! — изумилась Айя. — Какое ей дело до оружия ржавников?
— Нане-тян есть дело до всего человечества, — сыронизировал Фриц. — И это с ее стороны очень мило. Может быть, поэтому она и послала тебе сообщение.
— Не верю!
Айя наконец с часто бьющимся сердцем включила айскрин и спросила:
— Ты вправду так думаешь?
— Наверное. Мне она позвонила, как только я выбился в первую тысячу.
На глазном дисплее Айи возник интерфейс, битком набитый сообщениями. Их было несколько десятком тысяч. У нее просто не хватит времени.
— Прочесть все!
— Поглядела бы ты сейчас на себя, Айя! — смеясь проговорил Фриц. — Ты выглядишь, как маленькая девочка, которая только что съела слишком много мороженого!
— Слишком много — это верно. Увидел бы ты все эти сообщения! — Айя вспомнила, как поступал Хиро, когда его заваливали сообщениями после интересных сюжетов, и пошевелила пальцами. — Погоди-ка, сейчас я их рассортирую по рейтингу лиц. Сообщения от «экстров» опустим вниз, а от знаменитостей поднимем повыше. Если Нана-тян мне действительно что-то написала, она окажется здесь... Вот это да!
Сообщений было невероятно много. Айя видела, как они перемещаются. Городскому интерфейсу было довольно сложно сортировать их, постоянно сверяясь с изменениями рейтинга лиц. Но вот наконец на самом верху списка оказались сообщения от знаменитостей — известных «выскочек», политиков, извещение от Комиссии добропорядочного гражданства с благодарностью...
— Да... С этого дела мне явно перепадет немало баллов, — пробормотала Айя. — Высотка-трансформер, я уже иду...
И тут она увидела... сверкающий значок на ангельских крылышках.
— Фриц... Ты был прав... Нана-тян смотрела мой сюжет!
— А я тебе что говорил! — расхохотался Фриц.
Айя была готова открыть письмо, но вдруг значок скользнул вниз. Айя, не веря собственным глазам, уставилась на новое сообщение. Оно не было украшено ничем — просто черный текст, как в автоматическом ответе.
— Ой, Фриц, тут еще одно... Выше Наны Лав.
— Что еще одно?
— У меня такое ощущение, что мне только что написал кто-то еще более знаменитый, чем Нана Лав.
— Но нет никого знаменитее ее, кроме... — Фриц сдавленно охнул. — Хочешь сказать, что тебе пришло сообщение от Тэлли Янгблад?
Айя скованно кивнула. Сообщение было перед ней, оно было написано лучом лазера на ее глазном яблоке. Послание от самого прославленного человека в мире — девушки, благодаря которой произошла реформа свободомыслия «Чистый разум». Адепты культа Янгблад каждое утро произносили ее имя, а Тоси Банана обрушивал на них проклятия. Это имя повторяли бессчетное число раз, когда малышам в школе рассказывали о войне и Диего...
— Но как она могла узнать обо всем так быстро? — Пробормотала Айя. — Разве она не скрывается где-то в глуши?
— Твой сюжет два часа назад был передан по всему миру, — сказал Фриц. — Видимо, у нее есть друзья, которые просматривают сеть для нее.
— Но с каких пор Тэлли Янгблад сама выходит с кем-то на связь?
Айя произнесла имя Тэлли, и у нее пересохло во рту.
— Какая разница? Открой и прочти!
Она шевельнула пальцем. Сообщение открылось, Оно было снабжено значком глобальной сети, его подлинность гарантировалась. Но, читая текст, Айя подумала о том, правильно ли она понимает английский.
— Что там сказано? — в нетерпении спросил Фриц.
— Тут всего семь слов.
— Каких слов? Что там? «Спасибо», «поздравляю», «привет»?
— Нет, Фриц. Тут написано: «Беги и спрячься. Мы уже в пути»

Западня 

— Это глупо! — прошипел Хиро. — Мы должны вернуться на вечеринку. Если убежим, будем выглядеть полными идиотами!
— Ты советуешь мне наплевать на Тэлли Янгблад? — ахнула Айя. — В ее сообщении сказано: «Беги и спрячься»!
— И вот это ты называешь «спрятаться»? — осведомился Рен.
Айя посмотрела вверх. Около сотни аэрокамер полетели за ними от той высотки, где проходила вечеринка. Наверное, хозяева камер гадали, почему семнадцатая по счету знаменитость в городе ни с того ни с сего сбежала с первого в ее жизни интервью. Стая аэрокамер была хорошо видна на фоне ночного неба. Линзы объективов сверкали, будто глаза хищников.
— Хорошо подмечено, — кивнул Фриц. — Нужно найти местечко поукромнее.
— Я пытаюсь, — вздохнула Айя.
Они вчетвером покинули вечеринку через боковую дверь и пошли наугад, пересекая неосвещенную бейсбольную площадку. С крыши высотки все еще взлетали в небо безопасные фейерверки. Огни озаряли Айю, и впереди нее по траве двигалась ее огромная искаженная тень.
Айя вспоминала о последнем предупреждении Лай: «Кто бы ни построил эту жуть, он наверняка очень опасен».
— Какой смысл скрываться? — хмыкнул Хиро. — Если ты считаешь, что на тебя кто-то охотится, разве не лучше оставаться там, где мы будем у всех на виду?
Айя остановилась — настолько резко, что сзади на нее налетел Моггл. Наверное, Хиро был прав, и лучше всего было остаться в толпе. На многолюдной вечеринке никто не решится напасть на нее, при том что кругом полным-полно аэрокамер.
— Пожалуй, ты прав, стоит вернуться, — вздохнула Айя.
— Вот именно! — воскликнул Хиро. — Мы можем запустить в сеть сообщение от Тэлли Янгблад. Если все узнают о том, что она направляется сюда, это будет просто грандиозно!
Фриц тактично кашлянул и сказал:
— Наверное, сейчас не самое лучшее время размышлять о рейтинге лица, Хиро.
— Дело совсем не в рейтинге лиц, пустоголовый!
— Если рассуждать теоретически, то я вовсе не пустоголовый, — тихо проговорил Фриц. — Именно поэтому я не ору о наших планах во всеуслышание.
Айя запрокинула голову. Кокон популярности по-прежнему окутывал ее, и несколько камер находились достаточно близко для того, чтобы услышать слова Хиро.
— Что бы мы ни делали, давайте будем говорить потише, — сказала Айя. — Почему-то мне кажется, что Тэлли сама не хочет, чтобы весь город узнал о том, что она скоро будет здесь.
— Она родом не отсюда, Айя, — напомнил Рен, — поэтому она не имеет понятия о том, как действует репарационная экономика. Почти полмиллиона людей сейчас следит за развитием событий. Твоя слава защитит нас.
— Ты не можешь спрятаться, Айя, — сказал Хиро. — Всем в точности известно, где ты находишься. Разве не для этого все было задумано сегодня?
Фриц пристально посмотрел на Айю и нахмурился:
— А я думал, что сегодня все было задумано для того, чтобы спасти мир.
— Задач, скорее, было несколько. — Айя вздохнула. — Пожалуйста, очень вас прошу: помолчите все хоть несколько секунд, дайте мне подумать!
Фриц, Хиро и Рен умолкли. Айя стояла, чувствуя на себе взгляды всех троих и еще сотни объективов аэрокамер, через которые за ней наблюдали полмиллиона зрителей. Даже Моггл пялился на нее.
Не самая лучшая обстановка для раздумий. Фриц шагнул ближе к Айе и положил руку ей на плечо:
— Если мы возвратимся на вечеринку, а туда кто-то явится за тобой, кто сумеет их остановить? Кучка пикслекожих?
— Смотрители, — заверил Хиро, — как в любом случае, когда совершается преступление.
— А мы доверяем смотрителям? — спросил Фриц. — Вспомните о том, что сказал один из «выскочек»: не наш ли город построил масс-драйвер?
— Тот малый, который назвал Айю предательницей? — Хиро рассмеялся. — Да он просто безмозглый идиот!
— Ну может быть, не такой уж безмозглый, — возразил Рен. — Масс-драйвер построен не без помощи маглевов, линия которых начинается в нашем городе. Так что очень даже не исключено, что кто-то из горожан приложил к этому руку.
— Тот, кто наделен немалой властью, — кивнул Фриц. — Столько стали туда вбухано — а никто об этом ничего не знал.
Айя сглотнула ком, сжавший глотку. «Истребитель городов» был просто гигантским комплексом. Кто бы его ни построил, наверняка эти люди были наделены немалой властью, если имели возможность опустошать горные недра. Разве таким могли помешать смотрители? Разве тех, кто имел наглость готовиться к разрушению целых городов, остановили бы полмиллиона свидетелей?
Глядя на темное кольцо деревьев вокруг бейсбольной площадки, Айя вспомнила слова Иден Мару: «Можно исчезнуть и находясь в толпе».
— Моггл, поднимись как можно выше и посмотри по сторонам, — распорядилась Айя и повернулась к Хиро. — Я поступлю так, как мне велела Тэлли Янгблад. Я спрячусь.
Она пошла вперед — прочь от огней высотки, подальше от всех.
Хиро пошел за ней, продолжая протестовать:
— Ты рассуждаешь, как «экстра». Ты не можешь спрятаться! Для того чтобы тебя обнаружить, любому достаточно войти в сеть!
У Айи разболелась голова. Аэрокамеры кружили над ними, фиксируя каждый шаг, будто Айя была движущейся дорожкой, уводящей в никуда. Под взорами объективов она чувствовала себя загнанной в ловушку, бабочкой, которую пригвоздили к картонке сотнями булавок.
— Ты ничего не можешь с ними сделать? — спросила она у Рена.
— Ну... возможно — Рен вытащил из кармана небольшой прибор. — Когда выдающиеся технари хотят создать кокон популярности промышленных размеров, они отключают всю аппаратуру в радиусе порядка ста метров. Пожалуй, я мог бы так устроить, чтобы на пару минут мы скрылись из виду.
— Прошу тебя, сделай это. — Айя снова посмотрела на кружащие над ними аэрокамеры. — Сейчас очень не помешала бы порция невидимости. Это было бы безопаснее.
— Но с какой стати кому-то за тобой гоняться? — не унимался Хиро. — Всем в мире уже известно о том, что это оружие существует. Что еще ты можешь сделать? Ты ведь ничего не утаила?
— Конечно нет, — под твердила Айя — Вы с Реном всегда твердите, что утаивать какие-то кадры — значит, грешить против правды. Нет, я все включила в сюжет. Ну, то есть все, кроме...
Она умолкла, вспомнив о странных существах, которых видела с Мики.
— Кроме чего? — негромко спросил Фриц.
— Об одном я не упомянула, — Айя украдкой взглянула на Хиро. — Но они у меня не были засняты вообще.
— Кто не был заснят? — Хиро прищурился.
— В общем... в самую первую ночь, когда я каталась с «ловкачками» на маглеве... Но какое это теперь имеет значение?
Хиро шагнул ближе к сестре:
— Да такое, что, если ты о чем-то умолчала в своем сюжете, непременно сыщется тот, кто заставит тебя умолкнуть навсегда! Давай выкладывай, о чем ты не сказала?
— Ну... в туннеле в ту ночь я видела людей... или не людей. В общем, на людей они мало походили
Все молчали. Фриц, Рен и Хиро смотрели на Айю не мигая.
Вдруг в темноте раздался глухой удар. Все вздрогнули. В нескольких метрах от них на траве лежала аэрокамера с погасшими фарами. Чуть поодаль послышался еще один удар, потом еще. Айя посмотрела вверх.
Аэрокамеры начали падать.
— Вот это класс, Рен. — Она улыбнулась, — Как ты это сделал?
Рен с озадаченным видом опустил свой прибор.
— Есть плохая новость. Это делаю не я, а кто-то другой.
Теперь звуки ударов слышались со всех сторон. Медленным градом аэрокамеры сыпались на траву. Запрокинув голову, Айя увидела, что небо над ними почти опустело. Очень скоро она могла снова стать невидимкой и исчезнуть навсегда.
Айя сорвалась с места и побежала.

Беги и спрячься

— Раздобудь нам четыре скайборда! — рявкнул Хиро. — Плевать на собственность! Мне все равно, кому они принадлежат, — дело чрезвычайной срочности!
Айя направилась обратно, к высотке. Сейчас толпа народа была лучше, чем темнота. Последние несколько аэрокамер, виляя из стороны в сторону, как пьяные, тащились за ними, но одна за другой падали.
— Моггл, ты еще здесь? — прошептала Айя.
На ее дисплей наложилось поле зрения аэрокамеры. Айя увидела себя и своих спутников издалека — крошечными пятнышками на большом квадрате бейсбольной площадки. Больше никого и ничего видно не было.
— Держись повыше, Моггл! Кто-то отключает аэрокамеры вокруг нас!
Словно по команде прямо перед Айей рухнула на траву еще одна камера. Айя перепрыгнула через нее, едва не зацепившись за подол своего длинного платья.
— Вон они! — прокричал Хиро.
— Над полем прямо к ним летели четыре скайборда, подсвеченные огнями из окон высотки. — А они не упадут? — встревожено спросила Айя. — Как аэрокамеры?
— Думаю, я сумею помешать блокировке подъемных механизмов, — сказал Рен, на 6eгy нажимая кнопки на панели своего прибора. — Главное — держись рядом со мной.
— Я не пойму — за нами кто-нибудь гонится? — спросил Фриц.
Айя вгляделась в темноту за домами. По-прежнему никого не было видно — и ничего, кроме неподвижно валявшихся на траве аэрокамер.
И вдруг она услышала гул двигателя аэромобиля.
Машина пронеслась над Айей и ее спутниками, заглушив звук их шагов. Поднятый винтами аэромобиля ветер растрепал волосы Айи. В первый момент она подумала, что это смотрители, но звук подъемных винтов был другой. Эта машина была предназначена для полетов за городом, куда смотрители никогда не наведывались. Но почему-то Айя не поверила бы, что аэромобиль ведут рейнджеры.
Машина резко развернулась и снизилась. Трава заметалась под вихрем, поднятым винтами. По краям пятиугольной домашней базы поднялась пыль.
Из-за ветрового стекла на Айю со странным спокойствием смотрели двое. Бледная кожа, лысые макушки, широко поставленные глаза. Они очень походили на тех существ, которых Айя видела в туннеле.
Она замерла на месте. Верно Мики сказала в ту ночь: эти существа не были похожи на людей.
Фриц схватил ее за руку и потащил за собой. Они пролежал и вокруг машины. Пыль лезла в глаза, и Айя зажмурилась. Ее платье развевалось, как раскрытый парашют.
Машина опустилась на землю. Дверца скользнула в строну, на площадку легла полоса света. Внутри кабины оказались еще двое. На миг их силуэты проступили на фоне облаков пыли.
В следующее мгновение Айя услышала окрик. Рен и Хиро вылетели из пыльной тучи. Рядом с ними парили в воздухе два пустых скайборда.
— Я на таких ни разу не летал! — воскликнул Фриц.
— Главное — держись за меня!
Айя вспрыгнула на летательную доску и втащила за собой Фрица. В первый момент скайборд сильно раскачался. Фриц с трудом держал равновесие, будто малыш, не вставший на гимнастическое бревно.
— Не отставайте от нас, иначе вас собьют! — гаркнул Рен, помахав рукой, в которой держал прибор.
Он и Хиро промчались мимо. Айя заложила крутой вираж и устремилась следом за Реном и братом. Фриц обхватил ее руками и крепко прижался к ней. Они начали набирать скорость.
Позади снова послышался гул винтов аэромобиля, поднялся ветер. Айя широко раскинула руки и пожалела том, что надела туфли на высокой платформе. Но последние две недели не прошли для нее даром: держаться на скайборде было куда проще, чем на крыше маглева.
Правда, вес Фрица создавал проблемы. Хиро и Рен опережали их. Айя наклонилась вперед, пытаясь разогнать скайборд. Она понимала: если они слишком сильно отстанут от Хиро и Рена, то могут рухнуть на земли, как отключенные аэрокамеры. А у них даже магнитных браслетов не было.
— Держись крепче! — прокричала она, но вой винтом приближающегося аэромобиля заглушил ее слова.
К счастью, до высотки было уже не так далеко. Айя видела стоявших на крыше участников вечеринки следивших за погоней. Наверное, они гадали, что это за спектакль.
Машина снова зависла над Айей и Фрицем Вихрь поднятый винтами, начал швырять их скайборд из стороны в сторону. Айя с колоссальным трудом сохраняла равновесие.
— Осторожно! Смотри наверх! — крикнул Фриц.
Из открытой дверцы аэромобиля выпрыгнули двое и полетели вниз, широко раскинув длинные руки и ноги. В первые секунды их подбрасывало ветром, но вскоре их полет стал ровным. Айя разглядела на суставах долговязых существ характерные выпуклости: это были подъемные механизмы.
— На них скайбольное снаряжение! — воскликнула она. — Ничего хорошего!
Двое незнакомцев снижались к ней и Фрицу. Ветер, создаваемый винтами аэромобиля, был для них попутным.
— Держись крепче! — снова крикнула Айя и, резко развернув скайборд, направила его в обратную сторону над бейсбольной площадкой.
Фриц сильнее обнял ее, и они вместе наклонились вперед для лучшего разгона.
Но странные гуманоиды быстро нагоняли их. Хиро и Рен тоже развернулись, но незнакомцы, не глядя на них, промчались мимо.
Можно было не сомневаться: им была нужна только Айя Фьюз.
Она устремилась к ближайшим деревьям, всеми силами пытаясь заставить скайборд лететь быстрее. Но он, хоть и считался скоростным, сильно уступал тем летательным доскам, которыми пользовались «ловкачки».
На конец они поравнялись с деревьями, и Айя начала качаться из стороны в сторону, лавируя между стволами. Листву пронзали лучи фар аэромобиля, на лесную почву ложились круги света.
Фриц прижал губы к уху Айи и шепнул:
— Почему мы не падаем?
Айя обернулась. Да, это было странно: Хиро и Рен отстали от них метров на пятьдесят.
— Конечно! — воскликнула она. — Они вынуждены были прекратить блокировку, чтобы действовало их снаряжение, а это значит... Моггл! Лети сюда! Ты мне нужен.
— Айя! — крикнул Фриц — Справа!
Одна из долговязых фигур опускалась прямо на них, растопырив длинные пальцы, будто когти. Фриц пригнулся, Айя присела на корточки, и гуманоид пронесся мимо.
— Ой! — вскрикнул Фриц, и Айя почувствовала, как он вздрогнул — Что-то меня задело!
— Что?
Айя выпрямилась и снова заложила крутой вираж. Выгнув шею, она посмотрела на Фрица:
— Все нормально?
— Вроде бы да. Но немного... Осторожно!
Она запрокинула голову и увидела прямо над собой второго гуманоида. Он развел руки в стороны. На концах его пальцев сверкали иглы.
Айя наклонилась всем телом и резко остановила скайборд. Фриц навалился на нее, его руки соскользнули с ее талии.
— Фриц! — в страхе вскрикнула Айя, но в ответ услышала только стон.
А в следующее мгновение ее друг упал со скайборда.
— Фриц!
Айя попыталась удержать его, но Фриц уже барахтался в воздухе. Он угодил прямо в руки поджидавшего поблизости гуманоида. Их тела столкнулись с глухим стуком.
Освободившись от веса Фрица, скайборд накренился и начал вертеться в воздухе. Рядом с Айей мелькали стволы деревьев, острые сучья царапали руки и ноги. Она опустилась на колени и, ухватившись за края скайборда, попыталась остановить его движение по инерции
Как только скайборд перестал вертеться, Айя спрыгнула с него и покатилась по опавшей листве. Вскочив, она побежала туда, где на земле лежали две неподвижные фигуры.
Она не могла оторвать глаз от гуманоида. Бледная кожа, длинные и слабые с виду руки. Однако пальцы, увешанные иглами, выглядели устрашающе.
Но наиболее странными ей показались ноги гуманоидов. Голые, бесформенные ступни были очень похожи руки. Длинные пальцы свернулись, будто лапки мертвого паука.
Айя оттащила Фрица в сторону:
— Ты меня слышишь?
Фриц молчал. Айя заметила у него на шее маленькое красное пятнышко. Значит, он потерял сознание из-за того, что гуманоид прикоснулся к нему пальцем с иглой. Потерял сознание... или еще хуже.
Айи прижала Фрица к себе. Она не знала, как быть. Голова шла кругом. Над верхушками деревьев пролетел аэромобиль. Дрожащий свет проник сквозь листву, по земле поползли искаженные тени. Айе показалось, что весь мир качается.
— Айя! — послышался окрик.
Она запрокинула голову и увидела Хиро и Рена, лавирующих между стволами деревьев.
Но впереди них летел второй гуманоид. Он мчался прямо к ней, раскинув руки и сверкая игольчатыми пальцами. Его бледная кожа светилась в темноте.
Айя еще крепче обняла Фрица. Она чувствовала себя такой одинокой и всеми покинутой. Где же смотрители? Где полмиллиона зрителей, всего пять минут назад наблюдавших за каждым ее шагом?
Гуманоид был в десяти метрах от нее с Фрицем... в пяти…
И вдруг из темноты выскочило что-то маленькое и круглое и ударило гуманоида в живот. Тот охнул, сложился калачиком, завертелся в воздухе и пролетел мимо Айи.
— Моггл! — выдохнула Айя.
Ее аэрокамера промчалась рядом с ней и врезалась в кусты.
Гуманоид беспомощно повис в воздухе, поддерживаемый подъемными механизмами скайбольного снаряжения. Его ступни, похожие на руки, болтались всего в метре от земли. Стон сорвался с его губ, веки дрогнули…
Айя вскочила и побежала к нему. Подпрыгнув, она схватила гуманоида за плечи. И они вместе заскользили над землей. Снаряжение было способно выдержать дополнительный вес.
Рука гуманоида потянулась к Айе, но девушка схватила его за запястье, вывернула руку и вогнала кончики игольчатых пальцев в его шею. В горле у гуманоида заклокотало, глаза выпучились, а в следующий миг он окончательно отключился.
— Айя! — резко затормозив, крикнул Хиро. — С тобой все нормально?
— Я в порядке.
Айя отцепилась от гуманоида и спрыгнула на землю. Запрокинув голову, она посмотрела на аэромобиль. Машина неподвижно зависла над деревьями. Фары поворачивались, неуверенно освещая листву.
— Помоги мне с Фрицем, — проговорила Айя.
Хиро подлетел к ней:
— С ним все будет хорошо, Айя. Им до него нет дела
— Это точно. Зато мне есть.
Она опрометью бросилась к неподвижно лежащему на земле Фрицу, ведя за собой скайборд. Встав на колени, она потянула Фрица за руку, пытаясь втащить его на летательную доску.
Фриц застонал.
— Ты как? — спросила Айя.
— Как-то странно... — пробормотал Фриц. — Я какой…тяжелый.
— Это ты мне говоришь? — фыркнула Айя. — Если бы только мы могли...
Она посмотрела на гуманоида, лежавшего на земле рядом с Фрицем.
Хиро сошел со скайборда рядом с сестрой и сверху вниз уставился на гуманоида.
— Вот это да... И об этом ты умолчала в своем сюжете?
— Помоги-ка мне снять скайбольное снаряжение с этого урода, — попросила Айя, потянув к себе щиток, зацепленный на бедре гуманоида. — Мы попробуем надеть его на Фрица!
— Ладно, — кивнул Хиро и опустился на колени. — Вот как это делается.
Он умело и ловко ослабил лямки, отсоединил щиток с подъемным механизмом и пристегнул его к бедру Фрица.
— Что с ним случилось? — спросил подоспевший к друзьям Рен.
— Этот гад уколол его пальцем, а на пальцах у него иголки, — пробормотала Айя, посмотрев вверх, на аэромобиль.
Дверца снова открылась. В луче света стали видны еще две гуманоидные фигуры.
— Черт! — выругалась Айя. — Сейчас еще двое спрыгнут.
— Я закончил.
Хиро пристегнул Фрицу второй налокотник с подъемным механизмом.
— Я выставил нейтральную скорость, — сообщил он, — так что парень у нас будет легче перышка.
Фриц, обретший невесомость, вдруг легко отделился от земли. Айя уложила его на свой скайборд и встала на колени напротив него.
Хиро и Рен вспрыгнули на свои летательные доски по обе стороны от Айи и Фрица, взяли Айю за руки, словно родители — маленькую девочку, и помчались вперед, лавируя между деревьями.
— Они летят за нами? — взволнованно спросила Айя,
Рен оглянулся и сказал:
— Я так не думаю. Они подбирают своих.
— Наверное, два трупа гуманоидов хуже, чем одна живая свидетельница, — заключил Хиро. — Кстати говоря, тебе неплохо бы кое-что объяснить, Айя.
— Как только окажемся в безопасности.
— То есть вернемся на вечеринку?
— Нет. Мы поступим так, как велела Тэлли. Мы спрячемся.
— Где? — спросил Рен.
Айя прикусила губу. Она крепко держала Фрица, чтобы он не соскользнул со скайборда.
— В подземном коллекторе.
— Там холодно и сыро, — пробормотал Рен, — но, с другой стороны, это единственное место в городе, где нет ни одной видеокамеры.
— Вот именно! — воскликнула Айя.
Что-то мелькнуло между деревьями. Айя бросила взгляд в ту сторону. Это была выкрашенная черной краской аэрокамера. После столкновения с гуманоидом Моггл летел не слишком уверенно. Он радостно сверкнул фарами, и в поле зрения Айи возникло дрожащее изображение. Что бы собой ни представляли гуманоиды, на этот раз не только она увидела их. Айя невольно улыбнулась. Моггл успел заснять несколько кадров.

Мудрость толпы 

Строительная площадка была залита тускло-оранжевым светом. Экскаваторы неподвижно застыли внутри котлована.
— Проверь-ка еще разок входящие сообщения, — посоветовал сестре Хиро, — пока мы не ушли из зоны приема.
Айя посмотрела на айскрин и покачала головой. По каналу смотрителей было передано несколько особо важных сообщений. Еще тысяч десять человек спрашивали ее о том, что происходит, не говоря уже о миллионе различных гипотез, буквально бушевавших в сети. Но от Тэлли Янгблад ничего не было.
— Если она летит на суборбитальном корабле, связи с ней не будет несколько часов, — заметил Рен.
— Лишь бы только она поскорее добралась сюда, — вздохнула Айя.
Они снизились к земле и скользнули в туннель.
— Ой, я что, опять отключаюсь? — простонал Фриц и пошевелился на скайборде, когда их окутала темнота.
— Нет, просто мы спустились под землю, — объяснила Айя и обняла Фрица. — Моггл, фары не включай. Опасно.
— Твое платье, — пробормотал Фриц. — Искристые блестки.
Айя кивнула, шевельнула пальцами, и ее вечернее платье озарилось. Батарейка, конечно, успела сильно разрядиться, но все же тусклого света от крошечных лампочек на подоле было достаточно для того, чтобы рассеять тьму.
— Я же говорила: отличный наряд.
— Очень смешно. Ну, теперь ты расскажешь нам, что случилось?
— Пока нет.
Они начали спускаться по туннелю. Оранжевый свет, исходивший от стройплощадки, постепенно угасал. Через несколько долгих минут все услышали эхо струящейся воды, и туннель закончился над краем огромного резервуара.
Айя остановила свой скайборд на большой высоте над водой.
Зал озарился гаснущими на ее платье огоньками, на потолке заиграло отражение водной ряби. Моггл, похоже, вспомнил это место и стал нервно кружить над водой. Небось высматривал притаившихся в темноте «ловкачек» со злобными блокирующими пломбами.
Хиро затормозил неподалеку от сестры и уселся на скайборде по-турецки.
— Просто шикарное укрытие, Айя. Встать тут негде, как я понимаю?
— Негде, — ответил ему Рен — Но зато воды — хоть отбавляй.
— Да, это вам не высотка-трансформер, — вздохнула Айя.
Из головы у нее не выходила квартира, которую ей показал брат, — огромные комнаты, великолепные виды из окон. А она в первую ночь своей славы пряталась в подземелье.
Звуки медленного, ровного дыхания Фрица эхом отлетали от кирпичных стен. Он снова пошевелился. Видимо, действие укола заканчивалось. Айя посмотрела ни пятнышко на шее Фрица. Краснота почти исчезла.
— Чем бы ни были напичканы их иголки, эта дряньпредназначалась для того, чтобы вырубить тебя, Айя, — сказал Рен. — Но Фриц — красавчик. У него все быстро пройдет.
Айя кивнула. Во время Операции Красоты организм соответствующим образом укрепляли. Красавчики и красотки приобретали сильный иммунитет.
— Ну и кто эти уроды? — нетерпеливо спросил Хиро.
— Понятия не имею, — ответила Айя. — Я их раньше только один раз видела.
— Когда впервые следила, как открывается потайная дверь в туннеле? — уточнил Рен.
— Да. Мы с Мики лежали на крыше вагона и смотрели. Их было трое — такие же тощие и высокие. Но было очень темно, и я подумала, что это просто тени нормальных людей... сначала мне так показалось.
Хиро нервно кашлянул.
— И ты решила об этом вообще не упоминать?
— У меня же не было ни единого кадра, где они были бы засняты! Это было бы бессмысленно. Я подумала: если начну с этих уродов, все решат, что это просто очередник сюжет про пласт-шутов. Инопланетяне плохо вписывались в тему «Истребителя городов».
— Не вписывались в тему? — возмущенно вскричал Хиро. — Да кто ты такая? «Выскочка» из эпохи ржавников? Ведь именно для этого существует фоновый план!
— Ты ее потом отругаешь, Хиро — вмешался Рен. — А прямо сейчас нам надо выяснить, кто они такие и почему гоняются за Айей.
Хиро фыркнул:
— Нам нужно вернуться на поверхность и запустить весь, отснятый материал! Стоит связаться со смотрителями, если хочешь!
— А мы доверяем собственному городу? — спросил Рен.
— Я доверяю кому угодно, лишь бы только обо всем знали несколько сотен тысяч зрителей, — буркнул Хиро. — Я вот чего в толк взять не могу: каким образом эти уроды сообразили, что ты их видела?
— Возможно, на дальнем плане есть что-то такое, что поможет нам это понять, — предположил Рен. — Жаль только, мы здесь отрезаны от сети.
— Моггл сохранил все копии, — сказала Айя.
— Ладно, я просмотрю. Позовите меня, если случится что-то интересное.
Рен растянулся на своем скайборде. Его айскрины сверкнули, предупреждая остальных о режиме полного погружения,
Айя сглотнула подступивший к горлу ком. Рен занялся просмотром материалов, Фриц еще не пришел в себя. Она осталась наедине с Хиро. Последние огоньки на ее платье догорали. Чем сильнее сгущалась тьма, тем суровее становилось выражение лица брата.
— Может, посветишь немножко, Моггл? — попросила Айя.
Аэрокамера послушно включила ночные фары. По стенам забегала тень Моггла, беспокойно кружившего над подземным озером. Хиро неподвижно восседал на скайборде и в упор смотрел на Айю.
— Я и не думала врать. — Она вздохнула. — Не хотела.
— Допустим. Но когда ты отбираешь факты для сюжета, ты неизбежно искажаешь правду. Вот почему хорошие «выскочки» выкладывают в сеть все. Пусть манипуляциями занимаются «экстры», способные просидеть у экрана всего десять минут.
— Еще раз повторяю: у меня не было ни одного кадра с этими уродами!
— Все равно: ты их видела, но ничего о них не рассказала. Это все равно что ложь.
Айя в отчаянии застонала, глядя на воду. Огоньки на ее платье один за другим гасли. Поверхность воды становилась чернее.
— Я все испортила?
— Не все, — ответил Хиро и обреченно опустил плечи. — Но если бы ты рассказала о том, что видела, мы бы сейчас уже могли выяснить, кто это такие.
— Как?
— Мудрость толпы, Айя. Если головоломку начнут разгадывать миллион человек, всегда существует шанс, что кто-то один найдет ответ. А может быть, десять человек разгадают по одной частичке, и этого будет достаточно, чтобы головоломка сложилась.
— Наверное, — грустно сказала Айя. — Просто я никогда так не думала о сети.
— Потому что ты всегда мечтала только о славе, — напомнил Хиро. — А информационная сеть — это нечто большее. Я всегда говорю: быть репортером — это значит пытаться понять мир.
Айя обиженно надула губы. Именно это сейчас ей было нужнее всего: философские нравоучения из уст старшего брата. Последние искорки на ее платье погасли: у батарейки закончился заряд.
— Ну ладно, тут у нас никаких толп нет. И как ты думаешь, кто они такие? Инопланетяне? — спросила она.
— Нет, я так не думаю. Скорее всего, они все-таки вроде пласт-шутов.
Хиро начал задумчиво барабанить пальцами по скайборду. По залу разнеслось эхо.
— А если честно, то мне кажется, что они больше похожи на обезьян, — сказал он.
— В каком смысле? — удивилась Айя и поерзала на скайборде. — Я не заметила, что они покрыты шерстью.
— А пальцы у них на ногах разглядела? Пальцы хватательные, как у обезьян. Получается, что у них как бы четыре руки.
— Но это бессмысленно, — вздохнула Айя. — К чему быть пласт-шутом, если все время нужно прятаться от посторонних глаз? Не думаю, что это имеет отношение к моде, Айя. Тут что-то вроде моих бессмертных стариков. Пластическое изменение внешности что-то означает. Должен быть какой-то ответ, и тогда все сойдется.
— Ты имеешь в виду ракетный комплекс, тайные базы и обезьяньи пальцы?
Хиро улыбнулся:
— Я понимаю, почему тебе было так сложно втиснуть все это в десятиминутный сюжет.
Некоторое время они молчали. Айя посмотрела на Рена. Его айскрины мигали. Возможно, к рассвету ажиотаж вокруг «Истребителя городов» немного поутихнет, ведь людям иногда нужно спать, каких бы сумасшедших сюжетов они ни насмотрелись. Через несколько часов можно будет выбраться на поверхность и отправить сообщение для Тэлли Янгблад.
Она вспомнила детство, год перед поступлением в интернат для уродцев. Тогда им рассказывали предысторию реформы свободомыслия: о Дыме, о чрезвычайниках, о страшной войне в Диего. И все эти предания заканчивались почти одинаково: стоило появиться Тэлли-сама[1] — и у плохих ребят не оставалось никаких шансов.
Время в подземелье тянулось странно. Связи с городским интерфейсом не было, и часы на айскрине Айи не работали — ей казалось, что минуты текут невероятно долго. В какой-то момент она задремала, но тут же в страхе очнулась, не понимая, где находится.
Фриц по-прежнему лежал на скайборде рядом с ней. Он все еще спал под действием снотворного. Он был так близко, что она чувствовала его дыхание. Его тепло согревало ее в холодной пещере. Что бы там ни говорил Хиро насчет того, что слава способна защитить ее, рядом с Фрицем она чувствовала себя увереннее, чем под взглядами миллиона зрителей.
Хиро сидел на своем скайборде, скрестив нога, закрыв глаза и покачивая головой. Глаза Рена были открыты, его айскрины мерцали, будто два светлячка в темноте, но он не издавал ни звука.
Прошло, как показалось Айе, еще несколько часов, прежде чем Фриц зашевелился. Он приподнялся и потер шею.
— Как ты себя чувствуешь? — шепотом спросила Айя.
— Намного лучше, — ответил Фриц и сонно огляделся по сторонам.— Где мы?
— Под землей. — Айя сжала его руку. — Не бойся. Здесь мы будем в безопасности, пока не появится Тэлли-сама.
— Ты дотащила меня сюда? Но как тебе удалось... — Фриц начал сползать со скайборда, но не упал. — Ой! Что происходит?
— Мы забрали у тех уродов скайбольное снаряжение. — Айя улыбнулась. — Ты почти невесом.
Фриц перестал двигаться и придвинулся ближе к Айе.
— Ты спасла меня.
Она вздохнула:
— Хочешь сказать, я втянула тебя в беду. Если бы не моя ложь, с тобой все было бы в порядке.
— Ложь?
Айя скованно кивнула.
— Я говорила: несколько дней назад я видела этих уродов, но не поняла, кто они такие. И я... выбросила их из моего сюжета.
Фриц молча уставился вниз, на темную воду.
— Наверное, я прирожденная врунья, — наконец прошептала Айя.
— Нет. — Фриц решительно покачал головой.
— Да! — прошипела Айя. — Десяти секунд не проживу, чтобы хоть немножко не соврать. Сейчас я семнадцатая по счету знаменитость в городе, а из-за чего? Я обманула всех «ловкачек», внушила им, что я одна из них! А потом даже сюжет не смогла подготовить так, чтобы ничего не утаить. Ты меня, наверное, ненавидишь.
Фриц шумно втянул полные легкие воздуха и спросил:
— Я тебе не рассказывал, почему придумал абсолютную честность?
— Я тебя не спрашивала. — Айя горестно вздохнула. — Я только тем и занималась, что болтала про свои мечты о славе.
— Ну, в общем... Я раньше врал... постоянно, — признался Фриц — Иногда по какой-то причине, но чаще — просто ради забавы. Я все время притворялся и со всеми, с кем бы я ни познакомился, старался быть другим, новым Фрицем — а уж особенно с девушками.
Он пожал плечами, и его большие глаза сверкнули в темноте.
— Но со временем я начал забывать, каков я на самом деле. Наверное, это звучит дико,— закончил он.
— Не очень, — сказала Айя. — Со мной произошло примерно тоже самое, когда я познакомилась с «ловкачками». Мне понравилось быть такой Айей. Она была храбрее меня.
— Иногда бывает забавно меняться, — согласился Фриц. — Но мне хотелось узнать, каково это — жить без вранья. Как строятся отношения с людьми, если ты ничего не скрываешь и не способен скрыть...
Он взял Айю за руку, и ее охватила дрожь.
— …каково это, когда делаешь это... — прошептал он, наклонился и поцеловал ее.
Когда они отстранились друг от друга, Фриц закончил:
— ...без вранья.
— Головокружительно, — выдохнула Айя.
Щеки у нее вспыхнули — но не от стыда. У нее на губах словно остался вкус поцелуя Фрица, и по коже побежали мурашки.
— Ты права, — улыбнулся он. — Головокружительно — то самое слово.
— Даже когда целуешься со мной, Чумазой Королевой и вруньей?
Он всплеснул руками.
— Но ты тоже честна, Айя. Так или иначе, в свои сюжеты ты привносишь себя. Даже если речь идет о... — Он умолк и задумчиво обвел взглядом подземный зал. — Послушай, а ведь мы сейчас где-то неподалеку от тех граффити, о которых ты снимала сюжет?
— Так и есть. Те туннели ведут сюда — Айя негромко рассмеялась. — Хочешь увидеть рисунки своими глазами?
— Разве этот сюжет не выложен на твоем канале, где его могут смотреть? — удивился Фриц.
Айя растерялась. До сегодняшнего вечера мало кто смотрел ее канал. Но теперь, когда рейтинг ее лица составил семнадцать, почти наверняка очень многим захотелось побольше узнать о ней. И в то же самое время масса народу сейчас пыталась понять, куда исчезла Айя Фьюз и почему.
Может быть, всего несколько тысяч зрителей захотят просмотреть ее старые сюжеты и большинство из них не обратят внимания на то, каким великолепным укрытием могут послужить туннели, стены которых украсили своими картинами граффитчики. Но что будет, если хотя бы один горожанин додумается запустить в туннели свою аэрокамеру?
— Ой-ой-ой... А ты, возможно, прав. Хиро! Думаю, нам пора сматываться отсюда!
Брат Айи вздрогнул и проснулся:
— Что такое? Почему?
— Те туннели, которые ведут сюда... Они засняты в моем старом сюжете. Помнишь историю про граффитчиков?
— Но это было две недели назад...
Голос Хиро умолк.
— Как ты говорил? — спросила Айя. — Мудрость толпы?
Разбуженный их голосами, Рен приподнялся и сел на скайборде. Он часто моргал, избавляясь от бликов на дисплеях айскринов.
— Что происходит?
— Оказывается, Айя в некотором роде разрекламировала это подземелье в своем старом сюжете,— объяснил Фриц.
Рен все мгновенно понял и простонал:
— Какие же мы безмозглые...
— Моггл! — прошипела Айя. — Выключи фары!
Аэрокамера повиновалась приказу. Все вокруг погрузилось в темноту.
Айя часто заморгала, привыкая к мраку, и крепко обняла Фрица. Постепенно ее глаза освоились с темнотой, и они кое-что увидела...
В одном из туннелей, по которым в коллектор стеками вода, появилось едва различимое пятнышко света. Оно двигалось вперед, и по стенкам туннеля ползли тени.
[1] Сама —  один из японских суффиксов, используемых для учтивого обращения к человеку.

Папарацци 

— Лети на мой голос, Моггл, — сказала Айя, направив скайборд к ближайшей стене.
Водосточные туннели по эту сторону от коллектора в ее сюжете о граффитчиках не фигурировали. Не могло же сюда пробраться столько охотников за Айей, чтобы перекрыть все туннели и водостоки в городе.
— Вот стена, — прошептал Фриц.
Айя протянула руку и прикоснулась к холодным камням, а потом осторожно повела скайборд на звук струящейся воды. Наконец они поравнялись со входом в туннель.
— Моггл, сюда, — тихо позвала Айя.
В следующее мгновение аэрокамера послушно ткнулась в ее бок.
— Лети вперед, посмотри, точно ли там никого нет. Фары не включай!
Моггл проворно умчался.
Позади, в противоположном туннеле, свет становился все ярче. Айя уже могла различать на его фоне силуэты Хиро и Рена.
— Ты действительно мог бы отключить аэрокамеру, Рен, — шепотом спросила Айя.
— Можно попробовать.
В темноте возникло лицо Рена, подсвеченное огоньками на панели прибора.
— Айя, — прошептал Фриц, — если ты хочешь выйти отсюда побыстрее, оставь меня здесь. На этих скайбордах я летать все равно не могу, и за мной никто не гоняться.
— Не говори глупостей, Фриц, — прошипела Айя. — Эти уроды знают, что ты их видел. Я ни за что тебя здесь не оставлю!
Она включила свой айскрин. Моггл показывал, что туннель тянется вперед. Ничего постороннего, никакого света, только темнота.
— По этому туннелю можно уйти, — заключила Айя.
— Тогда вперед, — шепнул Хиро. — Огонек все ближе.
Айя улеглась на скайборд и прижалась к Фрицу. Они скользнули в туннель и довольно скоро начали подниматься вверх.
Моггл летел первым и был уже недалеко от поверхности. Впереди стал виден тускло-оранжевый свет — дежурное освещение строительной площадки. Айскрин Айи ожил. Городские часы показывали, что до рассвета остаюсь два часа.
— Осторожнее, Моггл, — шепнула Айя. — Тебя никто не должен заметить!
Аэрокамера сбавила скорость полета и заглянула за край туннеля. Айя увидела строительную площадку «глазами» Моггла. Там не было никого и ничего, кроме неподвижных машин и металлического каркаса недостроенного здания.
— Молодец, Моггл. Жди нас.
Айя и Фриц поднялись наверх. Наконец Айя почувствовала дуновение прохладного ветра. Вскоре перед ней появился силуэт Моггла, озаренный оранжевым светом. Айскрин заработал в полную силу. В сети шли сотни жарких споров. Кого-то встревожило исчезновение Айи, кто-то высказывал предположения о создателе «Истребителя городов», кто-то сомневался — не выдумано ли все это. Большинство горожан пришли к выводу, что Айю похитили и увезли на загадочном аэромобиле. Безымянный объявил, что масс-драйвер — секретное оружие города, и призывал арестовать Айю как предательницу.
Она отключила дисплей и осмотрелась. История с Чумазой Королевой научила ее тому, какая бессмыслица иногда царит в сети.
Порой мудрость толпы была просто глупым шумом.
Остановившись у выхода из туннеля, Айя обвела взглядом строительную площадку.
— Похоже, тут все чисто. Все готовы?
— Только один вопрос, — сказал Фриц, — Куда мы направимся?
— Ах да. — Айя нахмурилась.
Если кому-то из горожан удалось разыскать подземный коллектор, где еще она могла теперь спрятаться? Все интересные места в городе, которые ей удалось посетить, были отражены в ее сюжетах. Ее комната в интернатском общежитии, имена всех ее друзей, даже ее любимый цвет — обо всем этом было сказано на ее канале.
Айя ничего не утаила о себе.
— Как насчет твоей квартиры, Хиро?
— Моей квартиры? Что может быть очевиднее?
— По крайней мере, она неплохо защищена. В этой высотке живут знаменитости, поэтому аэрокамеры не могут слишком близко подобраться к жильцам. К тому же этот район не так далеко отсюда.
— Забудь об этом. Ты не станешь обрушивать все это на… — Хиро умолк на пару секунд. — Но насчет степени защиты частной жизни ты права. Почему бы нам не направиться в высотку-трансформер? Помнишь ту квартиру, которую я тебе показывал?
— Конечно, — кивнула Айя, — но она не моя.
— Она открыта и свободна, — сказал Хиро. — Тебе нужно просто прийти туда и объявить, что она твоя. Твой рейтинг лица... Ого! Ты уже двенадцатая!
— Похищение инопланетянами поспособствовало, — хмыкнул Рен.
— А ты что думаешь, Фриц? — спросила Айя.
Фриц немного растерялся и со вздохом ответил:
— Мне кажется, что угодно лучше сырого подземелья.

Они медленно поднялись над входом в водосток, ежась от холодного ветра.
Айя посмотрела на промокший, испачканный подол своего вечернего платья. К нему прилипли опавшие листья. Возвращение Чумазой Королевы. И все же после долгих часов, проведенных в мрачном, затхлом коллекторе, запах сосен и свежий воздух обрадовали ее. Далеко не все в городе спали на исходе ночи. В окнах горел свет, многие смотрели сетевые передачи. Айю охватило волнение — антипод страха безвестности.
Это было так непривычно — теперь столько людей знали ее имя.
Они полетели к центру города, к району, отведенному для знаменитостей. Вскоре вокруг начали появляться атрибуты звездной жизни: летающие плавательные бассейны, над которыми клубился теплый пар, аллеи, освещенные факелами.
Между тем на улицах и в парках не было ни душ. Здесь в домах тоже светились окна, все припали к экранам. Даже знаменитости следили за тем, как разворачиваются драматические события.
— Так-так, — встревожено проговорил Рен, оторван глаза от дисплея своего айскрина. — Мы не одни
Айя проследила за его взглядом. К ним подбиралась одинокая аэрокамера. В свете факела сверкнул ее объектив.
— Можешь отключить ее? — спросила Айя.
Рен с сожалением покачал головой:
— Это особая камера-папарацци. Предназначена специально для того, чтобы выслеживать знаменитостей.
— До высотки-трансформера уже недалеко! Скорее! — крикнул Хиро и устремился вперед.
— Держись крепче, Фриц, — сказала Айя, согнула ноги в коленях и погнала скайборд на полной скорости
Фриц обнял ее за талию и начал повторять ее движения. Они дружно качались из стороны в сторону, совершая повороты. Почувствовав, что Фриц немного освоился, Айя решила рискнуть.
Она круто повернула на подлете к стройной высотке и промчалась между двумя квартирами, разделенными магнитными опорами. Подъемные винты скайборда взвыли, доска раскачалась. Фриц крепче обхватил Айю. Магнитное поле здесь было таким сильным, что Моггл, державшийся у плеча Айи, запрыгал в воздухе, как мячик.
Но когда Айя оглянулась, она увидела камеру-папарацци. Та и не подумала отстать. Рен был прав: она была конструирована специально для слежки за звездами. От нее невозможно было избавиться с помощью несложных ухищрений.
Айя сбавила высоту и полетела вдоль тропки, идущей через увеселительный сад. По обе стороны горели факелы, от них исходило тепло и запах дыма. Камера-папарацци не отставала. Она уже была так близко, что могла разглядеть лица Айи и Фрица.
Меньше всего на свете ей хотелось явиться в высотку-трансформер в сопровождении свиты из сотни аэрокамер.
— В конце этого сада сразу набирай высоту! — крикнул Фриц.
— Что ты задумал?
— Просто сделай так!
Они приближались к последней паре фонарей. Безлюдная тропа выводила на поле, где стояли древние святилища и храмы времен до эпохи ржавников. Как только они оказались на открытом пространстве, Айя наклонилась назад и начала резко набирать высоту. Моггл радостно последовал за скайбордом, крутясь в воздухе, будто самолет, выполняющий «бочки».
— Вернись и подбери меня! — прокричал Фриц и…спрыгнул со скайборда.
— Фриц! — в испуге воскликнула Айя, обернулась и увидела, что он парит в воздухе.
Ну конечно — он все еще сохранял невесомость за счет скайбольного снаряжения. По инерции его понесло прямо навстречу камере-папарацци. Он сгруппировался, и камера на полной скорости ударилась о набедренные пластиковые щитки. Послышался звук, словно кто-то хлопнул ладонями.
Фрица отбросило назад. Айя круто повернула и повела скайборд к нему.
Он налетел на нее с такой силой, что ее сбросило с летательной доски. Они, обнявшись, закувыркались и воздухе, но в конце концов подъемные механизмы екай больного снаряжения приняли на себя их общий вес.
— Моггл! — выдавила Айя, еле дыша в объятиях Фрица. — Подгони нам скайборд!
Покинутый скайборд растерянно замер в воздухе. Он словно гадал, почему пассажиры один за другим спрыгивают с него. Моггл остановился около скайборда и повел его к Фрицу и Айе.
— Я ее убил? — спросил Фриц.
Айя посмотрела вниз и увидела, как камера-папарацци скачет среди святилищ и храмов, разбиваясь на куски.
— Да. Но я чуть с ума не сошла от страха!
Моггл подвел скайборд под ноги Фрица и Айи. Фриц немного ослабил объятия, и Айя соскользнула на летательную доску.
— Понимаю. А я еще и снаряжение повредил, — сообщил Фриц, наклонился и провел руками по пластиковым щиткам. От столкновения с аэрокамерой они треснули.
— Так тебе и надо, — шутливо буркнула Айя и направила скайборд к высотке-трансформеру.
Держась на небольшой высоте, она вскоре оказалась под висящим в воздухе прудом для медитации. Свет звезд струился между лепестками лилий и снующими туда-сюда кои[1]
— Айя? — прозвучал голос Рена в ухе Айи. — Мы уже около высотки. А вы где?
— Скоро будем. Избавились от той камеры.
— Значит, другую подцепили. Посмотри на окна. 
Айя нахмурилась:
— На какие окна?
— На любые. Они все одинаковые.
— Что ты этим хочешь... — непонимающе выговорила Айя, но как только они вылетели из-под пруда, перед ними возник не слишком высокий многоквартирный дом. Сотни окон в нем были озарены светом, исходящим от экранов, — и он мигал в унисон. Значит, все уолл-скрины были настроены на один и тот же канал.
— Вот это да, — пробормотал Фриц. — Ты видела?
— Да. — Айя сглотнула подступивший к горлу ком. — Все смотрят одно и то же, а это бывает крайне редко, если только не...
— Если только в сеть не вышла Нана Лав или если нас не снимает какая-то одна камера.
Айя обернулась и обвела взглядом окрестности. В нескольких метрах позади она увидела еще одну камеру-папарацци. Крошечные объективы были нацелены прямо на лицо Айи.
— Черт! — выругалась она.
И тут же увидела целую стаю. Несколько десяткой аэрокамер разных форм и размеров полетели к ним с Фрицем со всех сторон. Камеры дружно маневрировали и походили на косяки рыб.
— Скорее вперед, Айя! — крикнул Фриц.
— Ослепи их, Моггл! — приказала Айя, наклонилась и погнала скайборд к высотке-трансформеру.
Моггл остался позади. Он включил ночные фары на полную мощность, и линзы объективов аэрокамер вспыхнули в темном небе, будто огоньки фейерверка.
Когда Айя и Фриц подлетели к высотке-трансформеру, стая аэрокамер снова нагнала их. Камеры рассредоточились в воздухе, и в тот момент, когда Айя снизилась к лестнице, ее уже снимали со всех сторон.
— Просто блеск, как вы от них избавились, — сухо проговорил Хиро, повернувшись к дверям. — Впусти нас, быстро.
— Прошу прощения, — послышался синтезированный голос из динамика. — Но высотка-трансформер наделена высокой степенью защиты.
— Это верно, — сказала Айя — Именно поэтому я здесь. Я заявляю свои права... на... — Она запнулась.
— На легальное проживание, — подсказал ей Хиро. — Квартира тридцать девять.
— Я объявляю квартиру тридцать девять местом своего легального проживания. И требую строжайшей охраны частной жизни! — выпалила Айя. — Ой, кстати, чуть не забыла: я — Айя Фьюз. И... привет.
Дверь еще немного помедлила. Затем лицо и руки Айи озарились вспышками красного лазерного света. Аэрокамеры у нее за спиной с визгом тормозили, налетев на барьер силового поля. Некоторые, не успевшие среагировать, попадали на землю. Серьезная охрана частной жизнью была гордостью высотки-трансформера.
С едва слышным шипением двери открылись.
— Декларация принята, — послышалось из динамика. — Добро пожаловать в новое жилище, Айя Фьюз.
[1] Кои — японские декоративные карпы.

Высотка-трансформер 

Панорама города за окнами была похожа на картину. Море, горы и даже вид на большое футбольное поле. Просто идеальный пейзаж.
За исключением аэрокамер.
Теперь, когда погоня закончилась, их осталось не так уж много, но все же несколько десятков держались на расстоянии в пятьдесят метров от здания, за барьером силового поля. Эта граница была четко видна именно из-за выстроившихся полукругом в воздухе аэрокамер — кокон популярности в буквальном смысле слова. Даже Могглу пришлось остаться снаружи, потому что в коридорах тоже соблюдалась охрана частной жизни.
Айя помахала рукой, надеясь, что Моггл ее видит.
— Закрой окна, — приказал Хиро комнате, усевшись на пол.
В первое мгновение Айя удивилась, почему комната не выполнила его распоряжение, но поняла, в чем дело, и улыбнулась.
—Это моя комната, Хиро! Ты не можешь ею командовать.
— Комнаты, — поправил ее Рен. — Во множественном числе.
Айя рассмеялась, крутанулась на месте, отключила трение в платформах туфель и покатилась по полу, как на коньках. Здесь было так просторно — особенно в гардеробных, где пока не было одежды. Первым делом, как только они вошли в новую квартиру, Айя переоделась. Сняв испачканное вечернее платье, она сунула его в нишу в стене, а вместо него получила новые туфли и рейнджерский комбинезон с внутренним подогревом, встроенными водяными фильтрами и невероятным количеством карманов.
Помимо всего прочего, ткань, из которой был сшит комбинезон, отталкивала грязь.
— Значит, ты не против того, чтобы на нас пялились ми долговязые уроды? — осведомился Хиро. — Если ты забыла, они тоже имеют возможность просматривать сеть.
— Да, точно. — Айя вздохнула и махнула рукой, чтобы сделать стекла в окнах непрозрачными. — Комнаты, установите максимум приватности и безопасности.
— Хорошо, Айя-сэнсэй, — отозвался голос квартиры.
— Вы слышали? — воскликнула Айя, закружившись на месте. — Квартира называет меня «сэнсэй»!
— Ты входишь в первую тысячу, — напомнил ей Рен. Он растянулся на полу, уставившись на красивые люстры. Оба его айскрина работали.
— В первую двадцатку, — уточнила Айя.
На самом деле все четверо теперь стали сэнсэями. Вихрь взлета ее репутации подхватил их.
— Хорошо, мы не спорим с тем, что наша Айя сталазнаменитостью, — процедил сквозь зубы Хиро.— А теперь давайте поговорим о деле.
Айя проехалась по полу, остановилась и спросила:
— О каком деле, Хиро? Тэлли наверняка скоро прибудет, и тогда мы поступим так, как она посоветует.
— Хочешь сказать, что ты не собираешься больше ничего выкладывать в сеть?
Айя закатила глаза. Реформа свободомыслия началась уже после того, как Хиро окончил школу, поэтому он пропустил все уроки, на которых учителя рассказывали о Тэлли Янгблад. Видимо, он не понимал, что, как только она здесь появится, дела сразу пойдут на лад.
— Пока не дождемся Тэлли, ничего решать не будем, заявила Айя. — Здесь нам бояться нечего, так?
— Похоже на то, — проговорил Рен, вытянув руку и постучав кончиком пальца по непрозрачному стеклу. — Эй, комната? Из чего это сделано?
— Слой искусственного алмаза в смеси со смарт-материалом, снабженный электроникой, — ответила комната. — Окна изготовлены по специальной разработке и предназначены для защиты жильцов от папарацци и прочего шпионства. Они непроницаемы.
— Вот сюда и надо было прийти с самого начала, — проворчал Хиро. — А вы все просто помешались и решили делать в точности то, что вам сказала Тэлли-сама.
— Ты хотел вернуться на вечеринку, Хиро! — фыркнула Айя. — Неужели ты вправду думаешь, что меня спасла бы горстка пикселекожих?
— Рано или поздно я бы додумался и предложил пойти сюда, — буркнул ее брат.
— Рано или поздно обычно означает поздно, — заметил Фриц.
Хиро сердито зыркнул на него, но Фрица на прежнем месте уже не было. Он, пользуясь скайбольным снаряжением поднялся к высокому потолку и стал рассматривать люстры. Все они были изготовлены из множества кусочков хрусталя, через которые был пропущен мягкий голубой лазерный свет.
Окончательно придя в себя, Фриц стал экспериментировать со скайбольным снаряжением. Размахивая руками, он летал по пустой квартире. Это зрелище немного напугнло Айю. Уж слишком сильно оно напоминало о долговязых уродах, гонявшихся за ней.
—Эй Хиро, — сказал Фриц, глядя сверху вниз на брата Айи, — почему все говорят, что с этим снаряжением так сложно управляться?
— Потому что летать по-настоящему действительно трудно, — ответил Хиро. — А ты пока просто порхаешь в невесомости. 
— А как мне попробовать полетать по-настоящему?
— Лучше не пытайся, пустоголовый! Руки вывернешь!
— Да мне делали операцию на головном мозге, — немного обиженно проговорил Фриц, — но я не пустоголовый.
— Исключительно теоретически.
Айя недовольно фыркнула:
— Кто здесь пустоголовый, Хиро? Если бы не Фриц, эти камеры-папарацци нас догнали бы еще в коллекторе!
— Ну да, наверное.
Хиро вздохнул, выпрямился и едва заметно поклонился Фрицу:
— Прости за то, что я назвал тебя пустоголовым. На самом деле ты довольно сообразителен.
Фриц, оставаясь у потолка, ответил на поклон и сказал примирительно:
— А ты не такой уж задавака, как про тебя говорила Айя.
Хиро раскрыл рот от изумления:
— Что ты про меня говорила, Айя?
Рен вдруг резко приподнялся и сел.
— Я кое-что разглядел на дальнем плане в твоем сюжете, Айя, — сказал он. — Примерно в то время, когда ты увидела тех уродов.
— Отлично! — Айя с радостью отвернулась от гневно смотрящего на нее Хиро. — Покажешь нам?
— Конечно. Как только разыщу здесь экран.
— Да, кстати, а где... — растерянно проговорила Айя, но в этот момент замерцало одно из больших окон.
— Вот это да... — восхищенно прошептал Рен — Алмаз превращается в уолл-скрин. Грандиозная квартирка.
На экране возникло изображение — дрожащее и искаженное. Айя поняла, что эти кадры засняты неделю назад скрытой камерой, замаскированной под пуговицу. Мики рассматривала стену горного туннеля, искала потайную дверь.
Увидев простое, некрасивое лицо Мики, Айя вдруг снова ощутила чувство вины, притупившееся за счет внезапно обрушившейся на нее славы. Айя гадала, что о ней думает Мики теперь, когда весь мир мог лицезреть тайные ритуалы «ловкачек», их секретные забавы.
За кадром послышался голос Идеи Мару и эхом разнесся по туннелю: «Это оно. Отойдите подальше. Там может быть что угодно».
Мики медленно и шумно вдохнула и пробормотала: «Или кто угодно».
Прозвучал голос Айи. «Но ведь эти калеки просто что-то туда вносили и выносили оттуда, — сказала она. — Там никто не живет».
Кадр замер на экране. Хиро проворчал:
«Калеки»? Вот как они узнали, что ты их видела. Ты сама им об этом сказала в фоновом материале!
— Все равно не понимаю, — усомнилась Айя, — как они могли настолько быстро просмотреть весь материал? На скрытую камеру было заснято эпизодов на несколько часов, а они явились сразу после того, как мы ушли с вечеринки.
— А как насчет мудрости толпы? — негромко спросил Рен.
— Что ты имеешь в виду? — растерялась Айя.
— Мы же не знаем, сколько их всего — этих гуманоидов, — сказал Рен. — Может быть, их несколько сотен. Может быть, где-то стоит целая гора, битком ими набитая.
— Или целый город, — добавил Фриц. — Этот масс-драйвер — серьезная стройка.
У Айи по спине побежали мурашки. Она была уверена, что долговязых уродов — всего несколько. При мысли о целом городе, населенном этими жуткими гуманоидами, у нее закружилась голова.
— Неразумно, — не согласился Хиро, — Зачем целому городу хотеть...
— Тихо, Хиро! — Рен закрыл глаза. — Никто не слышит, кроме меня?
Айя прислушалась и различила едва заметный гул.
Фриц отделился от потолка и полетел вниз.
— Мне кажется, звук исходит от экрана.
Вдруг Айя почувствовала запах озона — как перед грозой.
— Подвижный смарт-материал, — пробормотала она. — Окна изготовлены из него...
Все четверо развернулись к экрану. По его поверхности пошла рябь. Кадр с изображением Мики задергался, словно искаженный помехами. Гул стал разнородным, разделился на несколько нестройных нот, сражавшихся друг с другом. Дрожь передалась воздуху. Запах озона стал сильнее, Айя ощутила привкус горечи во рту.
— Кто-то вскрывает твое окно! — воскликнул Рен, вскочив на ноги.
На фоне окна начали проявляться силуэты — три человеческие фигуры постепенно приобретали объем. Вытянулась рука, обернутая изображением Мики. Казалось, это мумия, покрытая поверхностью уолл-скрина.
Фриц крепко обнял Айю и потянул ее к дверям.
— Секундочку! — воскликнула она. — Посмотрите на них!
Фигуры, постепенно отделявшиеся от экрана, не были похожи на долговязых гуманоидов. Они были высокого роста и крепкого телосложения. В следующее мгновение они вошли в комнату — безликие и все еще сохранявшие фактуру и краски экрана. Смарт-материал словно покрыл их с головы до ног.
— Пикселекожие, что ли? — оторопело прошептала Айя.
Трое незнакомцев двигались с изяществом хищников. Расцветка их тел с каждым мгновением угасала и вскоре с тала тускло-серой.
— Нет, — выдохнул Рен. — Просто они в костюмах-невидимках.
Самый высокий из троих поднял руку и снял с лица слой серого камуфляжа. Перед изумленными взорами Айи, Хиро, Фрица и Рена предстало лицо, наделенное холодной, высокомерной красотой. Угольно-черные глаза с волчьим разрезом, скулы, покрытые движущимися татуировками, острые, хищные черты лица.
Она была самым знаменитым человеком в мире.
— Меня зовут Тэлли Янгблад, — сказала она. — Прошу прощения за вмешательство, но ситуация чрезвычайная.

«Резчики» 

Конечно, в школе Айя изучала все, что было известно про «резчиков».
Давным-давно в том городе, откуда была родом Тэлли Янгблад, придумали особую разновидность Красавчиков и красоток — жестоких, безжалостных, смертельно опасных в отличие от милых и безвредных пустоголовых. Изначально чрезвычайники были задуманы для обороны города, для борьбы с беглецами и поддержания порядка. Но постепенно они превратились в некую тайную группировку, и каждое очередное поколение чрезвычайников вносило изменения в последующее. В чем-то они были похожи на сорняки, растущие бесконтрольно. Чрезвычайники смотрели свысока на всех, кто не относился к их клану, кто не был особенным. Они мечтали управлять всем миром. В итоге они захватили власть в своем городе и развязали войну в Диего.
Тэлли и ее друзья тоже были чрезвычайниками — особым отрядом под названием «резчики». «Резчики» были молоды и независимы. Они каким-то образом додумались до того, как изменить свое сознание. Они восстали против злобной предводительницы чрезвычайников, освободили свой город и спасли Диего. А потом они распространили свободомыслие, названное реформой «Чистый разум», по всей планете, и эпоха Красоты закончилась навсегда.
Айя стояла перед Тэлли и смотрела на нее, охваченная священным трепетом. Эта девушка сотворила ее мир. Сетевые каналы, технари, слава — все самое важное для Айи стало следствием реформы.
Она смотрела на лицо Тэлли — такое знакомое, но такое странное, и у нее слегка кружилась голова.
Прежде всего, когда в школе им рассказывали о Тэлли, она никогда не выглядела пугающей. А теперь Айя увидела ее длинные и острые ногти, черные зоркие глаза, как бы сверлящие всех насквозь. Теперь Тэлли была на три года старше, чем во время проведения реформы свободомыслия. Ей было около двадцати лет, и жила она где- то в лесной глуши, оберегая природу от экспансии городов. Пожалуй, она выглядела несколько диковато. Длинные прямые волосы, татуировки, выгоревшие на солнце, смуглая кожа.
Айя высвободилась из объятий Фрица и скованно поклонилась, надеясь, что английский ее не подведет.
— Для меня большая честь познакомиться с вами, Тэлли-сама.
— Вообще-то меня зовут Тэлли Янгблад.
Айя снова поклонилась:
— Прошу прощения. «Сама» — это почтительное обращение.
— Блеск. Еще один культ в мою честь. — Тэлли округлила глаза. — Как раз то, что крайне необходимо миру.
Айя услышала смех. Еще двое «резчиков» — парень и девушка — сняли капюшоны с масками и обнажили лица, такие же красивые и жестокие, как у Тэлли, и тоже украшенные подвижными татуировками. «Резчики» зорко и пристально осмотрели комнату, не переставая улыбаться. Похоже, происходящее их забавляло.
— Меня зовут Айя Фьюз.
Тэлли не поклонилась в ответ. Она рассмеялась.
— Ясное дело. Похоже, ты известна всем в этом городе. И хватит уже кланяться!
— Я... Прошу прощения, — кивнула Айя.
Ей хотелось, чтобы кто-то еще вступил в разговор, но Хиро, Рен и Фриц так же оторопели, как она.
Трое «резчиков» начали ходить по квартире и проверять остальные комнаты.
— Кто-нибудь еще пытался сюда проникнуть? — спросила Тэлли.
— Нет, — ответила Айя. — Это очень надежное здание.
— Угу, мы заметили. Мы проникли сюда за десять секунд, — фыркнула вторая девушка-«резчик», — Кстати говоря, ты именно так поняла слово «спрятаться»? Там не меньше пятидесяти аэрокамер!
— Мы пытались спрятаться, но в последние часы мой рейтинг лица поднялся очень высоко.
Девушка непонимающе уставилась на нее. Похоже, не уловила смысла в словах Айи.
— Рейтинг лица? Это что же, означает, что ты — важный правительственный деятель? Не слишком ли ты молода для этого?
— Нет. Рейтинг лица — это показатель... репутации.
Девушка обвела взглядом квартиру и спросила:
— Ты действительно здесь живешь? Не стоит удивляться тому, что города расширяются. Все еще уродка, а у нее пять комнат — как вам это нравится?
— Я живу здесь, но не каждому уродцу так...
Айя умолкла. Она с трудом подбирала слова. Хиро был прав. Тому, кто не вырос в их городе, трудно было осознать суть репутационной экономики. К тому же сейчас было не лучшее время для долгих объяснений.
— Вы... Шэй-сама! — воскликнул Фриц, и его быстро мерцающие айскрины погасли. Он прошептал по-японски: — Рейтинг лица двести четырнадцать, в основном: из-за упоминаний на уроках истории.
Айя кивнула. Как же она сразу не узнала Шэй? Все «резчики» были знаменитостями. Некоторым из них даже поклонялись адепты особых культов, но Айя этими культами никогда не интересовалась.
— Примите мои извинения, Шэй-сама, — сказала Айя. — Я не слишком сильна в новейшей истории.
Тэлли и парень, ее спутник, рассмеялись. Шэй вздернула бровь. Айя почувствовала, что краснеет, как девчонка, подошедшая к звезде за автографом.
— Не переживай, — успокоила ее Шэй — И меня этим словечком — «сама» — тоже не называй.
— Ага, — фыркнула Тэлли,- она предпочитает, чтобы ее называли «босс».
— Я тоже по тебе скучала, Тэлли-ва, — язвительно выговорила Шэй.
— Ничего не понимаю, — признался Фриц.
Айя согласно кивнула. Она гадала, уж не говорят ли «резчики» на каком-то особом диалекте, который не изучался в ее курсе английского для совершенствующихся. У Хиро и Рена был такой вид, будто до них не доходит ни одно слово. До реформы свободомыслия, когда брат Айи и его друг учились в школе, иностранные языки были не слишком популярны.
И все же Фриц пришел на помощь Айе.
— Мы просто хотим выразить вам подобающее уважение, — сказал он.
— Ладно. Отнеситесь с уважением вот к чему. — Тэлли обратилась к Айе: — Нам нужно увести тебя отсюда как можно скорее. Ты наткнулась на нечто очень серьезное. Намного серьезнее, чем ты думаешь.
— Серьезнее? — спросила Айя. — Серьезнее конца света?
— Серьезнее этого конкретного масс-драйвера. Мы такие находим по всей планете.
У Айи от волнения пересохло горло.
«Неужели Рен прав? — подумала она. — Может быть, правда этих уродов много — целый город?»
— А почему вы не сообщили об этом в глобальной сети?
— Остальные горы были покинуты,— ответила Тэлли.— Ты первая, кто нашел там снаряды. К тому же нам не хотелось, чтобы кто-то начал поиски тех, кто строит масс-драйверы. Они очень опасны.
— Я знаю, Тэлли-сама,— кивнула Айя.— Я видела их лицом к лицу.
— Мы это поняли, как только они погнались за тобой.— Тэлли прищурилась. — Все, кто их заметит, потом исчезают. Такое случилось с нашим другом. Вот почему мы здесь.
— Нам пора, Тэлли-ва, — вмешался парень-«резчик». — Скоро солнце взойдет.
— Хорошо, Фаусто, но сначала — два вопроса — Тэлли пристально уставилась на Айю — Ты никому не говорила, что мы придем?
Айя гордо покачала головой, удержавшись от искушения показать язык Хиро.
— Умница, — Тэлли улыбнулась. — Второй вопрос: я знаю, что ты неплохо катаешься на крыше маглева, а вдвоем на одном скайборде стоять умеешь?
— Да.
— Только что мы с ней вдвоем летели, — добавил Фриц.
— Хорошо. Тогда полетишь со мной, — одобрила Тэлли и повернулась к Фаусто: — Скажи, как нам избавиться от этих аэрокамер?
— С помощью нановируса, — предложил он. — Или ты предпочитаешь флэш-бомбы?
— Конечно флэш-бомбы, — ответила Тэлли и поежились. — Мы с Шэй с этим нановирусом как-то раз намучились, мягко говоря.
— Бомбы так бомбы, Тэлли-ва, — кивнул Фаусто, сбросил с плеча рюкзак и начал в нем рыться.
— Простите меня, Тэлли... ва? — пробормотала Айя, надеясь, что правильно произнесла почтительный суффикс. — Но мои друзья тоже видели этих странных людей.
— Вы их видели? — резко повернувшись к Фрицу, Xиро и Рену, спросила Тэлли. — Все трое?
Друзья виновато кивнули. Тэлли застонала.
— Думаю, мы вызовем меньше подозрений, если заберем всех четверых, — сказала Шэй, — и с нами им будет безопаснее. Если мы оставим их здесь, их могут похитить,
— Но у нас всего три скайборда! — возразила Тэлли. — Их не хватит на семерых.
— Эта ниша в стене может делать разные штуки, в том числе большие, — сказал Хиро по-английски чуть дрожащим голосом.
— И скайборды с подъемными винтами? — спросил Фаусто. — Которые могут летать за городом, без металлической решетки?
Хиро нахмурился:
— Такие, пожалуй, нет.
— Блеск, — усмехнулась Тэлли, — Придется вызывать сюда Дэвида, и тогда прости-прощай весь наш план. Вы же знаете, как он ненавидит города.
— Прошу прощения, Тэлли-сама, — немного запинаясь, произнес по-английски Рен. — Хиро неплохо управляется со скайбольным снаряжением. Если он будет держаться неподалеку от скайбордов, его можно будет взять на буксир.
Тэлли немного растерялась. Посмотрев на Шэй, она кивнула:
— Ладно. Думаю, получится.
Хиро начал поспешно снимать с Фрица скайбольное снаряжение и надевать на себя. Конечно, он отругал его за разбитые набедренные щитки. Рен заказал нише в стене несколько пар магнитных спасательных браслетов и посоветовал всем отключить локаторы. «Резчики» занялись маскировкой. Они наложили на лицо и руки смарт-пластик, чтобы скрыть подвижные татуировки и острые черты.
Айя гадала, зачем им нужно преображаться в уродцев за городом.
— Прошу прощения, Тэлли-ва, но куда мы направляемся?
«Резчики» переглянулись. Вопрос Айи повис в воздухе.
— Мы пока не знаем, — наконец ответила Тэлли — Но скоро выясним.

Почетная «резчица» 

Скайборды ждали их на крыше.
Трое «резчиков» прошли вперед. Их фигуры, облаченные в костюмы-невидимки, скользили в темноте, создавая в воздухе едва различимую рябь. Айя почти не видела, как разворачивается атака. Наверное, «резчики» размахивали руками, но все выглядело так, будто над крышей гуляет легкий ветерок и гонит пыль и сухую листву.
Все происходило бесшумно и невещественно... пока не раздались взрывы.
Ночное небо озарилось букетом белых вспышек, на крышу легли рваные тени. Со всех сторон послышалась канонада. У Айи заложило уши.
— Быстрее! — крикнул Фриц и потащил Айю за собой.
Почти ничего не видя вокруг, она побежала и шагов через десять ощутила под ногами поверхность скайборда. К ней прижался боком кто-то высокий и мускулистый и обхватил одной рукой ее талию.
— Держись крепче! — прозвучал голос Тэлли.
Скайборд начал быстро набирать высоту и скорость.
Взвыли лопасти подъемных винтов. Тело Тэлли было жилистым и крепким, как у гимнастки, если представить, что у гимнастки вместо мышц и сухожилий — стальные тросы.
— Мы тебя не предупредили, что лучше зажмуриться? — спросила Тэлли.
— Простите... — шепнула Айя.
Она крепко обхватила обеими руками талию Тэлли и часто заморгала, пытаясь прогнать блики вспышек. Вспомнила о том, что точно так же бывало, когда ее ослеплял своими фарами Моггл...
Моггл! Ее аэрокамера находилась где-то неподалеку. Неужели ее тоже разбили флэш-бомбами?
— Простите меня, Тэлли-ва. Но нельзя ли мне взять с собой Моггла?
— Кого?
— Мою аэрокамеру.
— Твою... Минуточку. У тебя есть собственная аэрокамера?
Айя моргнула. Мало-помалу к ней возвращалось зрение.
— Здесь у нас почти у всех есть собственные аэрокамеры. Как же иначе мы могли бы помещать видеоматериалы на своих каналах?
— Хочешь сказать, что и сетевые каналы у вас собственные? — Тэлли расхохоталась. — Этот город сошел с ума!
Айя оглянулась через плечо. Аэрокамеры, ослепленные залпом флэш-бомб, беспомощно метались из стороны в сторону. Сверхскоростные скайборды «резчиков» пролетели мимо них за считанные секунды.
— Пожалуйста! Моггл не любит оставаться один. 
— Ни за что! — прокричала Тэлли на фоне ветра. — Если ты не заметила, мы пытаемся уберечься от посторонних глаз!
— Конечно…но это следовало бы сохранить на будущее. Для истории.
— Забудь об этом. История у меня тоже не самый любимый предмет. Особенно — если дело касается меня
Айя бросила робкий взгляд на замаскированное лицо Тэлли. На миг ей показалось, что рядом с ней — Лай. Но нет, это было глупое сравнение. Тэлли была самым знаменитым человеком в мире, а Лай — самой обычной «экстрой», намеренно выбравшей такую судьбу, — вернее говоря, она была такой, пока Айя ее на прославила против воли.
— Тэлли-ва? Почему вы маскируетесь под уродцев?
— На всякий случай, если какой-то аэрокамере все же удастся нас заснять. Нельзя, чтобы кто-то узнал о том, что мы в городе. Кстати говоря…
Тэлли пошевелила пальцами, и ее костюм-невидимка на глазах начал меняться, приобретая текстуру и цвет интернатской формы.
Айя восхищенно кивнула, но все равно происходящее вызывало у нее отчаяние. Представить только: она летит на одном скайборде с самой Тэлли Янгблад, а этого никто не видит. У нее даже скрытой камеры нет!
Она задумалась о том, как мало видела настоящих, подлинных снимков Тэлли. Даже в учебниках истории вместо фотографии приводились картинки в стиле «манга» — словно Тэлли жила в древние времена, когда еще не изобрели фотоаппараты.
А «экстрам» хотелось быть связанными со своими героями. Вот почему Нана Лав для всех оставалась Нана-тян, и ее никогда не называли Нана-сэнсэй, какой бы она не слыла знаменитостью. Образцы прославленных людей создавал мир.
Несколько кадров, заснятых для истории, никому бы не повредили…
Они пролетали над строительной площадкой. Гудели подъемные винты, мелькали внизу балки каркасов, собранных из переплавленной стали эпохи ржавников. Айя включила айскрин, дала сигнал поиска и прошептала по-японски короткую команду для Моггла:
— Лети за нами так далеко, как только сможешь.
Чтобы не случилось потом, наверняка это будет очень зрелищно.

Они летели к окраине города, недоступные для любой гонки.
Предрассветный морозец покусывал щеки и руки, но Тэлли этого, похоже, не замечала. Айя включила обогрев комбинезона, радуясь тому, что выбросила свое мокрое и грязное вечернее платье.
Скайборды «резчиков» развивали необычайную мощность даже с двумя пассажирами. Правда, их скорость должна была неизбежно упасть, как только они покинут город и останутся без поддержки магнитной решетки. Вдобавок «резчикам» предстояло тащить на буксире Хиро.
А Моггл по пересеченной местности и вовсе летать не мог.
— Тэлли-ва, — робко проговорила Айя, — мы могли бы вылететь из города над линией маглева. Там полно металла.
— Там сейчас слишком оживленное движение, — не согласилась Тэлли. — Отряды смотрителей рванули к горе, не говоря уж о том, что представители Комиссии всемирного согласия сейчас в пути.
— Но ведь они будут только рады пропустить вас? Вы — Тэлли Янгблад! Наверняка у вас просто уйма баллов.
— Баллов?
— Ой! Ну, в моем городе баллы — это... — Айя отчаянно пыталась подобрать верные английские слова — Это выражение уважения от городских властей — так же как слава. Но только баллы нужны для разных приобретений и услуг. Вы всех спасли от ужасов эпохи Красоты, поэтому вам окажут любую услугу.
— Мне ничья помощь не нужна.
Айя умолкла. Она гадала: неужели девица из свиты Безымянного была права?
— Вас не тревожит то, что этот масс-драйвер могли построить граждане моего города?
Тэлли равнодушно пожала плечами.
— Я бы не сказала, что это меня тревожит. Будь это так, все было бы намного проще. В конце концов, свергнуть власть — не проблема. Такое уже делали. — Она обернулась и одарила Айю улыбкой, обнажив острые зубы. — Лично я делала.

Начало светать. Впереди простиралась загородная местность — темная и бескрайняя. Огни фабрик гасли позади. Айскрин Айи начал терять связь с городским интерфейсом.
Правда, ничего нового на сетевых каналах не передавали. Куда подевалась Айя Фьюз? Куда она отправилась? Может быть, все эти драматичные исчезновения — всего-навсего спектакль? Или масс-драйвер — начало новой мрачной эры войн?
Пока еще никто не додумался до того, что в городе полилась Тэлли Янгблад. Возможно, первая ночь славы Айи получилась не такой, как ей хотелось, но, по крайней мере, история, связанная с «Истребителем городов», имела грандиозное продолжение.
Айя улыбнулась. Ее спасла от инопланетян Тэлли Янгблад!
Ближе к краю города «резчики» сбились в плотную группу, чтобы магнитные механизмы скайбордов поддерживали друг друга. Айя почувствовала толчок — щитки скайбольного костюма Хиро примагнитились к одной из летательных досок.
— Прощай, Моггл, — прошептала Айя по-японски. — Возвращайся домой и береги себя.
— Ты готова? — осведомилась Тэлли. — С этого момента может быть страшновато.
— Не волнуйтесь за меня. Вряд ли будет хуже серфинга на маглеве.
— Не исключено, что хуже.
Тэлли обернулась и прищурилась:
— Когда мы с Шэй смотрели твой сюжет в сети и видел и все штуки, которые ты откалывала: как действовала под прикрытием, как каталась на маглеве и спускалась в шахту масс-драйвера, — мы решили, что ты крутая девчонка.
Айя польщено поклонилась и почувствовала, что краснеет.
— Правда?
— Правда. Мы подумали, ты будешь не против еще одного приключения, Айя-ла, поскольку всерьез беспокоишься о спасении мира.
Айя посмотрела Тэлли в глаза, пытаясь хоть что-нибудь в них прочесть. Она не сомневалась, что «ла» — то хорошее обращение. Она запомнила, что свою подругу Тэлли один раз назвала «Шэй-ла».
— Приключение?
— Вот зачем мы здесь: чтобы ты пережила еще одно приключение.
Айя кивнула — правда, не слишком уверенно.
— Но ведь вы прилетели, чтобы спасти меня от... — Она не знала, как сказать по-английски «уроды», — От этих странных людей. Да?
— Ну... отчасти, — промолвила Тэлли. — Кроме всего прочего, нам хочется докопаться до сути и найти нашего пропавшего друга. Вот мы и решили, что такая крутая девчонка, как ты, захочет нам в этом помочь, Айя-ла. В роли почетной «резчицы».
Губы Айи расплылись в улыбке, и она с трудом удержалась от поклона.
— Конечно. Почту за честь.
— Так и думала, что ты это скажешь. Мне только жаль, что пришлось взять с собой и твоих друзей.
— Они тоже будут польщены, Тэлли-ва.
— Не стоит быть в этом настолько уверенной. Как насчет того сигнала, который ты отправляла своей аэрокамере?
— Гмм... Моей...
— Твоей аэрокамере, Айя-ла. Той самой, которая так замечательно нас преследовала. — Тэлли снова оскалила зубы в усмешке. — Мы немного усилили твой сигнал. Не настолько, чтобы нас засекли местные смотрители, но все-таки достаточно.
Айя сглотнула ком, больно сжавший горло.
— Достаточно для чего?
Тэлли отвернулась и бросила:
— Для этого.
Айя вгляделась вдаль. Она не увидела ничего, кроме темноты, контуров леса и гор и полоски зари на горизонте.
— Как только увидишь их, дай мне знать, — сказала Тэлли. — Я хочу, чтобы все выглядело реалистично.
— Реалистично?— пробормотала Айя и буквально через несколько мгновений заметила блеск огней на фоне гаснущих звезд.
Она прищурилась, полностью отключила глазной дисплей и поняла, что это такое.
Это были фары трех аэромобилей.
— Это ваши друзья, Тэлли-ва?
— Я с ними не знакома. А вот ты, похоже, да.
Айя часто заморгала. Радостное волнение сменилось страхом. Аэромобили быстро приближались. Вой их подъемных винтов эхом разлетался по окрестностям. Гуманоиды снова разыскали ее.
И Тэлли Янгблад позволила, чтобы это случилось.

План 

— Слушайте все! — прокричала Тэлли. — Летите назад, к городу!
Скайборд резко развернулся. Айя судорожно обхватила талию Тэлли, вспомнив о том, что магнитные браслеты за городом совершенно бесполезны.
— А мой брат? — в ужасе воскликнула она.
— Я его держу, — сказала Тэлли, наклонившись к Хиро. — Цепляйся крепче!
Тэлли подтянула Хиро повыше, и через несколько секунд он ухватился за края доски.
Скайборд рванулся вперед и полетел к городу, набирая скорость. Хотя скайбольные напульсники примагнитили Хиро к летательной доске, костяшки его пальцев побелели от напряжения.
Айя посмотрела вниз, на верхушки деревьев стремительно мелькавшего темного леса. Даже если бы они летели медленно, буксировка Хиро все равно была бы опасной.
— А если Хиро сорвется? — прокричала она на ухо Тэлли. — Мы же не сумеем ему помочь! Вы просто использовали нас как... — Она запнулась, не найдя нужного английского слова.
— Это называется «приманка»! — гаркнула Тэлли. — Я тебе потом все объясню, Айя-ла. Пока просто доверься мне!
Айя зажмурилась и напомнила себе о том, кто произносит эти слова. Она стояла на скайборде рядом с Тэлли Янгблад, самым знаменитым человеком на свете, а не с какой-нибудь полоумной «ловкачкой».
«Да, это просто жутко страшно, но потом все будет хорошо», — постаралась успокоить себя Айя.
Она отважилась оглянуться. Три аэромобиля быстро нагоняли перегруженные скайборды. Машины были уже близко, их винты сотрясали воздух.
Тэлли вдруг начала раскачивать скайборд. Айя в испуге еще крепче обняла ее.
— Что... вы... делаете?
— Они пытаются столкнуть нас. А мы должны сделать вид, будто это у них получается!
— Но зачем? — воскликнула Айя, пытаясь удержать равновесие, не сдвигая ноги. Один неловкий шаг — и она могла наступить на пальцы Хиро!
— Ты что, не слушала меня? — рявкнула Тэлли. — Я же тебе сказала: мы не должны себя выдавать!
Айя нахмурилась. Какой смысл был в том, чтобы выглядеть беспомощными? Если «резчики» задумали устроить какую-то ловушку для гуманоидов, сейчас самое время было пустить эту ловушку в ход! Впереди завиднелась окраина города — может быть, «резчики» собирались совершить свой хитрый маневр там, как только окажутся в зоне действия магнитной решетки? Когда под ними будет решетка, Хиро снова сможет сам держаться в воздухе, и к тому же начнут действовать спасательные магнитные браслеты.
Айя огляделась по сторонам. Фриц и Фаусто летели всего метрах в десяти позади. Большие глаза Фрица стали просто огромными. Фаусто раскачивал свой скайборд из стороны в сторону. Его замаскированное под уродца лицо выражало неподдельный восторг. Рен и Шэй обогнали Фаусто и Фрица: летели низко и прямо.
Один из аэромобилей поравнялся с Тэлли и Айей. Открылась дверца, и Айя увидела двух гуманоидов в скайбольном снаряжении. Они в упор смотрели на нее.
— Они ждут момента, когда мы окажемся над магнитной решеткой! — прокричала Тэлли, — Это значит, что убивать нас они не собираются.
— Замечательно, — выдохнула Айя, представив себе очень много всякого пострашнее смерти, что могло быть на уме у гуманоидов.
Второй аэромобиль подлетел ближе, и в этот самый момент скайборд был подхвачен вихрем, поднятым винтами машины.
— Ударная волна! — крикнула Айя.
У нее заложило уши. Ветер был такой силы, что она даже глаза не могла открыть. В следующее мгновение скайборд оказался в полости разреженного воздуха. Ступни оторвались от скайборда. Айя судорожно вцепилась в талию Тэлли.
Скайборд резко подпрыгнул. Айя подвернула ногу и наступила на что-то на поверхности летательной доски.
Пальцы Хиро...
Она услышала крик брата, сорвавшегося со скайборда, а до окраины города еще было не так уж близко.
— Тэлли! — в ужасе взвизгнула Айя.
— Не бойся.
Тэлли гибко изогнулась и резко развернула скайборд. Несколько секунд Айя не видела внизу ничего, кроме деревьев и кустов. Она перевернулась вверх ногами. Вихрь, исходящий от винтов аэромобиля, толкал ее вниз, мимо кувыркающегося в воздухе Хиро.
Айе хотелось кричать, но она вложила все силы в то, чтобы держаться за Тэлли.
Они пролетели мимо Хиро. До Айи донеслись обрывки его испуганных воплей. Но тут скайборд неожиданно выровнялся и принял горизонтальное положение. Тэлли наклонилась и, небрежно схватив Хиро за руку, рванула к себе — забросила его на скайборд.
Таким бледным Айя брата ни разу в жизни не видела.
— Прости, что тебе так долго пришлось падать, Хиро, — проговорила Тэлли, бросив взгляд на аэромобили. — Но все не должно было выглядеть так, словно это получилось легко и просто.
Они втроем едва удерживались на покачивающемся скайборде, обхватив друг друга руками. Получив дополнительную нагрузку, подъемные винты протестующе заскрежетали.
Айя уловила запах раскаленного металла.
— Мы... перегрелись? — растерянно спросила она.
— Угу, — ответила Тэлли, — самое время.
Они перелетели границу города, и в этот самый момент подъемные винты загудели более или менее ровно. Скайборд дрогнул. Магнитный механизм начал действовать.
Однако они по-прежнему теряли высоту...
— Слишком большой вес! — крикнул Хиро. — Отпустите меня! Теперь я могу лететь сам!
— Еще рано, — процедила сквозь зубы Тэлли, крепко обнимая Хиро одной рукой.
Шестеро гуманоидов спрыгнули с аэромобилей и парами погнались за скайбордами «резчиков», растопырив игольчатые пальцы, сверкающие, словно сосульки, в свете зари.
— Сейчас вы их атакуете? — робко спросила Айя.
Она надеялась, что Моггл где-нибудь поблизости и заснимет «резчиков», распрощавшихся с маскировкой и заставших гуманоидов врасплох.
— Еще нет, — ответила Тэлли.
Вдалеке Айя увидела Фрица и Фаусто. Их скайборд завертелся в воздухе и потерял скорость. Двое гуманоидов поравнялись с ними.
Айя опустила глаза. Земля проносилась внизу слишком быстро. Тэлли направила скайборд к узкому пространству между двумя фабриками, где их, широко раскинув руки, поджидал один из гуманоидов.
— Отпустите меня! — вскрикнул Хиро.
Тэлли кивнула:
— Хорошо, через три секунды... две...
В следующий миг она столкнула его со скайборда. Хиро полетел вперед, расставив руки в стороны, — но что-то получилось не так.
Он бешено завертелся в воздухе, его руки обернулись вокруг туловища. Гуманоид подлетел к нему и уколол его иглой.
— Хиро! — взвизгнула Айя. — Тэлли! Сделайте что-нибудь!
— Не бойся, Айя-ла. Все идет по плану, — спокойно проговорила Тэлли и увильнула в сторону от гуманоида. Но в дальнем конце проулка их поджидал второй. Они летели прямо к нему.
— Тэлли! Вверх!
— Прекрати махать руками, Айя-ла. Все испортишь.
— Все и так уже испорчено!
Они мчались прямо в распростертые объятия гуманоида. Еще секунда — и Айя почувствовала укол в бок. По ее телу поползла волна холода. Ощущение было такое, что ледяные щупальца сдавили ее легкие и сердце.
— Сделайте что-нибудь, — прошептала она.
Она все еще ждала, что маска на лице Тэлли растает, что перед гуманоидами предстанет ее жестоко-прекрасное лицо.
Вдруг она увидела, что Тэлли сжимает в руке один из двух наплечных щитков Хиро. Ремешки были расстегнуты. Тэлли нарочно сняла его с Хиро. Скайборд пошел на посадку, и Тэлли выбросила этот щиток.
— Продержись еще несколько секунд, Айя-ла. Я не хочу чтобы ты расшибла голову.
Тэлли присела на корточки и прищурилась. Она прошептала четко и ясно:
— А когда очнешься, ни в коем случае не называй меня «Тэлли». Мы — твои друзья, уродцы, поняла?
— Но почему?..
— Доверься мне, Айя-ла. Порой спасать мир не так-то просто.
У Айи после укола кружилась голова. Девушка вот-вот могла лишиться сознания, но все же успела понять, в чем состоял план Тэлли: замаскированные «резчики » должны были попасть в плен к гуманоидам.
Айя, Фриц, Хиро и Рен послужили приманкой, не более того...
Тэлли Янгблад — творец реформы свободомыслия, самый знаменитый человек в мире — сама была всего-навсего лживой Чумазой Королевой.

Часть третья

Прощай, родина 

Доброе имя — выдумка, чаще всего ложная.
Не с чего ему быть, не с чего пропадать.
Шекспир. Отелло. Акт II сцена 3

Внимательные слушатели 

Весь мир кружился.
Все вращалось, вертелось — сонно и неровно. В сознании Айи гнев смешался с волнением и ужасом, а ко всему этому добавлялся холодный привкус предательства. Все пять чувств воспринимали внешний мир словно непрерывный гул. Она ни в чем не была уверена.
И вдруг на фоне спутавшихся чувств одно как будто попало в фокус — острая боль. Свирепый укол в плечо и жар в крови...
Айя Фьюз резко очнулась.
— Нет! — вскрикнула она, рывком сев.
Гнев овладел ею, но сильные руки уложили ее на спину.
— Не вопи, — прозвучал чей-то голос. — Считается, что мы спим.
Они спят? Но сердце Айи билось часто, кровь была наполнена энергией. Айя сильно вздрогнула, согнула локти, и ее пальцы прикоснулись к жесткому металлическому полу.
Еще несколько мгновений дрожи — и перед глазами у нее окончательно прояснилось.
На Айю смотрело лицо девушки-уродки. Та приблизила ладонь к ее глазам и осторожно оттянула двумя пальцами веки Айи. Проверила один глаз, потом второй.
— Постарайся расслабиться. Похоже, я тебе ввела слишком много.
— Слишком много чего? — еле слышным шепотом спросила Айя.
— Возбуждающего средства, — ответила девушка. — Но через минуту все будет в порядке.
Айя лежала на полу с бешено бьющимся сердцем. Жгучая боль в плече постепенно угасала. Айя несколько раз подряд глубоко вдохнула и выдохнула, ожидая, когда мир перед глазами перестанет кружиться. Она старалась успокоиться.
Но спокойствие было весьма относительным. По мере того как ее тело впитывало мощную энергию, Айя мало-помалу начала осознавать, где находится: это был грузовой отсек большого аэромобиля, летящего через обширный грозовой фронт. Машина содрогалась, металлический пол то проседал, то выпячивался, по окошкам колотили струи дождя. Подъемные винты, пытающиеся выровнять машину в воздухе, дико ревели дуэтом с воющим ветром.
Свет в отсеке был тусклый и то и дело мигал. Айя не сразу вспомнила, кто же эта девушка-уродка, разбудившая ее.
— Тэлли Янгблад, — выдохнула она, — Гадкая обманщица, зря коптящая небо!
Тэлли усмехнулась:
— Хорошо, что ты это сказала по-японски, Айя-ла. Прозвучало не слишком учтиво.
Айя резко зажмурилась и попыталась переключить отчаянно забуксовавший механизм мозга на английский язык.
— Ты... нас обманула.
— Я не сказала ни слова неправды, — спокойно отозвалась Тэлли. — Я просто не объяснила всех деталей нашего плана.
— И это ты называешь деталями?
Айя обвела взглядом темный, раскачивающийся из стороны в сторону отсек. От кабины их отделяла металлическая дверь без окошка. На стенках раскачивались приспособления для крепления грузов. Воздух был жарким и затхлым. Айя в своем плотном комбинезоне взмокла от пота.
— Мы тебе доверяли, — разразилась упреками Айя, — а ты все подстроила так, чтобы нас похитили эти уроды! Ты это сделала нарочно!
— Прости, Айя-ла. Но нам показалось, что не стоит рассказывать наш план во всех подробностях какой-то девчонке, помешанной на сетевом видео. Для нас это единственный шанс узнать, где обитают эти похитители людей. И мы не имели права рисковать. Вдруг бы тебе вздумалось превратить все это в очередной грандиозный сюжет?
— Я бы ни за что так не поступила!
— Ты так и «ловкачкам» говорила.
Айя раскрыла рот, но лишилась дара речи. Она снопа начала злиться. Пробуждающее лекарство в ее крови успело основательно рассосаться. Почему Тэлли все переиначивала?
— Там все было по-другому! — наконец выпалила Айя. — Нуда, я обманывала «ловкачек», но никого из них я не использовала в качестве приманки.
— Пусть не в качестве приманки, но ты их использовала, Айя-ла. И нам пришлось точно так же поступить с тобой.
— Но ты нас обманула!
Тэлли равнодушно повела плечом и напомнила:
— Как ты там сказала в своем интервью? Иногда приходится солгать, чтобы узнать правду.
Айе снова не хватило слов, а ей так хотелось спорить и спорить с Тэлли. Но тут ее осенило, кто первым произнес эту фразу. Фриц. Когда она видела его в последний раз, он падал вниз вместе с бешено вертящимся в воз духе скайбордом Фаусто.
— Мои друзья... с ними все хорошо?
— Расслабься. Все живы.
Тэлли отодвинулась от Айи.
Айя села и прижалась спиной к трясущейся стенки отсека. У противоположной стены сидели, скрестив ноги по-турецки, Шэй и Фаусто. Между ними на полу калачиком свернулся Хиро. Он пока не пришел в себя. Долговязый Рен растянулся посередине отсека и беззаботно похрапывал.
Рядом с Айей лежал Фриц. Абсолютно неподвижный. Она придвинулась к нему и сжала его руку... Он не очнулся.
— Ты уверена, что с ним все нормально? — спросила Айя. — За вчерашнюю ночь его два раза этими иголками кольнули.
— Я уже уничтожила те наноустройства, которыми вас напичкали. Он просто спит.
Тэлли закатала рукав и взглянула на подвижные татуировки на предплечье. Рисунки больше напоминали интерфейс, нежели украшение кожи.
— Вы все проспали шесть часов, — сказала она. — На мой взгляд, многовато. Вы что, всегда спите до полудня?
Машина вздрогнула. Айю тряхнуло, и она вдруг почувствовала, что она сплошь в ссадинах и синяках. Все тело ее ныло, ведь ночка выдалась еще та: несколько часов в сырой подземелье, бегство от камер-папарацци, тяжелый сон на подпрыгивающем стальном полу.
— Нет, не всегда. Просто мы дико устали. Всю ночь, как ненормальные, удирали от погони и наивно ждали, когда же вы явитесь и спасете нас.
Последние два слова Айя прошипела.
— Послушай, Айя-ла. Хочешь — верь, хочешь — нет, но здесь вы в большей безопасности, чем в родном городе. Эти уроды рано или поздно все равно похитили бы тебя — они всегда так поступают. А так мы сможем тебя защитить.
Айя фыркнула:
— Пока что у вас это просто здорово получается.
— Похоже, ты цела и невредима, — прищурившись, проговорила Тэлли. — Пока что.
— А что у меня на душе, ты представляешь? Думаешь, это так приятно? — воскликнула Айя. — Ты, самый знаменитый человек на свете, просто взяла и использовала нас!
— Представляю ли я? — Тэлли придвинулась ближе и Айе, ее черные глаза засверкали. — Уж я-то знаю, каково это, когда тобой манипулируют, Айя-ла. И я знаю, каково это, когда тебе грозит опасность. В то время, когда в твоем родном городе строили для вас высотные дома, мы с друзьями оберегали планету. Мы пролили больше крови, чем течет в твоих жилах. Так что не пытайся заставить меня чувствовать себя виноватой!
Айя отползла подальше от Тэлли. На несколько страшных секунд она словно увидела лицо чрезвычайницы под маской из смарт-пластика, услышала режущий уши голос Тэлли. Она вспомнила, как в школе ходили слухи о том, что на самом деле означает слово «резчик». Внезапно она поверила во все эти слухи.
— Не кипятись, Тэлли-ва, — прозвучал голос Шэй. — Они же обычные люди, они очень нестойки, а нам еще может понадобиться их помощь.
Гнев в глазах Тэлли растаял. Она прижалась спиной к стенке. Казалось, вспышка злости ее опустошила — она вдруг стала похожей на самую обычную уродку.
— Ладно, тогда ты с ней поговорила то у меня хладнокровия не хватает.
Шэй повернулась к Айе и развела руками:
— Мне понятно твое раздражение, Айя-ла. Тебе знакомо то чувство, которое ты сейчас испытываешь к Тэлли? Скажем так: прежде и я порой испытывала это чувство.
Тэлли улыбнулась:
— Но ты не смогла прожить без меня, Шэй-ла.
— Я жила без тебя, — сказала Шэй. — Мне и остальным «резчикам» было очень хорошо в Диего, пока не появилась ты со своим бестолковым планом.
— Бестолковым? — Айя перевела взгляд с Шэй на Тэлли. — А я думала, вы подруги.
— Так и есть. Лучшие подруги на всю жизнь, — негромко проговорила Шэй. — Просто, на мой взгляд, дать себя похитить шайке каких-то уродов — это нисколечко не круто. А ты что скажешь, Фаусто? Ты в восторге от тряски в этом тарахтящем аэромобиле?
— Наслаждаюсь каждой минутой, — рассеянно отозвался Фаусто, переключая свой костюм-невидимку на разные варианты интернатской формы. Похоже, он не желал участвовать в разговоре.
— Не припомню, чтобы у тебя были идеи получше, — буркнула Тэлли.
— У меня была куча идей, — парировала Шэй и перепела взгляд на Айю. — Но я уже давно знаю: если уж Тэлли что-то замыслила, проще молчать и делать, как она скажет. В противном случае тебе станет ясно, что Тэлли может быть очень и очень особенной.
Айя сглотнула ком, сжавший горло. Она не могла понять, способен ли был укол, сделанный гуманоидом, что-то повредить в ее понимании английского. Из-за этого разговора у нее снова начала кружиться голова. «Резчики — были так не похожи на знаменитых спасителей мира.
— «Особенная» — это значит «плохая» или «хорошая»? — неуверенно спросила она.
— Не плохая и не хорошая. Просто особенная, — ответила Шэй. — Тэлли умеет делать так, чтобы что-то происходило. Она ставит цель и добивается результата, вот и все, и проще всего ей подыгрывать. Так ты будешь просто хорошей девочкой и поможешь нам?
— Но ведь вы же «резчики»! — в отчаянии воскликнула Айя. — Вы положили конец эпохе Красоты, а мне всего пятнадцать лет. Чем же я могу вам помочь?
Шэй улыбнулась:
— У нас в распоряжении был не самый точный перевод твоего сюжета, но мы все же поняли, что ты неплохо умеешь морочить людям голову.
— Спасибо за напоминание, — вздохнула Айя.
— Не за что, — усмехнулась Шэй. — Мы просим тебя всего-навсего о том, чтобы ты еще немножко соврала. Объясни нашим похитителям, зачем шайке иностранных уродцев понадобилось утащить тебя из города. — Она указала на свое лицо, спрятанное под маской уродки. — Если у них возникнут сомнения, наш маскарад не поможет.
Айя нахмурилась. Мало-помалу она начала понимать, какие предстоят трудности.
— Но ведь вы даже по-японски не говорите.
— Думаю, ты сумеешь придумать какое-нибудь объяснение, — сказала Шэй и рассмеялась. — Ты только представь, какой потом из этого сможешь сварганить сюжет, почетная «резчица»!
Айя заторможенно кивнула. Да, сюжет мог получиться поистине поразительный: об уродке, которая помогла «резчикам» спасти мир. К тому же она могла показать всем, какова без прикрас знаменитая Тэлли Янгблад.
— Но у меня даже скрытой камеры нет. Сюжеты — ничто без отснятого материала.
— Ты в этом так уверена? А ты сверься со своим айскрином.
Айя согнула безымянный палец на левой руке. Она не увидела ни одного из знакомых каналов, но на краю поля зрения уловила несколько сигналов: чужой язык какого-то города, над которым они пролетали, фрагменты программного интерфейса аэромобиля под слоями зашиты А в уголке — последние данные о рейтинге ее лица после съемок, произведенных разбомбленными аэрокамерами. Восемь.
— Я пробилась в первую десятку, — тихо проговорила Айя.
И тут она увидела его: сигнал Моггла — еле различимый, но при этом устойчивый. Ее аэрокамера находилась где-то рядом, всего в десяти метрах.
Айя не поверила своим глазам:
— Моггл прилип к днищу машины!
— Ага. Он подкрался в тот момент, когда нас загружали сюда, — сказала Шэй. — Твоя аэрокамера — просто умница.
Айя посмотрела на спящего Рена и кивнула:
— Конструктор он, а не я.
— Молодчина.
— Ну сюжет у тебя, можно сказать, имеется, — вмешалась Тэлли. — Ты готова потратить свое драгоценное время и помочь нам спасти мир?
— А вы обещаете защищать нас?
— Да, — сказала Тэлли. — Обещаю.
Айя медленно вдохнула и выдохнула, вспомнив о том, что ей говорила Лай, когда они набирали высоту перед прыжком с парашютом.
— Конечно, я вам помогу. В конце концов, я люблю мир.
—Вот и умница, Айя-ла, — сказала Шэй. — А как насчет твоих друзей? С ними не будет проблем?
— Нет. Я уверена, они тоже будут вам помогать.
Айя сжала руку Фрица. Может быть, стоило их все разбудить? Будет лучше, если они узнают, что происходит, иначе кто-то из них мог...
...проболтаться.
Она в упор уставилась на Фрица, вытаращив глаза. Он пошевелился, с его губ сорвался тихий стон. Фриц мог говорить только правду. О ужас!
Айя вдруг поняла, что для абсолютной честности сейчас не самое лучшее время.

Английский для совершенствующихся

—Айя? — негромко пробормотал Фриц, приоткрыв глаза. — Это ты?
— Да, это я. — Айя наклонилась к нему. — Как ты?
— Такое ощущение, что я весь в синяках, — ответил Фриц. — И еще я знаю, что Тэлли Янгблад меня сильно огорчила.
Айя сжала его руку. Она не знала, что рассказать ему о сложившемся положении дел — вернее, во что его следует посвятить, а о чем лучше умолчать. После того что сказала Шэй о Тэлли... Что она сделает с Фрицем, если узнает, что последствия операции на его головном мозге могут грозить осуществлению ее плана!
Что делать? Стукнуть его по голове, чтобы он снова отключился? Сбросить с аэромобиля?
Айя решила, что ей не обойтись без помощи. Она посмотрела на Шэй.
— Разбуди, пожалуйста, Хиро и Рена, Шэй-ла. Тогда я им всем сразу все объясню.
Шей кивнула и растолкала Хиро и Рена. Они проснулись с трудом и, сонно моргая, с изумлением обвели взглядом сотрясающийся грузовой отсек.
— Что случилось? — пробормотал Хиро и сел. Скабольное снаряжение с него сняли, а его нарядный костюм был безнадежно изорван и испачкан.
Айя помогла Фрицу сесть и дала брату и Рену знак придвинуться ближе. Как только они сбились в кучку, она заговорила по-японски:
— Нас использовали как приманку, и мы все попали в плен. Видимо, мы направляемся туда, где живут: эти уроды.
Рен искоса посмотрел на Шэй и буркнул:
— Так вот почему они замаскировались.
— Да. И теперь им нужна наша помощь, — сказали Айя. — Они хотят проникнуть на базу гуманоидов так, чтобы никто не понял, кто они на самом деле такие. Мы должны сделать вид, будто они наши друзья.
— Они сбрендили, что ли? — воскликнул Хиро. — Да как они смеют нас в это втягивать?
Айя строго посмотрела на него:
— Видимо, Тэлли такая знаменитость, что считает, будто ей все позволено.
— Я им помогать не собираюсь, — заявил Хиро, строптиво сложив руки на груди. — Они нас нарочно похитили, а я еще им помогать должен? Ни за что!
— Но речь ведь не только о том, чтобы им помочь, заметил Фриц, — Тэлли говорила, что есть еще другие масс-драйверы. Их много. Неужели ты не думаешь о том, что где-то может находиться цилиндр, нацеленный ни наш город, Хиро? Может быть, он запрограммирован на то, чтобы разбомбить твою высотку?
— Ну... может быть, — пробурчал Хиро, раздраженно зыркнув на Тэлли.
— И потом... ты не думаешь, что, если мы им помоем, у нас получится просто замечательный сюжет? — добавила Айя. — Они хотят, чтобы мы стали... кем-то вроде почетных «резчиков».
— Почетных «резчиков»? — ахнул Рен. — Вот это будет сюжет так сюжет!
— Просто офигенный репортаж можно снять без аэрокамер, — с досадой сказал Хиро.
— Не переживай, — улыбнулась Айя. — Моггл по-прежнему с нами. Он примагнитился к днищу этой машины.
Моггл все это проделал, пока мы валялись без чувств? — обрадовался Рен. — Вот что значит моя сборка!
Айя улыбнулась:
— Эй, Хиро? Снимем этот сюжет?
Аэромобиль угодил в зону серьезной турбулентности. Всех сначала подбросило вверх, а потом они шмякнулись на пол. Но Хиро словно не заметил удара. Просидев несколько секунд в глубокой задумчивости, он изрек:
— Хорошо. Только мы все запустим свои сюжеты в сеть одновременно. И каждый будет использовать любые кадры из памяти Моггла, какие пожелает.
— Договорились, — одобрила Айя.
— Знаете, вы порой себя ведете очень странно, — сказал Фриц. — Позвольте вам напомнить, что то, как именно вы запустите свои гениальные сюжеты в сеть, — не самая большая из наших проблем.
— Тут ты прав, — вздохнула Айя.
Восхищение в глазах Рена угасло. Он шумно выдохнул.
— Абсолютная честность.
— Ну и что? — пожал плечами Хиро. — Разве ты не можешь просто держать рот на замке?
Фриц решительно покачал головой:
— Я даже на вечеринке с сюрпризами не могу промолчать. Как же я смогу скрыть тот факт, что рядом со мной — самый знаменитый человек в мире, хоть и замаскированный?
— Ты не способен промолчать на вечеринке с сюрпризами? — изумился Хиро. — Ну что тут скажешь? Я официально объявляю Общество абсолютной честности самой безмозглой группировкой, о какой я когда-либо слышал!
— Знаешь что? Когда у меня возникла эта идея, у меня и в мыслях не было, что мне придется протаскивать Тэлли Янгблад в логово инопланетян! — возмущенно воскликнул Фриц.— И ты ни о чем таком не думал, пока не сообразил, что из этого можно состряпать сюжет!
— К чему ты клонишь? — спросил Хиро.
— Есть еще кое-что, — вмешалась Айя. — Похоже, Тэлли... слегка нестабильна, скажем так.
Хиро и Рен посмотрели на нее недоверчиво, а Фриц кивнул.
— Когда мне впервые пришла в голову мысль об абсолютной честности, я основательно покопался в истории операций на головном мозге. Не только тех операций, которые делали красавчикам и красоткам, а и тех, которые в родном городе Тэлли делали чрезвычайникам. — Фриц бросил взгляд на троих «резчиков». — Если кто-то встает на их пути, они могут быть смертельно опасны. У них был девиз: «Я не хочу причинить тебе боль, но сделаю это, если придется». Так они и поступали. Они даже убивали людей.
Хиро искоса посмотрел на Айю:
— И ты хочешь, чтобы мы стали почетными «резчиками»?
— Я-то думала, что их всех вылечили; — вздохнула Айя.
Фриц кивнул.
— Да, большинство из них были полностью деспециализированы. Но тем «резчикам», которые во время войны обороняли Диего, позволили сохранить силу и быстроту реакции, потому что их мозг был излечен. — Он наклонился ближе к остальным и прошептал: — А вот Тэлли Янгблад совсем не изменилась. Она не пожелала, чтобы ее «переделывали», как она говорила. Вот почему она ушла из города и скрылась в глуши.
— Черт, — выругался Рен, — а на исторических каналах об этом ни словечка.
Айя с трудом перевела дыхание. Все оборачивалось гораздо серьезнее, чем она думала. Она устремила взгляд на Фрица:
— Ты понимаешь, в чем проблема? Нельзя, чтобы Тэлли узнала насчет абсолютной честности. Страшно представить, что она сделает с тобой, если поймет, что ты можешь помешать ее планам. Фриц удивленно поднял брови:
— Давай-ка все проясним окончательно, Айя-тян. Ты хочешь, чтобы я — человек, не способный лгать, — соврал о том, о чем соврать не могу?
— Нам нужен другой план, — сказал Хиро.
— Как насчет языкового барьера? — предложил Рен. — Может быть, ты бы мог обо всем рассказать ей — но только по-японски?
— Так не получится, Рен, — вздохнул Фриц — Говорить на другом языке все равно что скрывать правду. Я не могу обманывать людей.
— А не мог бы ты, скажем, забыть о том, что они не говорят по-японски? — спросил Рен.
— Я себе врать не могу точно так же, как и им. — Фриц в отчаянии застонал. — Чем больше мы об этом говорим, тем больше я об этом думаю. А чем больше я об этом думаю, тем больше мне хочется сказать им о том, что у нас есть тайна!
Он снова застонал, устремив взгляд на Тэлли. Она посмотрела на него и спросила:
— Как продвигаются ваши переговоры? Решили что-нибудь?
Фриц ответил ей на идеальном английском:
— Они не хотят, чтобы я с тобой разговаривал!
Он закашлялся и зажал рот ладонями.
Тэлли удивленно протянула:
— Что-о?
— Ничего, — ответила Айя по-английски, — Мы просто продолжаем разговор, вот и все.
Шэй кивком указала на дверь, отделяющую грузовой отсек от кабины.
— Вам бы лучше поторопиться. Похоже, у нас гости.
Айя обернулась и увидела, что дверь приоткрылась.
«Ну просто восторг, — в отчаянии подумала она. — Фрицу будет с кем пооткровенничать».

Удзир 

В грузовой отсек вплыли двое гуманоидов. Даже в машине они не расстались со скайбольным снаряжением. Первый из гуманоидов — мужчина — полетел над головами пленников. Его спутница, женщина, встала у двери. Она держалась руками за края дверного проема, и иглы на концах ее пальцев блестели. За спиной женщины Айя разглядела кабину, где в креслах перед панелью управления сидели еще двое.
Вблизи лица пришельцев выглядели страшнее. Глаза у них были расставлены так широко, словно смотрели в разные стороны, как у рыб. Парящий под потолком гуманоид, похоже, видел всех пленников сразу, но на Айю пристально уставился одним глазом. Он держался на месте, шевеля руками и странными босыми ступнями.
— Как вижу, вы просыпаться, — проговорил гуманоид. — И никто не раненый?
По-японски он говорил с ошибками. Айя догадывалась, что через шесть часов полета аэромобиль может находиться над бескрайними просторами Азии. «Интересно, откуда они все-таки родом?» — подумала она.
— Мы целы и невредимы, — сказала Айя, — но радости от этого мало.
— Мы не ожидать, что придется брать все семеро,— ответил гуманоид, слегка склонив голову, — Мы извиняться за неудобства.
— Неудобства? — воскликнул Хиро. — Да вы нас похитили!
Гуманоид кивнул, и на его странной физиономии отразилось сожаление.
— В данный момент нужно нам прятаться. Нужно заставлять вы молчать.
— Молчать? — с трудом выговорила Айя. — Хотите сказать, что собираетесь нас убить?
— Нет-нет! И прошу простить мой плохой японский, — извинился гуманоид, — Я хотеть сказать только, что вам нельзя говорить со свой дом. Но очень скоро не быть причин скрываться, и можете возвращаться.
— А почему мы сейчас не можем вернуться? — спросила Айя.
— Скоро мы приземляться, тогда все объяснять, — ответил гуманоид. — Пока что меня звать Удзир. Можно интересоваться твоим именем?
Айя немного помолчала, затем поклонилась и представилась. Рен и Хиро последовали ее примеру. «Резчики» догадались, о чем идет речь, и, когда Удзир повернулся к ним, назвали вымышленные имена.
Но на Тэлли гуманоид задержал взгляд.
— Ты не быть похожа на других, — сказал он.
Айя задумалась, что он имеет в виду. Во времена эпохи Красоты Комиссия всемирного согласия усреднила различные регионы мира, а безумный всплеск пластических операций после начала реформы свободомыслия только сильнее спутал древние генетические категории, однако у уродцев все еще прослеживались наследственные черты, а в масках из смарт-пластика, под которыми и скрыли свои лица «резчики», азиатского было маловато.
Между тем Удзир из троих «резчиков» выделил именно Тэлли. Неужели в ее глазах он увидел что-то, выдавшее неизлеченную чрезвычайницу?
— Это верно, — процедил сквозь стиснутые зубы Фриц. — Она не такая, как мы.
Айя очнулась от ступора и защебетала:
— Фриц хотел сказать, что наши друзья — студенты из другого города. Они плохо говорят по-японски.
— Вообще не говорят! — выпалил Фриц.
Айя сжала его руку.
«Хоть бы он уже заткнулся!» — в отчаянии подумала она.
— По-английски говорят? — спросил Удзир.
Тэлли кивнула:
— Да, по-английски было бы лучше. Ты не сказал, куда мы направляемся.
— Скоро увидите.
— Мы летим на юг уже несколько часов, — вмешался Фаусто. — И похоже, за бортом довольно жарко. Скорее всего, мы недалеко от экватора.
Удзир с улыбкой кивнул.
— Как вижу, вы очень хорошие студенты. — По-английски он говорил грамотнее. — Позвольте мне вознаградить вашу догадливость. Вскоре мы приземлимся на острове, который ржавники называли Сингапуром.
Айя нахмурилась, пытаясь всколыхнуть свои географические познания. Название ничего ей не говорило, ведь очень многие топонимы эпохи ржавников давно исчезли с мировых карт. Но хотя бы смена темы разговора утихомирила Фрица, из которого так и лезла наружу абсолютная честность.
Аэромобиль начал снижаться. Тряска усилилась, за окнами отсека пролетали темные тучи. Машина стала вилять из стороны в сторону, такелажные петли вдоль стен раскачались. Айю начало подташнивать.
«Хорошо, что я ничего не ела со вчерашнего обеда», — обрадовалась она.
Похоже, Тэлли, Фаусто и Шэй тряска нисколько не смущала. Они стояли на качающемся полу, перемещая свой вес так, словно летели на скайбордах. Они будто бы предугадывали все завихрения и удары ураганного ветра.
Удзир, спокойно паря под потолком, с новым интересом уставился на «резчиков».
— Вам уже случалось переносить тропические бури?
— Мы много путешествуем, — коротко ответила Тэлли.
— Я заметил, что ваши скайборды предназначены для полетов за городом. Это очень необычно — особенно для уродцев.
— Правда? — с деланым удивлением спросила Шэй, — Там, откуда мы родом, все на таких летают.
Фриц, сидевший на полу рядом с Айей, напрягся. Она вогнала в его руку кончики ногтей.
— А откуда вы? — осведомился Удзир.
— Мы из Диего, — ответила Шэй.
Это было отчасти правдой: Айя почувствовала, как Фриц расслабился.
— Этот город известен своей прогрессивностью, — одобрительно кивнул гуманоид. — Возможно, вы оцените наш проект по достоинству.
— Какой проект? — поинтересовалась Тэлли.
— Все узнаете, как только мы совершим посадку, — отметил Удзир.
Машина резко накренилась. Он устремил взгляд в сторону кабины и предложил:
— Если хотите взглянуть на место, где мы живем, — пожалуйста.
— Почему бы и нет? — сказала Тэлли, ухватилась за одну из такелажных петель и посмотрела в маленький иллюминатор.
Остальные «резчики» последовали ее примеру.
Скорее всего, Моггл, прикрепившийся к днищу аэромобиля, усердно вел съемку, но Айя решила все увидеть своими глазами. Она глубоко вдохнула плотный сырой воздух, чтобы избавиться от тошноты, и, ухватившись за такелажную сетку, подтянулась к окошку.
— Осторожнее, Айя, — предупредил ее Фриц.
Она кивнула и неуверенно вставила ноги в ячейки сетки. Маленький иллюминатор был залит дождем, через мутный пластик было трудно что-то разглядеть.
Аэромобиль преодолевал плотный слой облаков. За окном пролетала серая масса и струи дождя. Но мало-помалу облака стали реже, между ними появились просветы.
Вид за окном стал четким, машина вдруг выровнялась.
Прямо над ними нависал нижний слой непроницаемых серых туч. Внизу до самого океана раскинулись густые джунгли. В их центре застыли самые грандиозные руины, какие только в своей жизни видела Айя. Над верхушками раскачивающихся на ветру деревьев возвышались остовы громадных небоскребов, пронзающих тучи.
Несмотря на грозу, около древних зданий эпохи ржавников трудились строительные машины. Они, словно хищные птицы, хватали одну стальную балку задругой и будто ждали, что здания развалятся под ветром.
Аэромобиль резко накренился набок, и небоскребы скрылись из виду. Айя увидела огромный участок, расчищенный от джунглей. Внизу находился аэропорт. Вдоль летного поля выстроились сотни небольших летательных машин и тяжелых грузовых аэромобилей. К центральному терминалу со всех сторон протянулись линии маглева.
— Грандиозно! — вырвалось у Айи.
— Да, — отозвался Удзир. — Мы очень гордимся всеми своими достижениями.
— Но вы вырубаете джунгли! — возмущенно воскликнула Тэлли.
Айя невольно вздрогнула — так резко прозвучал голос Тэлли.
— Мы служим более важной цели, — возразил Удзир. — Как только вы увидите больше, вы поймете, на какие жертвы нам пришлось пойти.
Машина еще сильнее накренилась и стала спускаться по дуге вокруг аэропорта, уподобившись маленькой лодочке, втянутой в гигантский водоворот. Перед глазами Айя замелькали здания: длинные склады и автоматические заводы стояли как попало, в полном беспорядке. Между ними под дождем сновали долговязые фигуры в длинных пластиковых плащах.
Никто не ходил пешком — все порхали с места на место, то отталкиваясь от шестов, врытых в землю, то хватаясь за них руками и ногами.
Айя отвернулась от иллюминатора и села на пол. Ее снова начало мутить.
— Что там? — поинтересовался Фриц.
— Ты был прав, Рен, — тихо проговорила Айя. — У них там правда целый город.
— У нас не город, — возразил Удзир — Мы — движение.
— Звучит круто, — сказала Тэлли. — Что за движение?
Удзир повернулся в воздухе, протянул руку и ухватился за сетку на потолке.
— Мы спасаем мир человечества. Возможно, вы пожелаете присоединиться к нам.
Тэлли улыбнулась:
— Может быть.
— Сомневаюсь, — пробормотал Фриц.
Айе было знакомо это выражение неподдельной боли в его глазах. Точно так же Фриц выглядел, когда пытался скрыть от нее рейтинг ее лица. Он вот-вот мог взорваться!
«Хоть бы Удзир заткнулся и вернулся в кабину!» — мысленно взмолилась она. Но оба гуманоида с любопытством воззрились на Фрица, словно он только что сказал нечто невероятное.
— Ваши города распространяются по дикой природе, словно лесные пожары, молодой человек, — сказал Удзир. — Так что не судите нас, пока не узнаете о наших целях.
— Я не вас сужу, — проговорил Фриц, до боли сжав руку Айи.
Удзир нахмурился:
— Так что же тогда ты хочешь сказать?
— Его просто укачало, — поспешила вмешаться в разговор Айя.
— Вовсе меня не укачало! — хриплым голосом воскликнул Фриц. — Я просто пытаюсь не проболтаться!
— Что за? — вырвалось у Шэй.
— О чем ты пытаешься не проболтаться? — резко спросил Удзир.
Айя чувствовала, что сила воли покидает Фрица. Она потянулась к нему, чтобы удержать его от откровений. Но одну ее руку сжимал он, а второй она держалась за сетку.
— О том, что это — Тэлли Янгблад! — выпалил Фриц. — И что она здесь для того, чтобы вас уничтожить!

Жесткая посадка

Несколько секунд все молчали. Тишину нарушила Шэй.
— Идиот! Маленький тупица! — рявкнула она на Фрица.
Тэлли одним прыжком преодолела всю длину грузового отсека. Она пролетела под Удзиром и врезалась и женщину-гуманоида, парящую в дверном проеме. В полете лицо у нее словно взорвалось, разлетелись в сторону куски смарт-пластика.
Женщина-гуманоид занесла для удара руки с игольчатыми пальцами, но Тэлли схватила ее за запястья и ударила плечом в живот. Женщина мгновенно съежилась и упала на пол. Тэлли пулей влетела в кабину.
Шей почти небрежно подпрыгнула и ударила Удзира по лицу. Тот завертелся в воздухе, а Шэй увернулась от его длинных рук и устремилась следом за Тэлли. Фаусто встал во весь рост. С его лица слетели клочья смарт-пластиковой маски, обнажились прекрасно-жестокие не черты.
— Я не хочу причинить вам боль, — объявил он. — Но ни с места! Все до единого!
— А мы и не двигаемся, — пробормотал Хиро.
Айя посмотрела на побледневшего Фрица:
— Ты в порядке?
— Прости, — сказал он. — Не смог удержаться.
Внезапно аэромобиль сильно накренился и совершил резкий разворот. Бесчувственное тело Удзира ударилось о потолок, отскочило и завертелось в воздухе. Айя судорожно вцепилась в такелажную сетку на стенке отсека. Ее жутко мутило, но она все же поняла, что не Удзир крутится в воздухе, а машина вертится вокруг него.
На пороге двери возникла Шэй и оттолкнула беспомощно болтающуюся женщину-гуманоида.
— Маленький вопрос, — выпрямившись в дверном проеме, проговорила Шэй, — кто-нибудь из вас, пустоголовых, аэромобиль водить умеет?
— Что? — вскрикнула Айя — А вы не умеете? Шэй развела руками:
— Мы вам кто? Волшебники?
Машина задрала нос и начала резко набирать высоту. Двое потерявших сознание гуманоидов снова закружились в воздухе. Их длинные руки болтались, как у тряпичных кукол. Около самого лица Айи пролетели игольчатые пальцы женщины-гуманоида.
— Держите ее кто-нибудь! — в ужасе прокричала Айи.
Фриц приподнялся и схватил женщину за ногу. Ее тело с противным звуком ударилось об пол.
— Ой, прошу прощения, — пробормотал Фриц.
— По идее, Тэлли, конечно, следовало спросить об этом заранее, прежде чем она вырубила пилотов, — вздохнула Шэй, стоявшая в дверном проеме. — Но Тэлли это Тэлли.
— Иди сюда и помоги мне! — послышался из кабины сердитый голос Тэлли.
Шэй отвернулась и исчезла в проеме. Машина еще несколько раз крутанулась в воздухе и начала терять высоту.
Фаусто одним прыжком оказался рядом с женщиной-гуманоидом и подтащил ее к такелажной сетке — так, чтобы никого не задели ее пальцы, снабженные иглами.
Машина то зарывалась носом, то начинала вращаться, и в грузовом отсеке все ходило ходуном. Несмотря на это, Фаусто все же удалось и Удзира впихнуть за сетку. «Резчик» легко перемещался от стен к потолку и обратно.
Подъемные винты аэромобиля заунывно выли, заглушая шум ветра. Айя с такой силой вцепилась в такелажую сетку, что у нее побелели костяшки пальцев. Машина бешено раскачивалась, центр тяжести то и дело смещался. У Айи было такое ощущение, словно кто-то пытается оторвать ее от сетки.
А потом аэромобиль неожиданно выровнялся, и вой винтов сменился уверенным гулом. Пол в грузовом отсеке наконец оказался внизу, где ему и полагалось находиться.
В дверном проеме появилась Шэй и спросила:
— Все в порядке?
— Более или менее, — откликнулся Фаусто. Долго же вы там искали автопилот.
— Лучше бы мы этого не делали, —  горестно вздохнула Шэй. — Автопилот запрограммирован так, чтобы аэромобиль приземлился в их аэропорту. И похоже, пилоты успели передать диспетчерам сигнал тревоги, поэтому нас уже ждут. Придется прыгать. Магнитные браслеты у всех есть?
— Да, но мы все еще над их городом? — осведомился Фаусто.
— Да ты что? — фыркнула Шэй. — Конечно, мы улетели на несколько километров от города. Но древнего металла эпохи ржавников тут полным-полно, судя по всему.
Фаусто недоверчиво вытаращил глаза:
— Ты шутишь? Тебе не кажется, что это немного рискованно?
— Это безопаснее, чем оставаться в этой машине, — решительно отрезала Шэй.
— При такой скорости магнитных браслетов будет маловато, — заключил Фаусто, встал на колени, отстегнул наплечные щитки Удзира и бросил их Шэй.
Она проворно пристегнула щитки и посмотрела на Рена:
— Иди сюда. Первыми прыгнем мы с тобой.
— Прыгать? В грозу? Когда внизу только развалины? — вскрикнул Рен, — Это же безумие!
Шэй расхохоталась:
— Предпочитаешь общество этих чокнутых пласт шутов? Может, решил с ними подружиться?
Рен застонал и принялся выпутываться из такелажной сетки.
— Открой дверцу! — крикнула Шэй, обернувшись к кабине, где находилась Тэлли. — Увидимся в обычном месте!
Стенка за спиной у Айи и Фрица стала сдвигаться. Их сразу обрызгало дождем, и они поспешно отодвинулись в глубь отсека. Как только дверца открылась полностью, машина снова потеряла устойчивость и начала дрожать. Дождь хлынул в отсек.
В тускло-сером свете за бортом Айя увидела, насколько они близки к аварии. Машина пролетала над самыми игр верхушками деревьев, бешено качающихся под порывами ураганного ветра. Верхние ветки царапали днище аэромобиля.
— Готов? — крикнула Шэй на фоне завывания ветра.
Рен кивнул. Шэй крепко обхватила его руками и с диким воплем спрыгнула за борт.
— Наша очередь, Хиро! — сказал Фаусто, торопливо забрав у женщины-гуманоида и перестегнув на себя наплечные щитки с подъемными механизмами.
— Только бы получилось! — в испуге воскликнул Хиро и повернулся к Айе: — Удачи. И Моггла не забудь!
Фаусто схватил Хиро в охапку и вместе с ним выпрыгну и из машины. Они беззвучно исчезли в шуме тропического ливня.
— Но нас осталось двое, — растерянно пробормотал Фриц, И только...
— Я, — сказала Тэлли, стоя на пороге кабины и пристегивая набедренные скайбольные щитки.— Наше счастье, что все эти уроды носят такие штуки. Похоже, они просто ногами ходить не умеют.
— Ты удержишь нас обоих? — спросила Айя.
Тэлли нахмурилась:
— А зачем нам брать этого болвана? Он нас предал!
— Но он просто ничего не может с собой поделать! — горячо возразила Айя.
— Что он, ненормальный?
— Нет, — с горечью сказал Фриц, — Я просто вынужден говорить правду.
— Что ты вынужден делать?
— Абсолютная честность, — пояснил Фриц. — Результат операции на головном мозге.
— Вот это да! — Тэлли прищурилась. — Ваш город официально считается самым странным местом на планете. Но зачем кому-то понадобилось такое делать с тобой?
Айе хотелось сменить тему разговора, но Фриц ее опередил:
— Я сам попросил сделать мне операцию. Вообще-то я ее сам и придумал.
— Хочешь сказать, что ты добровольно стал безмозглым? Значит, так... Я тебя оставляю здесь. Иди сюда, Айя. Нет времени спорить!
Тэлли схватила Айю за руку. Айя попыталась вырваться.
— Ты не можешь его бросить! Эти уроды его заберут! — кричала Айя.
— И что? Он тоже урод. Даже вдвоем нам прыгать опасно.
— Я не безмозглый, — наконец возразил Фриц. — Но она права, Айя. Без меня вам будет безопаснее. Бросьте меня!
— Черт... — прорычала Тэлли — Вот именно это тебе и нужно было сказать!
Она обхватила руками Айю и Фрица и спрыгнула за борт.

Они полетели вниз на такой скорости, что дождевые капли показались Айе градом камней.
— Моггл! — прокричала она. — Лети за мной!
В следующее мгновение они поравнялись с верхушками деревьев. Мокрые ветви пальм начали хлестать Айю по лицу и рукам. Тэлли сжимала Айю с такой силой, что у той едва ребра не сломались. Серое дождевое небо сменилось темнотой. Они упали ниже крон деревьев.
Рев винтов аэромобиля затих вдали. Тэлли поворачивалась в воздухе. Украденные у гуманоидов магнитные щитки с трудом улавливали местонахождение железных конструкций. Приходилось прикладывать немало усилий, чтобы лавировать между стволами деревьев. В какой-то момент Айя почувствовала, что ее магнитные браслеты заработали. Все трое сразу подскочили вверх и оказались выше деревьев — будто плоский камешек, пущенный по воде.
И точно так же, как камешек, почти сразу они снова упали и полетели вниз сквозь перистую листву пальм, сплетение лиан, заросли папоротников. Острые шипы цеплялись за одежду и волосы. Внезапно магнитная тяга в браслетах исчезла. Стремительно приблизилась земля.
Они упали под небольшим углом и покатились по опавшей листве и липкой грязи, подминая кусты. Тэлли не отпускала Айю, и та слышала, как хрустят ее ребра. Она не могла дышать.
Наконец они проскользили по грязи и остановились.
Айя судорожно вдохнула, почувствовала боль, сделала еще один вдох — и снова боль. Она медленно разжала веки.
Над ней кружили большие стаи птиц, вспугнутых их падением. Деревья стояли плотно, неба за ними почти не было видно. Айя пригляделась и различила среди сломанных веток что-то вроде наклонного туннеля, уходящего вдаль. Этот туннель проделали они, падая с неба, С потревоженной листвы капала вода. Казалось, они принесли ливень сюда, под полог джунглей.
— Ну, как вы? — спросила Тэлли.
— Ох... — сумела выдавить Айя.
Дышать было больно.
— Сейчас угадаю, — пробормотал Фриц — Маловато металла.
— Верно,— кивнула Тэлли, — а было бы еще меньше — мы бы просто шмякнулись.
— Мы и шмякнулись, — простонала Айя.
Промокшие волосы приклеились к ее лицу, вся она с головы до ног была облеплена листьями и комьями гряз и.
Тэлли присела на корточки и указала на виднеющийся в просветах за деревьями каркас здания:
— Это точно. Но если бы не те развалины на нашем пути, от нас сейчас и мокрого места не осталось бы. Что бы ни задумали эти уроды, они явно забирают весь металл с окрестных руин.
Айя застонала и с большим трудом приподнялась и села. Если они чуть не разбились, то что стало с...
Только она успела слегка согнуть безымянный палец на левой руке, как Тэлли резко схватила ее за руку.
— Никакой связи! — прошипела она, — Ты нас выдашь! К тому же остальные могут быть от нас в нескольких километрах. Твоя скинтенна не сможет передать сигнал.
— А вдруг они ранены!
Фриц взял Айю за руку и осторожно отодвинул ее от Тэлли.
— Фаусто и Шэй взяли с собой по одному пассажиру. Скорее всего, у них посадка получилась более мягкая, чем у нас.
— Скорее всего? То есть если они не врезались в дерево? — воскликнула Айя, но все же отказалась от желания включить айскрин.
Она стала обшаривать джунгли взглядом — не появится ли Моггл.
— Покричать-то хотя бы можно?
— Кричи, — разрешила Тэлли.
Айя набрала в легкие побольше воздуха и позвала:
— Моггл!
За деревьями мигнули фары. Она увидела, как ее аэрокамера пробирается между папоротниками и лианами и лавирует из стороны в сторону, ориентируясь на куски металла, валяющиеся на земле или зарытые под землей.
— Ты заснял наше падение? — громко спросила Айя. Фары мигнули снова. Айя улыбнулась. Конструкция Рена еще раз доказала свою работоспособность.

Джунгли

Айя даже не догадывалась, насколько раздражающей может быть дикая природа.
В джунглях было невероятно жарко. Корявые деревья росли слишком густо. Со всех сторон дорогу преграждали массивные корни, отходящие от стволов на приличной высоте. В зарослях папоротников поблескивали паучьи сети, в воздухе кишели стаи насекомых. На земле лежали колючие лианы, а сама земля после ливня превратилась в лабиринт водопадов, ручьев и скользких пригорков. Даже к рейнджерскому комбинезону Айи все-таки прилипала грязь, а нарядный костюм Фрица, в котором тот явился на вечеринку, превратился в лохмотья.
Густая растительность имела только один плюс: под пологом леса легче было переносить дождь. Несмотря на то что вода стекала по стволам деревьев и капала с промокшей листвы, капли хотя бы не колотили по голове.
Оставалось только поражаться тому, как в таком климате уцелели остатки руин эпохи ржавников. Время от времени Айя видела за деревьями остовы зданий. Они были оплетены лианами, заросли папоротниками. Джунгли трудились вовсю, ликвидируя прямые линии и острые углы.
— А куда мы направляемся, можно узнать? — спросил Фриц. — Как мы разыщем остальных без переговоров с ними?
— Шэй сказала: встретимся в обычном месте, — ответила Тэлли.
— В обычном? — переспросила Айя, отогнав от носа москита. — А я думала, вы здесь никогда не бывали.
— Она имела в виду самый высокий небоскреб посреди руин — Губы Тэлли тронула улыбка. — Когда еще мы были уродками, мы именно там встречались.
Фриц нахмурился.
«Сейчас его опять потянет на честность», — подумала Айя.
— У вас с Шэй в отношениях недостает логики, — заявил Фриц. — То вы лучшие подруги, а то, похоже, друг дружку ненавидите.
— Может быть, так происходит именно потому, что порой мы лучшие подруги, — отозвалась Тэлли,— а порой друг дружку ненавидим.
— Не понимаю, — развел руками Фриц.
Тэлли вздохнула.
— Но времена эпохи Красоты мы оказались, так сказать, по разные стороны фронта. Не потому, что мы хотели друг с другом сражаться, но нас постоянно переделывали и, манипулировали нами, вынуждая предавать друг друга.— Ее голос зазвучал мягче. — Похоже, что-то из тех времен в нас застряло.
— Но когда в сети появился сюжет о масс-драйвере, ты позвала ее на помощь, — заметил Фриц, — Значит — она твой друг?
— Конечно друг. Она спасла меня от безмозглости, от красотомыслия — и не только меня, всех остальных в мире. И все же стычки между нами происходят регулярно. — Тэлли прищурилась и посмотрела на Фрица. — Вот почему меня пугает та операция, которой ты подвергся. Когда кто-то тебя переделывает, может всякое случиться. Чаще всего — плохое. Что-то такое, что ты потом не в силах исправить.
— Возможно, ты могла бы что-нибудь исправил, — сказал Фриц, — если бы поговорила с людьми, вместо того чтобы убегать неведомо куда.
Тэлли вздернула брови. Айя поспешно вмешалась
— Может, нам лучше понять, куда мы идем? А эти разговоры оставим на потом.
— Давай-ка кое-что проясним раз и навсегда, — строго проговорила Тэлли, глядя на Фрица. — Ты решился на эту операцию, чтобы иметь возможность выбалтывать тайны?
— Я все время врал, — признался Фриц. — Я сам себе не мог доверять, поэтому мне пришлось измениться.
— Какая трусость! — фыркнула Тэлли. — Неужели ты не мог просто научиться говорить правду?
— Я как раз учусь говорить правду, Тэлли.
— Но ты просто не оставляешь себе выбора! — Она ткнула пальцем в свой висок. — У меня в мозгу до сих пор сохранились элементы чрезвычайности, но я с этим каждый день борюсь.
— И иногда проигрываешь, насколько я заметил, — сказал Фриц.
Губы Тэлли тронула усмешка.
— Нет, пустоголовый, ты еще не видел моих настоящих проигрышей. И лучше бы тебе их никогда не видеть.
— Теоретически я не...
Айя встала между ними и громко спросила:
— Может быть, вместо того чтобы разбираться в тонкостях черепно-мозговой хирургии, мы все-таки решим, в какую сторону идти? Дождь немного утих.
Тэлли довольно долго свирепо смотрела на Фрица, а потом запрокинула голову. Действительно, барабанная дробь ливня стала тише.
— Я не против, — буркнула она.
Развернувшись, Тэлли прыгнула к ближайшему дереву. Обхватив ствол, она начала карабкаться вверх. Фриц и Айя молча смотрели на нее. Их буквально заворожили стремительные и ловкие движения Тэлли, взбирающейся вверх по стволу, раздвигающей перистые листья и наступающей на тонкие ветки, которые, казалось бы, должны были сломаться под ее весом.
— Я ее то и дело раздражаю, — горестно пробормотал Фриц.
Айя вздохнула:
— Похоже, Тэлли и абсолютная честность не совместимы. Они с Шэй через многое прошли. В нашем возрасте они сражались на войне.
Фриц опустил голову и тихо сказал:
— А вдруг она права? Возможно, я просто слишком ленив, чтобы говорить правду без всякой операции.
— Ты не ленив, Фриц. Не каждый создает собственную группировку.
— Может, и так, — проговорил он и прихлопнул москита на своей руке. — Но если бы не моя абсолютная честность, мы бы сейчас не бродили по джунглям.
— Верно. Мы бы до сих пор были пленниками. — Айя повернулась к Фрицу и заглянула в его огромные глаза. — И если бы не твоя абсолютная честность, ты бы, наверное, не остановил меня в ту ночь и не похвалил мой нос.
— Не говори так, — сказал Фриц и притянул ее к себе. — Иногда меня пугает то, что мы познакомились случайно. Если бы ты ушла с той вечеринки на минуту раньше, мы могли бы вообще не встретиться.
Она вытащила из волос Фрица мокрую веточку папоротника и вздохнула:
— И тогда тебе не пришлось бы мокнуть в этих грязных джунглях.
— Уж лучше быть здесь рядом с тобой, чем где-то еще, — сказал он.
Айя обвила руками плечи Фрица. Его пиджак промок и порвался на спине, а у нее болели ребра, но она крепко обняла его.
— Мне все равно, что думает Тэлли-ва, — прошептала она. — Когда ты говоришь такие глупости, я ужасно рада, что ты не способен врать.
Фриц нежно обнял ее, и их губы встретились в поцелуе. На миг Айя перестала слышать жужжание москитов и шум дождя. Осталось только тепло и дрожь тела Фрица, обнимающего ее.
Вдруг ветки над ними зашуршали и затрещали. Фриц и Айя оторвались друг от друга и посмотрели вверх.
Тэлли падала с дерева, перехватывая руками ветки и пианы, раскачивая ногами.
Через пару секунд она мягко спрыгнула в заросли папоратников и взволнованно уставилась на Айю и Фрица.
— Что случилось? — спросила Айя.
— Я заметила неподалеку гуманоидов.
— А они тебя видели?
— Конечно нет. Тэлли с мрачным видом отвернулась.
— Но ты расстроена, — отметил Фриц.
— Да нет, ерунда.
Айя решила не приставать с расспросами, но у Фрица, естественно, были свои соображения.
— Тебя расстроил наш поцелуй?
Тэлли повернулась к нему. Удивление в ее взгляде сменилось гневом, а потом — каким-то другим чувством.
— Фриц, — негромко сказала Айя, — я не думаю, что Тэлли-ва есть дело до наших...
— Когда я в последний раз кое-кого поцеловала, я видела как он умирает, — просто проговорила Тэлли. — И вот что я подумала: смерть — из разряда тех вещей, которые не исправишь — ни болтая об этом, ни делая себе какие угодно операции.
Айя сглотнула подступивший к горлу ком и прижалась к Фрицу. Ее сердце забилось учащенно.
— Прости, Тэлли-ва, — вздохнул Фриц. — Это грустно.
— Кто бы говорил... — Тэлли отвернулась. — Поверить не могу, что я об этом сказала. Твоя безмозглость заразна, что ли?
Вместо него Айя медленно кивнула.
— Но не стоило отказываться от поцелуев, — заметил Фриц, — из-за этого.
Тэлли на миг задержала взгляд на нем и горько рассмеялась:
— Хотите еще постоять здесь и поболтать о древней истории?
— Нет,- поспешно ответила Айя. — Думаю, пока с нас хватит абсолютной честности.
— Тогда — за мной, — распорядилась Тэлли.
Она развернулась и пошла прочь, наступая на заросли папоротников, перешагивая через висячие корни и лианы. Айя со вздохом последовала за ней.
Куда бы они ни шли, путь предстоял долгий.

Руины

Идти в одном темпе с Тэлли было не так просто.
Мышцы и рефлексы у нее были особенные, и ничто не могло ее остановить — ни гигантские густые кустарники, ни буреломы, ни злобствующий ливень. Время от времени она забиралась на деревья, чтобы высмотреть дорогу, перепрыгивала, будто обезьяна, с одной густой кроны на другую там, где ветки срастались между собой. Иногда она со скучающим выражением лица останавливалась и ждала, пока ее догонят Айя и Фриц, задыхающиеся во влажной жаре. С ее костюма-невидимки, закамуфлированного под листву, стекали вода и грязь.
Моггл перепрыгивал от одной заброшенной развалины к другой, пользуясь магнитным полем, будто камнями, проложенными для перехода через ручей. Иногда, когда аэрокамера не могла найти дорогу, Айя и Фриц по очереди несли ее. Тэлли им помогать отказалась, заявив, что терпеть не может камеры. Айя была удивлена тем, что ее Моггл — кусок металла размером меньше футбольного мяча, снабженный подъемными механизмами, оптикой и электронным мозгом, — такой тяжелый.
Но противнее всего было проползать под висячими корнями, скользить по грязи и раздвигать паутину и лианы. Айя проваливалась в глину под толстым слоем опавшей листвы. В какой-то момент она нечаянно наступила на гнездо сороконожек. Серый свет едва проникал сквозь густые кроны деревьев. В подлеске царил полумрак.
Чтобы хоть немного отвлечься, Айя стала гадать, о ком говорила Тэлли. В ходе войны в Диего погибло немало людей, но никого из «резчиков» Айя не припоминала. С кем же Тэлли могла целоваться? В то время остальные были либо пустоголовыми, либо уродцами. Бессмыслица какая-то.
Тэлли была совсем не похожа на обычных знаменитостей. Если бы кто-то из дружков Наны Лав умер, все до единого в городе знали бы его имя. Но Тэлли была такой закрытой... Даже ее вспышки откровенности казались загадочными.
Айя почувствовала укус, шлепнула себя по руке — но опоздала. Крошечное насекомое успело напиться ее крови. Айя вздохнула и стряхнула убитого комара.
— И как только Тэлли-сама может жить в таких условиях? — негромко спросила она у Фрица. — Никакого комфорта.
— Думаю, ей плевать на комфорт, — проворчал Фриц.
Он нес Моггла и пытался перелезть через очередной висячий корень, не уронив аэрокамеру. Чтобы помочь, Айя взяла ее у него.
— Похоже, она даже своих товарищей не очень любит. Что же ей тогда небезразлично?
— Перво-наперво судьба планеты. — Фриц спрыгнул с корня на скользкую почву и забрал у Айи Моггла. — Именно поэтому мы здесь оказались, не забыла?
— Ну да, из-за этого. — Айя вздохнула и поплелась дальше. — Вот уж не думала, что спасать мир — так жарко и грязно. Интересно, мы хотя бы в ту сторону идем? И уже давно потеряла из виду Тэлли. Может быть, она снова отправилась на разведку?
— Куда бы мы ни шли, где-то поблизости явно есть металл.
Моггл вырвался из рук Фрица и быстро полетел вперед. Значит, его подъемный механизм обнаружил залежи металла.
Фриц и Айя поспешили следом за аэрокамерой. Вскоре джунгли поредели и расступились. Посередине недавно расчищенной поляны стояли два высотных здания эпохи ржавников. Их стальные каркасы были увиты лианами.
От яркого света Айя часто заморгала. Видимо, некоторое время назад ливень прекратился. Они словно оказались в совершенно ином мире. В джунглях с деревьев все еще капал дождь, как с промокшей одежды, а здесь, на открытом пространстве, папоротники зеленели под ярким солнцем.
Тэлли мягко спрыгнула на траву рядом с Айей и Фрицем.
— Тише, — предупредила она, глядя на высокие башни, — те уроды, которых я заметила, все еще там.
Айя попятилась в джунгли и прошептала:
— Это значит, ты привела нас прямо к ним?
— Нам нужно украсть какое-нибудь средство передвижения. Думаете, я с большим восторгом наблюдай, за тем, как вы ползете через джунгли?
— Хочешь, чтобы нас опять взяли в плен? — шепотом спросил Фриц.
— Нет уж. — Тэлли вздохнула. — С твоей замечательной честностью это невозможно. Ты, пустоголовый, нас сразу выдашь.
— Теоретически я не...
— Все, ждите здесь, — буркнула Тэлли, пробежала по поляне и спряталась в кустах у подножия башен.
Айя стала рассматривать остовы зданий. Одна башня была значительно выше другой, но все же не такой высокой, как некоторые из тех небоскребов, которые были видны в иллюминатор аэромобиля. Но точно так же, как все постройки эпохи ржавников, башня была огромная и простая по дизайну — такие прямые углы могли бы получиться у ребенка, строившего дом из деталей конструктора. Ни просветов, ни передвижных секций — просто огромная колонна, устремленная в небо. Вокруг железных балок густо обвились лианы. Казалось, джунгли пытаются повалить высокий металлический скелет.
У самой вершины здания Айя разглядела фигуры троих гуманоидов, которые устанавливали устройство для распилки каркаса. В своем скайбольном снаряжении они походили на пловцов, разгребающих руками пропитанный влагой воздух. Их ноги с длинными пальцами выглядели словно вторая пара рук.
Фриц указал на здание.
— Вон она, — прошептал он.
Тэлли взбиралась на ту самую башню, у вершины которой трудились гуманоиды. Она прокладывала себе путь посредине каркаса, через дыры в прогнивших перекрытиях. С этажа на этаж она перепрыгивала, пользуясь магнитными механизмами, вмонтированными в скайбольные щитки, — грациозная и бесшумная, как кошка, настигающая жертву.
— Лети за ней, Моггл, — сказала Айя, — но так, чтобы никто тебя не заметил.
Она подтолкнула аэрокамеру вперед. Моггл зигзагами пролетел над поляной и исчез внутри остова башни.
Тэлли уже добралась до вершины, но гуманоиды были слишком увлечены своей работой и ее не заметили. Они закрепляли резаки на каркасе здания, намереваясь отпилить большую секцию балок.
Моггл быстро поднимался внутри металлического скелета. Время от времени, когда на него попадали солнечные лучи, линзы в объективах Моггла сверкали. Айе до смерти хотелось увидеть Тэлли так, как ее видит аэрокамера, но она не должна была включать скинтенну.
Зазубренные лезвия распилочной машины ожили. С душераздирающим визгом они врезались в металл. Вверх взлетели вспугнутые стаи маленьких коричневых птиц.
«Нет, это не птицы, — догадалась Айя. — Это летучие мыши».
Во все стороны хлынули сверкающие дуги искр.
Как только шум резаков огласил джунгли, Тэлли выскочила из укрытия и пулей помчалась к одному из гуманоидов. Тот скрючился, отлетел от башни и беспомощно повис в воздухе.
Двое его спутников обернулись посмотреть, что происходит, но Тэлли уже успела исчезнуть внутри каркаса, оплетенного лианами. Гуманоиды обменялись удивленными жестами, отчаянно замахали руками и ногами. Они никак не могли понять, что случилось.
Тэлли снова вылетела из башни и рванула к гуманоидам. Она нанесла обоим быстрые и резкие удары, и оба забарахтались в воздухе.
— Ой-ой-ой, — прошептал Фриц.
Он указал на первую жертву Тэлли. Гуманоид удалялся от башни. Теряя контакт с магнитным полем, он начал падать.
— Как думаешь, посадка получится мягкой? — спросила Айя.
— Сомневаюсь, — сказал Фриц.
Он вышел из-под деревьев и, запрокинув голову, крикнул:
— Тэлли, посмотри!
Но машина продолжала работать. Лезвия с визгом впивались в металлические балки, шум эхом разлетался по джунглям. Тэлли была окутана тучами искр.
— Она тебя не слышит! — воскликнула Айя. — Что нам делать?
— А Моггл не мог бы его подхватить? — спросил Фриц. — Как тогда, в городе, когда мы с тобой свалились со скайборда?
— Но Моггл нас тоже не услышит.
Гуманоид уже летел над джунглями и терял высоту намного быстрее. Его бесчувственное тело кувыркалось в воздухе.
— Пошли сигнал! — крикнул Фриц.
— Но Тэлли сказала, что нам нельзя...
— Ты должна сделать это!
Айя облизнула пересохшие губы и согнула безымянный палец на левой руке.
— Моггл, лети к тому уроду, который падает, и подхвати его. Быстро!
Она тут же прервала связь, надеясь, что сеанс получимся коротким и сигнал не успели запеленговать.
Крошечный шарик метнулся прочь от верхушки башни и устремился вдогонку за падающим гуманоидом. Моггл нагнал его над самыми верхушками деревьев, и оба исчезли в густой листве.
— Надеюсь, было не слишком поздно, — пробормотал Фриц.
Визжание пил наконец утихло и сменилось криками перепуганных птиц. Распиловочная машина отлетела на несколько метров от башни и начала снижаться. У Айи было такое впечатление, что огромные зубчатые клешни тянутся прямо к ней и Фрицу.
За пультом управления машины сидела Тэлли. Рядом с ней лежали лишившиеся чувств гуманоиды.
— Везу вам скайбольное снаряжение! — прокричала Тэлли, глядя на Айю и Фрица сверху вниз.— Видимо, у них тут где-то проложена магнитная линия для транспортировки металла. Пешком идти больше не придется.
— Хм, это здорово! — запрокинув голову, крикнула в ответ Айя. — Но ты видела, что случилось с третьим гуманоидом?
Тэлли обшарила взглядом горизонт и сказала:
— Забавно. Куда она подевалась?
Значит, третий гуманоид был женщиной.
Фриц пустил в ход абсолютную честность:
— Она отлетела далеко. За пределы магнитного поля башни.
— Упала? — спросила Тэлли.
— Нет. Мы отправили за ней Моггла, чтобы он ее поймал.
— Неплохо придумали, — улыбнулась Тэлли. — Иногда, похоже, даже от вас, городских неженок, есть какой- то толк.
— Но есть одна проблема, — продолжал Фриц. — Моггл находился наверху башни, где-то рядом с тобой. Он был слишком далеко и не мог нас услышать. Пришлось вызвать его на связь. Мы послали сигнал.
— Вы послали сигнал?
Фриц кивнул:
— Иначе бы она упала.
Айя сглотнула ком, сдавивший горло, и приготовилась к тому, что на них с Фрицем сейчас обрушится волна ярости Тэлли.
Но Тэлли проговорила холодно и спокойно:
— Вам непременно было нужно поедать свою игрушку шпионить за мной? И вам не пришло в голову, что аэрокамера может меня выдать? Вы не подумали о том, что я не желаю фигурировать в каком-то там тупом сюжете?
— Извини, — прохрипела Айя: она все еще ждала вспышки гнева.
Тэлли только вздохнула:
— Ладно. Тогда нам надо поспешить. Скоро они сюда нагрянут.
Она опустилась на колени и начала снимать скайбольное снаряжение с гуманоидов. Айе она бросила пару набедренных щитков.
— Тэлли, — нервно проговорила Айя, — мы не знаем, как этим пользоваться.
— Просто установите регулятор на «невесомость», — буркнула Тэлли. — Я возьму вас на буксир.
Пристегивая щитки, Айя смотрела в ту сторону, где за деревьями исчезли Моггл и женщина-гуманоид. Никто там не шевелился, только несколько птиц усаживались на покинутые ветки. Айя ужасно жалела о том, что нельзя подключить айскрин и заглянуть за густую листву «глазами» Моггла.
«Мне бы только узнать, что они целы и невредимы», — с тоской подумала она.
Но вряд ли бы эту идею одобрила Тэлли.
Как только Айя пристегнула щитки, к ней подошел Фриц и включил снаряжение. Невесомость была сказочным ощущением. Казалось, невидимые духи взяли Айю за руки и ноги. Она сделала шаг — и взлетела в воздух, ветер мягко подтолкнул ее вперед.
— Хватит баловаться! — строго проговорила Тэлли. — Бери меня за руку.
— Но Моггл еще не вернулся!
— Думаешь, мне не все равно? Нам надо сматываться отсюда!
— Но можно мне хотя бы дать Могглу команду следовать за нами? Иначе он останется и будет ждать здесь
— Не переживай, Айя-ла, — сказала Тэлли и решительно сжала запястье Айи. — Ты останешься реальной даже при том, что ни одна аэрокамера не будет тебя снимать.
Тэлли взяла за руку Фрица и взмыла ввысь.

Металл

Они понеслись по воздуху над верхушками деревьев, гляди по сторонам — нет ли погони.
Тэлли была права: через джунгли были протянуты пучки толстых тросов — магнитные опоры для транспортировки железа с развалин. Этого металла было более чем достаточно для того, чтобы скайбольное снаряжение действовало. В сравнении с тоннами металлолома три человека были сущим пустяком.
И все же лететь без скайборда было страшновато. У Иден Мару это получалось легко, а Айя в скайбольном снаряжении чувствовала себя неуверенно. Она словно балансировала на невидимых веревочках, привязанных рукам и ногам.
Но еще сильнее ее удручало отсутствие Моггла. Она как будто лишилась второй пары глаз. Аэрокамера заблудилась, осталась одна. Не исключено, что Моггл был поврежден. С каждой секундой Айя, Фриц и Тэлли улетали все дальше от него.
А у Айи даже скрытой камеры не было.
— Видите вон те руины? — спросила Тэлли — Там с нами должны встретиться Шэй и Фаусто.
Впереди, справа, где на солнце поблескивала полоска океана, над джунглями вздымался каркас невероятно высокого небоскреба. Его вершина исчезала в медленно плывущих по небу облаках. Небоскреб был окружен зданиями меньшей высоты, и все они были частично разобраны. Даже с большого расстояния Айя различала каскады искр, разлетавшихся в стороны от лезвий распиловочных машин.
С высоты Айя смогла увидеть, как широко раскинулись руины. Она помнила, что население городов ржавников составляло от десяти до двадцати миллионов человек, — эти города были гораздо крупнее любого из нынешних. А гуманоиды разбирали их руины.
— Зачем им столько металла? — задумчиво проговорила Айя.
Фриц повернул к ней голову.
— Может быть, именно здесь они изготавливают те ракеты, которые ты обнаружила в недрах горы. С помощью маглева они могут перемещать их в опустошенные горы.
— Неплохая гипотеза, Фриц-ла, но я сомневаюсь, что все так просто, — сказала Тэлли. — Мы с Дэвидом посетили самые разные места на планете. И где бы мы ни побывали, кто-то тайно вторгается в руины и разбирает их гораздо быстрее, чем могли бы жители городов.
— Этим всегда занимаются гуманоиды? — спросила Айя.
— Да, насколько нам известно. Наш друг обнаружил, что они принялись за обширные руины рядом с нашим родным городом. Именно он сообщил нам о гуманоидах. — Тэлли посмотрела на Айю.— А потом он исчез, как исчезла бы ты, если бы мы не появились вовремя.
— Тогда понятно, почему все ищут металлы, — сказал Фриц. — В нашем городе даже ходили разговоры о том, что стоило бы начать разработки в поисках руды, оставшейся в древних шахтах.
Тэлли холодно взглянула на него и предупредила:
— Если ваши сограждане пойдут на это, их сразу навестят новые чрезвычайники.
Она немного замедлила полет, а потом вдруг резко остановилась и, крепко держа за руки Айю и Фрица, потащила их вниз, под густую листву. Они опустились в сплетение ветвей, лиан и липкой паутины.
— Что случилось? — спросила Айя шепотом.
— Кто-то услышал твой сигнал.
Айя запрокинула голову, но в просветах между ветвями ничего не увидела.
Поверхность костюма-невидимки Тэлли словно ожила. Пестрые пятна зеленого камуфляжа начали расплываться, разделяться на части. Чешуйки ткани вдруг поползли по комбинезону Айи. Она посмотрела на Фрица. Его одежду тоже начал покрывать камуфляж: он расходился в стороны от Тэлли, словно пара крыльев.
— Так я могу спрятать ваше инфракрасное излучение, — шепотом проговорила Тэлли. — Только не шевелитесь.
На них легла движущаяся тень. За миг до того, как ткань костюма-невидимки закрыла лицо Айи, она успела увидеть источник этой тени. Над лесом медленно летели два аэромобиля.
Джунгли наполнились скрежетом. Тросы, протянутые между деревьями, прогибались под весом машин. С криками шарахались в стороны напуганные птицы. Айя почувствовала, как щитки скайбольного снаряжения дрожат под действием мощных магнитных полей.
Аэромобили, похоже, пролетали, прямо над ними. Айя расслышала голоса. Возможно, гуманоиды в скайбольном снаряжении скользили рядом с машинами и всматривались в джунгли. Айя опустила глаза, стараясь не дышать.
Но вот наконец тени проплыли мимо, скрежет утих вдали.
Выждав еще несколько долгих секунд, Тэлли отпустила Айю и Фрица. Костюм-невидимка постепенно приобрел прежнюю форму, но пока он трансформировался, Айя успела заметить в просветах между чешуйками участки кожи Тэлли. От запястий до локтей ее руки были покрыты шрамами.
— Вот почему нам нельзя выходить на связь, — сказала Тэлли.
— Между прочим, они просто могли заметить, как ты напала на рабочих и поколотила их, — отдышавшись, проговорила Айя. Побывав в железных объятиях Тэлли, она чувствовала себя комком смятой бумаги.
— Неплохо подмечено, — кивнула Тэлли и улыбнулась. — Теперь они знают, что мы где-то неподалеку от руин. Придется отсидеться, пока эти машины не уберутся подальше.
Они остались под кронами деревьев: парили среди ветвей и слушали непрерывное жужжание мошкары. Айя все больше осваивалась со скайбольным снаряжением. Она попробовала плыть над землей, как это делали гуманоиды. Разгребала руками воздух и ловила порывы прохладного ветра.
Здесь, под самыми вершинами деревьев, находиться было намного приятнее, чем внизу, в подлеске. На лианах росли цветы, в снопах солнечного света искрились крылышки насекомых. Прямо над головой Айи резвилась стайка птичек с желтым клювом, розовой грудкой, зелеными крыльями и белым брюшком. Птицы вскрикивали и сражались друг с дружкой за лучшие ветки. Одна из них подозрительно уставилась на Айю глазками-бусинками.
Может быть, в конце концов, джунгли были не так уж плохи — если только ты мог летать над грязью, корнями и паутиной. И конечно, глядя на все это великолепие, Айя еще больше горевала о том, что у нее нет камеры.
— Тэлли-ва, — негромко проговорил Фриц, — можно задать тебе вопрос?
— А я могу тебя прервать?
— Вряд ли, — усмехнулся Фриц. — Те цилиндры, которые обнаружила Айя... А вдруг это не оружие?
— Чем же еще они могут быть? — вмешалась Айя.
Фриц немного помолчал, глядя на протянутые со всех сторон тросы.
— А если это просто железо? Тут же все построено ради добычи металла.
— Но, Фриц, — возразила Айя, — в тех цилиндрах содержался смарт-материал, или ты забыл? Это доказывает, что они представляют собой оружие!
Фриц покачал головой и высказался:
— Это доказывает то, что они снабжены системой управления. А может быть, они запрограммированы так, чтобы перемещаться на этот остров?
— Зачем кому-то может понадобиться бомбить самих себя? — удивилась Айя.
— В здания целиться здесь не нужно, — сказал Фриц.
— Это верно, — кивнула Тэлли. — В конце концов, это остров. Цилиндры могут падать в океан — тогда они охладятся после прохождения через атмосферу. А потом можно просто забрать металл.
Фриц повернулся к Тэлли и раздвинул перистые листья пальмы.
— Ты говорила, что гуманоиды собирают металл повсюду. Так, может быть, масс-драйверы — это всего-навсего средство транспортировки его сюда?
— Да, это гораздо проще, чем протаскивать железо контрабандой по всему миру, — согласилась Тэлли.— Возможно, из всех тех опустошенных гор, которые мы находили, металл уже перебросили на этот остров.
Фриц кивнул:
— Тогда становится понятно, почему они решили выехать из того лабиринта, который ты нашла в горе, Айя-тян. Они были почти готовы к тому, чтобы отправить цилиндры сюда.
— Фриц! — воскликнула Айя. — Почему ты на ее стороне?
— Тут дело не в том, кто на чьей стороне, — твердо ответил Фриц. — Дело в том, что правда, а что — нет.
— Что такое, Айя-ла? Боишься, что твой сюжетик прогори т? — съязвила Тэлли. — Не удивлюсь, если ты все поняла неверно. Если ты смотришь на все с точки зрения аэрокамер и сетевых сюжетов, в конце концов не увидишь того, что у тебя прямо под носом.
Айя хотела ответить, но не смогла и гневно уставилась на Фрица.
Он кашлянул.
— Ну... мы пока что не понимаем, зачем им нужно столько металла.
— Они здесь ничего не строят, — наконец обрела дар речи Айя. — Мы видели только несколько фабрик и складов.
Тэлли задумалась.
— Вы же слышали, что сказал Удзир насчет жертв? — ухватилась за свою мысль Айя. — Вам не показалось, что в этих его словах было что-то зловещее?
— Он говорил, что они хотят спасти человечество, — вздохнула Тэлли. — С исторической точки зрения это может означать что угодно — от солнечной энергии до всемирного помрачения мозгов.
— Или всемирного разрушения! — воскликнула Айя.
— При том что в наше время города расширяются с такой безумной скоростью, у нас с Дэвидом было искушение заняться кое-какими разрушениями, — буркнула Тэлли. — Порой такое ощущение, что мы возвращаемся в эпоху ржавников.
— Но нельзя стать ржавниками без металла, — негромко и рассудительно проговорил Фриц.
Тэлли посмотрела на него и спросила:
— Думаешь, гуманоиды пытаются замедлить экспансию городов?
— Как бы то ни было, — ответил он, — для строительства зданий и прокладки линий маглевов без металла не обойтись.
— Верно. А без стальной решетки ничего не летает, — кивнула Тэлли. — Ни аэромобили, ни скайборды, ни новомодные аэроособняки.
— Но разве в таком случае не проще снова начать поиски и разработки? — спросила Айя.
— Проще взорвать горнодобывающего робота, чем чей-то особняк, — тихо проговорила Тэлли.
Айя непонимающе вздернула брови.
— Если взрывы — это то, что ты намерен делать... в чрезвычайных ситуациях, — объяснила Тэлли. — Если эти уроды задумали именно такое, то я, пожалуй, что даже встала бы на их сторону. Как только они перестанут похищать людей, конечно.
Айя всмотрелась в просветы между деревьями, за которыми возвышались каркасы бывших небоскребов. Мысль о том, что Тэлли и Фриц могут быть правы, потрясла ее.
Если масс-драйверы не были частью ракетных комплексов, это означало, что мир не катится к новой страшной войне. Если гуманоиды придумали, каким образом помешать уничтожению дикой природы, это означало, то некоторые люди действительно здравомыслящи. А значит, Тоси Банана и ему подобным лучше было бы заткнуться.
Но к несчастью, все это означало кое-что еще: то, что безмозглая пятнадцатилетняя девчонка по имени Айя Фьюз абсолютно и бесповоротно испортила и извратила самый грандиозный сюжет со времен реформы свободомыслия.

Как обезьяны 

Айя и Фриц, держа за руки Тэлли, поднялись над верхушками деревьев.
Вокруг то и дело взлетали яркие стайки птиц, вспугнутых ими, снизу сердито визжали обезьяны. В какой-то момент Тэлли снова пришлось нырнуть под полог листвы, чтобы спрятаться от ведущих разведку над джунглями аэромобилей. Ребят окутало облако бабочек: блестящие оранжевые крылышки были больше ладони Айи
Но она почти не обращала внимания на всю эту красоту.
История об «Истребителе городов» выглядела так логично: лабиринты ходов и залов внутри горы — совсем как в каком-нибудь секретном арсенале ржавников много веков назад. Масс-драйвер, нацеленный в небеса и готовый запускать на орбиту стальные цилиндры, на чиненные подвижным смарт-материалом.
Неужели она ошиблась?
Айя попыталась вспомнить тот момент, когда она решила, что никаких сомнений больше нет. Когда она поняла, какой знаменитостью ее сделает сюжет о смертоносном оружии?
Самыми лучшими всегда считались те сюжеты, которые вызывали в обществе наибольшее возмущение. Об этом Айя знала на примере Тоси Банана, который то и дело выдавал сокрушительные репортажи о новоявленных группировках и о новомодных стрижках для пуделей. Вот почему все сетевые каналы в городе без всяких опросов ухватились за ее сюжет. И конечно, с такой же страстью все бы обрушились на Айю, если бы оказалось, что она ошиблась.
Она всего сутки пробыла Чумазой Королевой, но понимала, что грозящее ей теперь унижение с тем не сравнится. Может быть, городскому интерфейсу не было особого дела, почему о тебе говорили все: потому, что ты был талантлив или просто красив, гениален или безумен; потому, что ты беспокоился за планету или полыхал гневом из-за какой-то дребедени. Но Айе это было не безразлично. И она не желала быть знаменитостью из-за ложной тревоги.

Еще несколько часов они летели над протянутыми между деревьев тросами, прятались, заметив распиловочные машины и аэромобили, возвращались обратно, угодив в тупики.
Не сказать, чтобы их странствие было веселым. Отсутствие Моггла действовало на Айю, как непрерывная зубная боль. Влажный, плотный воздух вызывал у нее такое ощущение, словно она дышит бульоном. Ее рейнджерский комбинезон промок от пота. Когда Айя не выдержала и пожаловалась на то, что они с Фрицем с прошлой ночи ничего не ели, Тэлли вытащила из карманов костюма-невидимки калорийные шоколадные батончики. Пока Айя и Фриц жевали шоколад, Тэлли нашла гроздь маленьких бананов. Они были зеленые и на вид совершенно несъедобные, но Тэлли их сжевала с аппетитом. Наверное, ее «чрезвычайный» желудок был способен переваривать все на свете.
Как бы то ни было, мало-помалу они приближались к цели — скоплению небоскребов на берегу океана. Оттуда вглубь острова непрерывным потоком летели машины, нагруженные металлоломом.
Когда до зданий осталось всего несколько километров, Тэлли затащила Айю и Фрица в чащу леса и сказала:
— До конца пути придется отказаться от полета.
— Неужели опять пешком пойдем? — застонала Айя.
— У меня нет времени ждать, пока вы будете ползти по грязи, — заявила Тэлли. — Сохраняйте невесомость и держитесь как можно ближе к тросам.
Тэлли решительно подтолкнула Айю и Фрица вниз. Вскоре косые лучи послеполуденного солнца исчезли за сплетением ветвей и лиан.
— Ты больше не будешь нас буксировать? — спросила Айя.
Тэлли фыркнула:
— Тут довольно тесно. За руки держаться неудобно. Просто постарайтесь подражать обезьянам.
Чтобы продемонстрировать, как это нужно делать, она ухватилась за ближайшую ветку и, резко подтянувшись, качнулась вперед через густую листву. Долетев до ствола следующего дерева, она обхватила его и обернулись.
— Видите? Когда ты невесом, это очень просто.
Айя искоса посмотрела на Фрица, вздохнула и огляделась по сторонам — за что бы ухватиться. Стебель росшего неподалеку бамбука показался ей довольно прочным. Но, подлетев к нему поближе, она увидела, что по стеблю ползет существо с миллионом, как ей показалось, лапок. Айя ухватилась за стебель так, чтобы не задеть сороконожку, и потянула бамбук на себя.
В результате она отскочила на несколько метров, но густой тропический воздух остановил ее перед стволом дерева, поросшего лишайником. Айя изогнулась и оттолкнулась от ствола. На этот раз ее полет получился более продолжительным.
Странное это было ощущение. Несмотря на то что скайбольное снаряжение держало вес Айи, у нее все равно оставалось достаточное количество массы и инерции. Движение требовало немалых усилий — очень мешал влажный, вязкий воздух. А как только она развивала скорость и пыталась затормозить или хотя бы изменить направление, это оказывалось не так-то легко.
Почти все ветки и стволы были скользкими, липкими или покрытыми насекомыми, а другие растения до сих нор не высохли после ливня. Всякий раз, задевая заросли папоротников, Айя проливала на себя холодный душ. Но все же постепенно она освоилась, ее мозг научился ставить задачи и решать их. Отталкиваясь от очередной ветки, она искала взглядом и находила следующую точку для опоры или толчка, стараясь не задевать паутину и набухшие от влаги папоротники.
Скользя по подлеску, Айя поражалась тому, как много в джунглях разных растений, насколько все здесь сложнее, чем в каком-нибудь десятиминутном сюжете. Она подумала о том, как трудно, наверное, живется рейнджерам. Но если бы она стала одной из них, тогда бы делала что-то полезное, оберегала бы что-то красивое — вместо того чтобы стряпать вымышленные сенсации для горстки скучающих «экстров».

Прошло примерно полчаса. В какой-то момент, перелетая с лиан к веткам и наоборот, Айя вдруг почувствовала, что за ней следят.
Неподалеку на ветвях деревьев устроилась стайка обезьян с красными рожицами. Обезьяны молча наблюдали за Айей и Фрицем, несущимися через чащу. Взгляды у зверушек были презрительные, но Айя на них за это не обиделась. Она с тоской ощущала все те тысячелетия эволюции, которые отделяли ее от обезьян, нехватку рефлексов, инстинктов и... хватательных пальцев на ногах!
Айя уцепилась за лиану и остановилась.
— Все нормально? — спросил Фриц, плавно затормозив рядом с ней.
— Да. — Айя кивнула. — Но знаешь... Кажется, я только что догадалась, почему у них такое странное тело.
— У гуманоидов? — спросил Фриц и рассмеялся. — Хочешь сказать, что тебе еще и думать удается, болтаясь из стороны в сторону, как...
Он умолк, глядя на маленькие мордашки обезьян, наблюдавших за ними, и тихо добавил:
— ...как обезьяна.
Айя снова кивнула. Одна обезьяна повисла на ветке, ухватившись за нее длинными, гибкими пальцами ноги.
— Даже Хиро это заметил, — сказала Айя. — Еще тогда, когда мы прятались в городе и ждали Тэлли-ва. Он сказал, что эти уроды сильно смахивают на обезьян.
— О чем это вы там шепчетесь? — нетерпеливо спросила Тэлли, улетевшая далеко вперед — Мы уже почти у цели!
Айя поняла, что они с Фрицем говорили по-японски, и учтиво поклонилась.
— Прости, Тэлли-ва. Но похоже, мы кое до чего додумались. Если передвигаешься по джунглям в состоянии невесомости, вторая пара рук будет гораздо полезнее ног.
— Как у гуманоидов? — Тэлли на миг задумалась и подплыла ближе к Айе и Фрицу. — Да, пожалуй, лишний комплект пальцев не помешает, если не нужно ступать но земле.
— Так может быть, они собирают металл для громадной решетки? — предположила Айя. — Тебе не кажется, что они хотят, чтобы люди покинули города и стали жить в джунглях, как какие-нибудь летучие обезьяны?
— То есть вернулись на миллионы лет назад? — Тэлли изумленно вздернула брови. — Довольно радикальный способ возвращения в природу.
— Реформа свободомыслия тоже была радикальной, Тэлли-ва, — заметил Фриц.
— Почему все так говорят об этом, словно это моя вина — вздохнула Тэлли.
Фриц пристально посмотрел на нее и сказал:
— Но ведь ты же это начала.
— Не надо меня обвинять. Не я велела всем на свете сойти с ума!
— А разве ты не ожидала, что начнут происходить, разные странные вещи? — спросила Айя.
Тэлли возмущенно повысила голос:
— Вот уж чего не предполагала, так это что кому-то взбредет в голову менять ноги на добавочные руки. Или целыми днями мотаться всюду в сопровождении аэрокамер. Или делать себе операции, чтобы говорить правду!
— Но мы так много потеряли за время эпохи Красоты! — горячо сказал Фриц. — Исчезли все основы. Вот теперь мы и пытаемся наверстать упущенное!
Тэлли расхохоталась.
— И что еще новенького, Фриц? Жизнь не приходит к человеку с руководством пользователя. Так что не говори мне, что недостаток логики у людей — моя вина. — Она развернулась и указала вперед, за деревья. — Ладно, как бы то ни было, до небоскребов недалеко. Шэй и Фаусто, скорее всего, уже там.
За деревьями были видны сверкающие на солнце каркасы небоскребов. Наверху кружили распиловочные машины. По джунглям разносилось эхо визга пил.
— Но как же мы их разыщем, если нельзя выходить на связь? — спросила Айя.
— По пути придумаем, — заверила ее Тэлли.

Куча 

У подножия башен джунгли были вырублены, но древние улицы были завалены штабелями стали, снятой с каркасов.
Эти кучи напомнили Айе об одной детской игре. На пол укладывалась горстка палочек, а потом нужно было постараться вытащить одну так, чтобы другие не пошевилились. Но здесь вместо палочек лежали громадные металлические балки с кусками старинного бетона и пучками проводов.
Внизу никого из гуманоидов видно не было. Бригады рабочих трудились на верхушках небоскребов.
— Видите самую высокую башню? — спросила Тэлли, у казав вверх, — Нужно скрытно добраться до ее вершины.
— То есть... надо карабкаться наверх? — Айя испугано  посмотрела на Фрица — Но... я слышала, что в некоторых руинах можно наткнуться на скелеты ржавников.
Тэлли рассмеялась:
— Это на севере. А здесь, в тропиках, джунгли пожирают все.
Она подлетела к ближайшей куче металлолома и стала пробираться через обломки бетона и стальные балки.
— Какая прелесть, — проворчала Айя и последовала за Тэлли.
По кучам строительного мусора передвигаться были так же непросто, как по джунглям. После дождя железные брусья были мокрыми и скользкими. Кое-где ржавчину успели покрыть пятна лишайников. К тому же прочная сталь была не так милосердна, как папоротники и кора на стволах деревьев. Следуя за Тэлли, Фриц и Айи то и дело получали царапины, задевая за острые обломки.
— Напомни мне, чтобы я принял какое-нибудь лекарство от столбняка, когда мы вернемся домой, — по просил Фриц, разодрав до крови ладонь.
— Что такое «столбняк»? — спросила Айя.
— Болезнь, которую можно подхватить, если в ранку попадет грязь или ржавчина.
— От ржавчины бывают болезни? — вскрикнула Айя, отдернув руки от стальной балки. — Неудивительно, что ржавники вымерли.
— Тсс! — шикнула Тэлли. — Что-то движется.
На них упала тень. Какой-то крупный предмет перемещался над ними.
В просветах между балками Айя увидела машину с зубчатыми клешнями. Тяжелый распиловщик нес в них большой кусок каркаса. Казалось, крупный хищник сжимает в лапах стальную грудную клетку давно умершего гиганта. На солнце поблескивали края распиленных столбов.
— Интересно, куда они собираются это бросить, — тихо пробормотал Фриц.
Распиловщик остановился прямо над ними. Айя почувствовала, как куча металлолома содрогнулась. Балки и куски бетона задрожали под действием мощного магнитного поля.
А потом дрожь вдруг прекратилась...
— Ой-ой-ой, — прошептал Фриц.
Кусок небоскреба выпал из клешней распиловщика.
Айя ухватилась за ближайшую балку и стала проворно карабкаться в сторону.
Кусок каркаса ударил по куче прямо над ней. Металл загудел, заскрежетал, вся гора железа зазвенела от удара. На Айю дождем посыпалась пыль со ржавчиной. Защипало глаза. Она видела, как вокруг гнутся стальные брусья, подаваясь под новым весом.
— Айя! —  послышался окрик Фрица.
Она обернулась. Полы нарядного пиджака Фрица зажало между пучками древних проводов. Их извитые концы впились в шелк, словно рыболовные крючки. Рукава пиджака вывернулись наизнанку, а руки парня застряли в них.
Айя повернулась и протолкалась к другу, схватила за плечи. Она рванула его к себе изо всех сил. Послышался треск — и Фриц обрел свободу. А от пиджака остались лохмотья.
Брошенный на кучу металлолома кусок каркаса все еще покачивался, и на головы Айе и Фрицу сыпался щебень. Металлолом вокруг них проседал, вниз падали хлопья ржавчины.
Фриц и Айя нашли просвет между балками и полетели вперед. За тучами пыли Айя разглядела Тэлли. Та стояла, прижавшись спиной к вертикальной балке, зажатой между двумя горизонтальными наподобие зубочистки, вставленной в гигантскую челюсть…
Вертикальная балка медленно гнулась под колоссальным давлением.
— Быстрее! — крикнула Тэлли.
Айя изо всех сил оттолкнулась от ближайшего бруса и вместе с Фрицем пролетела мимо Тэлли.
А Тэлли, оторвавшись от вертикальной опоры, прыгнула вперед. Балка тут же накренилась. Послышался внук, будто кто-то провел по гладкой металлической поверхности ногтями. Балка прогнулась, а потом отскочила к середине кучи.
Вся гора металлолома просела. Обломки ржавого металла заполнили то место, где только что находились Айя и Фриц. Кусок каркаса небоскреба медленно опустит и на верх кучи, подняв новое облако пыли.
Тэлли, Айя и Фриц помчались к остову самой высокой башни.
— Ох,— вырвалось у Айи,— еще бы чуть-чуть, и...
Она вспомнила восторг, который она испытала, впервые увидев Тэлли. Дело было не только в физической силе «резчицы». Тэлли каким-то образом почувствовала динамику в куче металлолома и поддержала балки точно в нужном месте. Это дало Айе и Фрицу секунды, необходимые для спасения.
Тэлли действительно была особенной. Как жаль, что рядом не было Моггла и он не смог заснять этот момент!
— Спасибо тебе, Тэлли-ва. — Айя низко поклонилась.
— Не за что, — буркнула Тэлли, растирая плечи.
Фриц оторопело смотрел на просевшую гору метала и бетона. Он лишился дара речи. Его лицо побелело от ныли. Он был похож на актера, выбелившего щеки рисовой пудрой.
— Нет проблем. — Тэлли одобрительно кивнула. — Молодцы, сберегли голову.
— Еле-еле. — Айя устремила взгляд вслед улетающему распиловщику. — Они пытались нас убить?
— Да они нас даже не заметили, — хмыкнула Тэлли.
— Ты спасла меня, Айя, — еле слышно вымолвил Фриц.
— Не только я... — возразила она, но Фриц обнял ее за плечи и поцеловал. Его губы пахли пылью и потом.
Фриц отстранился. Айя взглянула на Тэлли. Та выглядела ошеломленной.
— Отрадно видеть, что вы целы и невредимы, — сказала Тэлли.
— Все просто отлично. — Айя улыбнулась Фрицу и стала рассматривать ссадину на локте. — Вот только я, наверное, подхвачу эту ржавую болезнь.
— Расслабься. У Шэй есть лекарства от всех болячек. — Тэлли запрокинула голову. — А вот и она.
Айя всмотрелась в недра каркаса небоскреба. Он был таким высоким, что она не видела вершины. Внутрь стального скелета проникали снопы солнечных лучей. Она услышала далекое эхо шума распиловочных машин, шорох осыпающегося щебня.
Вдруг в полумраке что-то замерцало. Расплывчатые силуэты постепенно приняли очертания человеческих фигур. Люди стояли на скайбордах, полностью обернутые камуфляжем.
Поднялась вверх рука, сбросила маску-капюшон, и перед Айей, Фрицем и Тэлли предстала Шэй.
— Да уж... Выглядите вы дерьмово, — призналась она.
— Как вы сюда добирались? — спросил Хиро, сняв капюшон — В камнедробилке?
— Примерно. — Айя указала на гору металлолома, над которой еще клубилась пыль. — Нас там чуть не раздавило...
Она запнулась. Фигур в костюмах-невидимках было пять. Хиро, Рен, Фаусто, Шэй... и кто-то еще.
Парень снял маску-капюшон, и перед Айей предстало его лицо. Уродливое, со шрамом поперек брови.
— Ты разыскал нас, — негромко произнесла Тэлли.
— Это было довольно непросто, — сказал незнакомец, — после того, как ты ушла раньше, чем мы запланировали. Но я так и думал, что ты придешь в обычное место.
Тэлли повернулась к Айе и Фрицу. На ее губах играла улыбка.
— Это Дэвид, — сообщила она. — Он пришел, чтобы спасти нас.

Обычное место

Скайборды привез Дэвид. А еще он привез настоящей городской еды, и вскоре послышалось бульканье, и в воздухе распространились ароматы саморазогревающейся пищи.
Айя и все остальные расположились на полпути к вершине небоскреба, на почти целиком сохранившемся этаже. От ближайшей бригады гуманоидов их отделяло несколько сотен метров. Сверху доносился приглушенный расстоянием визг резаков. Но обнаружить всю компании гуманоиды никак не могли: Дэвид прихватил с собой достаточное количество костюмов-невидимок. Айя с удовольствием переоделась в этот костюм. Он касался кожи легко, будто шелковая пижама, несмотря на то, что наружные чешуйки на ощупь были жесткими, как металл. Все стали почти невидимыми от шеи до ступней. Силуэты Айи и ее спутников сливались с полуразрушенными стенами. Странное это было зрелище — парящие в воздухе головы и жующие рты.
— Дэвид последовал за нами, — объяснила Тэлли, пережевывая «ЛапшКарри». — На всякий случай — если бы у нас что-то сорвалось.
Айя с интересом рассматривала Дэвида. Конечно, она знала о нем: учителя рассказывали на уроках истории, когда речь шла о реформе свободомыслия. Его имя упоминалось в знаменитом манифесте Тэлли, где она объявила о своем плане спасения мира. Во время эпохи Красоты Дэвид был одним из дымников — повстанцев, которые жили в лесу, сражались со злобными чрезвычайниками и помогали городским беженцам. Айя решила: вполне естественно, что Тэлли позвала к себе Дэвида теперь, когда и сама она жила в глуши. Вот только Айя никак не могла понять, почему Дэвид не расставался с маской уродца
— Можно подумать, вас троих кто-то удержит взаперти, — проворчал Дэвид. — Я должен был только доставить дополнительное снаряжение и аэромобиль.
— Трудно было нас разыскать? — спросила Тэлли
Дэвид отрицательно мотнул головой и ответил:
— Я все время отставал от вас не больше чем на пять — десять километров. Первоначальный план сработал бы идеально, если бы вы не решили спрыгнуть за борт.
Он выразительно глянул на Фрица.
— Все нормально, — пробормотал Хиро, с аппетитом уплетавший лапшу. — Я уже всех просветил насчет абсолютной честности.
— Что же у вас, городских, с головой? — тихо проговорил Дэвид. — Вы все просто помешаны на хирургии
— Но как же вы друг дружку нашли? — спросила Айя. — Я думала, на связь выходить нельзя.
— Как только я оказался здесь, то увидел, что на вершинах всех небоскребов словно горят факелы. — Дэвид рассмеялся и посмотрел на снопы искр наверху. — Я подумал, что это вы мне сигнализируете!
— Именно так мы связывались с Дэвидом в старые добрыё времена, — пояснила Шэй.
— А когда я выяснил, что это за искры, я тем не менее остался ждать здесь, — добавил Дэвид. — — На тот случай, если вы решите явиться на обычное место встречи.
— Ты всегда знаешь, где меня найти, — негромко сказалa Тэлли.
Айя нахмурилась:
— Одного не могу понять, Дэвид. Почему ты в маске?
— Прошу прощения?
— Почему ты до сих пор не снимаешь... — Айя запнулась. — Ой, это не смарт-пластик? Ты действительно уродец?
Дэвид вытаращил глаза.
Шэй спокойно сказала:
— Дэвиду никогда не делали никаких операций. Но на твоем месте я бы не стала употреблять слово «уродец», Тэлли может тебя загрызть.
— Я просто подумала, что он замаскированный «резчик»… — промямлила Айя, но осеклась, поймав на себе убийственный взгляд Тэлли.
Она опустила глаза и стала доедать свой «РисТай».
«Эх, подумала она, — надо было повнимательнее изучать новейшую историю!»
Дэвид указал на маленькую спутниковую «тарелку» на полу.
— Все настроено, — сказал он — Если только захочешь, мы можем вызвать подкрепление, Тэлли. Эта антенне нацелена на спутник связи, а он передает сигнал со скоростью лазера. Сигнал попадет куда надо, и больше никто ничего не услышит.
Все устремили взгляды на Тэлли. Та молчала, вертя в руке палочки.
— Пока я не хочу никакой посторонней помощи, сказала она наконец. — Мы до сих пор не знаем, что на уме у гуманоидов. И у меня большие подозрения, что истории Айи-ла об «Истребителе городов» — ложная тревога.
Все перевели взгляды на Айю. У той рот был забит рисом. Она медленно прожевала и проглотила его, надеясь, что Тэлли скажет что-нибудь еще. Ей казалось, что самой объяснить свою ошибку в миллион раз труднее
Но Тэлли молчала.
— Ага, — наконец выдавила Айя. — Возможно, масс-драйверы — не оружие.
— Чем же еще они могут быть? — удивился Хиро,
— Способом замедлить экспансию городов, — ответила Тэлли. — Попыткой собрать весь металл на планете и переправить его сюда. Не станет дешевого металла — и экспансия задохнется.
— Вы, наверное, шутите! — воскликнула Шэй — Хотите сказать, что эти чудики — на нашей стороне?
— В этом есть смысл, — кивнул Фаусто — Они ведь даже имеют возможность постоянно избавляться от металла, отправляя его на орбиту. Совсем не обязательно сбрасывать эти цилиндры.
Хиро с отвращением вздохнул:
— Значит, ты все перепутала в своем сюжете, Айя?
— Я перепутала? — воскликнула она. — Это вы с Реном предложили гипотезу об «Истребителе городов»!
— Но сюжет-то был твой, Айя! — не унимался Хиро. — Мы просто дали тебе идею!
— Но прежде чем вы с Реном начали болтать про скорость возврата и тротил, я просто хотела сделать историю о том, как «ловкачки» катаются на маглеве!
Фриц нахмурился и сказал:
— Мне казалось, что ты говорила, будто бы не собираешься упоминать об этом в своем сюжете.
— Слушайте, детишки, может, вы заткнетесь накопи? — не выдержала Тэлли. В ее голосе прозвучал скрежет металла. — Хотите, чтобы нас услышали эти уроды?
Айя замолчала и гневно уставилась на Хиро. Мало того что на всех сетевых каналах ее теперь объявят обманщицей, так еще родной брат вздумал читать ей нотации. Она умоляюще посмотрела на Фрица, надеясь, что хотя бы он ее поймет.
— Не с забывайте: пока мы ни в чем не уверены, — сказала Тэлли. — Не исключено, что они здесь строят сотню масс-драйверов и готовят бомбардировку всех городов на планете. Так что, может быть, нам все-таки придется устроить пару-тройку взрывов.
— Мы почти на экваторе, — глубокомысленно изрек Фаусто.
— На экваторе? — не поняла Тэлли. — Какое это имеет отношение к происходящему?
— Чем ближе к экватору, тем быстрее вращение Земли. Выше центробежная сила. — Фаусто повертел пальцем у себя над головой. — В древние времена, до эпохи ржавников, было такое метательное приспособление — оно называлось «праща». Чем длиннее праща, тем больше инерции она передает камню. Именно здесь — сама лучшее место, чтобы что-то запускать на орбиту.
— Тогда, может быть, здесь все-таки есть масс-драйверы! — с надеждой воскликнула Айя.
Ей очень хотелось, чтобы ее сюжет был не так уж далек от истины...
— Ты лучше пока не слишком радуйся, Айя-тян, — не громко проговорил Рен и подошел к самой большой пробоине в стене. — Я на этом острове пока ни одной горы не заметил.
— Верно, — кивнул Дэвид. — Ближайшую гору я видел больше чем в ста километрах к северу.
— Если пробурить шахту для масс-драйвера на уровне моря, ракета будет начинать взлет слишком низки, продолжал Рен. — А на тропическом острове вдобавок существует опасность наводнений. Это был бы настоящий кошмар.
Айя горько вздохнула. Этот остров не был самым лучшим местом, откуда можно было начать атаку на весь мир. Ей стало стыдно из-за того, что это ее огорчило. Если бы только гуманоиды все-таки замыслили здесь что-то такое, что угрожало бы планете...
— Но почему же тогда они разбирают эти руины? — спросил Фриц и на миг прислушался к вою резакаков. И почему они торопятся? В аэромобиле Удзир сна ни что они нас скоро отпустят.
— Когда он такое сказал? — спросила Тэлли.
— О... — Фриц смутился. — Наверное, в тот момент, когда мы разговаривали с ним по-японски.
— Спасибо, просветил! — хмыкнула Тэлли — Я, понимаете ли, с ними весь день нянчусь, а эти уроды готовятся…. Да мало ли к чему они могут готовиться!
Она встала и решительным шагом направилась к своему скайборду. Остальные «резчики» и Дэвид вскочили на ноги.
— Ладно, — проворчала Шэй. — Что-то я засиделась тут.
Айя тоже встала и произнесла:
— Да! Давайте поищем ответы на наши вопросы.
Тэлли резко обернулась:
— А ты куда собралась?
—Ну… с вами.
— Даже не думай. Все вы останетесь здесь.
— Здесь? — в отчаянии воскликнула Айя. Ей так нужно было снять новый сюжет! — А вдруг вы не вернетесь? А вдруг нас найдут гуманоиды?
— Пока вы будете в этих костюмах, вас никто не найдет, — у. покоил ее Дэвид и указал на спутниковую антенну. — Если мы не вернемся завтра к закату, можете позвать на помощь.
Тэлли встала на скайборд. Его поверхность замерцала, но тут же слилась с окружением. Шэй, Тэлли, Фаусто и Дэвид надели маски-капюшоны и исчезли. Осталась только легкая рябь в воздухе.
— Увидимся, детишки! — прозвучал из ниоткуда задорный голос Шей.
Четыре едва заметных силуэта поднялись вверх и безмолвно исчезли в провалах на полуразрушенной стене.
— Подожди, Тэлли-ва... — Голос у Айи сорвался.
— Они уже далеко, — сказал Фриц и сочувственно обнял ее.
Айя стряхнула его руку с плеча и, подойдя к стене, стала всматриваться в джунгли. За деревьями садилось солнце. Вдалеке загорелись огни над аэропортом гуманоидов. На фоне потемневших джунглей были неплохо видны очертания складов и заводов.
Все ответы были перед ней как на ладони. Нужно было просто пойти и взять их.
Айя опустила глаза и посмотрела на свою руку, почти невидимую в маскировочной перчатке.
— Айя-тян, — позвал ее Хиро, — ты, случайно, ничего глупого не задумала?
— Нет. — Айя стиснула зубы. — Я считаю: мне все ранно, что там думает Тэлли Янгблад. Это по-прежнему мойсюжет.

Решение

— Ты чокнулась, — заявил Хиро. — Посмотри туда, — сказала Айя. — База гуманоидов так уж далеко. А у нас есть костюмы-невидимки!
— Но «резчики» забрали все скайборды, — возразил Рен. — Нам, что же, пешком туда топать?
— Ну... — Айя нахмурилась и уставилась себе под ноги. — У нас хватит деталей скайбольного снаряжения на троих. Мы сможем передвигаться довольно быстро.
— Хочешь лететь через джунгли ночью? — удивился Фриц. — Даже тогда, когда мы видели перед собой все, это было непросто! 
Рен кивнул:
— Там живут дикие звери, Айя-тян. Ядовитые змеи и пауки.
Айя застонала. Почему все вдруг стали такими трусами?
— Тебе просто стыдно из-за того, что ты все переврала в своем сюжете, — предположил Хиро.
— Я не поэтому хочу... — начала Айя, но, посмотрев на Фрица, сказала: — Ладно, мне действительно стыдно. Но здесь есть сюжет, а мы по-прежнему «выскочки», так?
— Если говорить обо мне, то я все-таки скорее основатель группировки, — пробормотал Фриц.
— Не имеет значения, насколько грандиозным может получиться сюжет, — произнес Рен — У нас даже нет... — Он умолк и уставился на Айю. — А... а где Моггл?
— Конечно! — воскликнула Айя. — Если я буду со скайбольными щитками, Моггл способен понести меня и даже еще кого-то. Тогда мы сможем пролететь над джунглями, над всеми этими лианами и ядовитыми тварями!
— Но он остался там, у других руин, — напомнил ей Фриц.
— Ты потеряла Моггла! — вскричал Хиро.— Опять?
— Моггл не потерян, ясно? — возразила Айя. — Он ждет меня у тех развалин. Нужно просто послать ему сигнал.
— Полная чушь — по двум причинам, — фыркнул Хиро. — Во-первых, если мы пошлем сигнал, уроды спустятся сверху и схватят нас. Во-вторых, расстояние до тех развалин больше километра. Сигнал попросту туда не доберется. Нет городского интерфейса, который бы его усилил и ретранслировал. Вокруг одни джунгли.
— Он прав, Айя, — сказал Рен и развел руками. — Ничего не поделаешь. Придется дожидаться, пока вернутся «резчики».
Айя со вздохом села на пол.
Если ей не удастся переснять сюжет, она на веки вечные останется в истории как уродка, загубившая самый грандиозный сюжет со времен реформы свободомыслия, как никчемный репортер, которому, для того чтобы узнать бальные факты, понадобилась Тэлли Янгблад. Имя «Айя Фьюз» навсегда будет связано с понятием «искажение истины».
Она подняла голову. Фриц почему-то стиснул зубы и стонал.
— Тебе плохо? — спросила Айя.
— Нет, все нормально. — Он вздрогнул. — То есть... почти нормально.
Айе было знакомо это выражение боли, исказившее черты его лица Она улыбнулась:
— У тебя появилась какая-то идея?
Фриц глянул исподлобья и прикусил губу.
— Слишком опасно!
— Ну же! — умоляюще воскликнула Айя. — Скажи!
— Линейный сигнал! — выпалил Фриц, указав на спутниковую «тарелку», оставленную Дэвидом.— Нужно просто выставить антенну в верном направлении.
Рен медленно кивнул:
— Дэвид сказал, что уроды ничего не услышат. Он прав.

Солнце село. Горизонт был озарен огнями дежурного освещения и тучами искр, разлетавшихся от лезвий резаков. Наконец подул легкий прохладный бриз и принес соленый запах океана.
— Похоже, это то самое место, — прошептал Фриц, указав в темноту. — Две башни посередине вырубки, и одна вдвое выше другой.
— Но там снова гуманоиды, — сказала Айя, глядя на искры на вершине более высокого небоскреба. — Разве они нас не услышат?
Рен посмотрел на спутниковую антенну и произнес!
— При передаче сигнала волна заденет очень маленькую площадь, а эти рабочие заняты делом. Зачем им прислушиваться к случайным радиошумам?
— Наверное, так.
Айя нервно пошевелила пальцами и нажала на кнопки, управлявшие костюмом-невидимкой. Текстура поверхности изменилась, стала похожей на древесную кору. Скайбольные щитки были спрятаны под костюмом.
— Видите вон ту большую распиловочную машину? — Рен указал на устройство, отлетевшее в сторону от башни. — Если Моггл проследует вдоль той линии тросон, а потом вон там повернет, он будет рядом с нами через двадцать минут.
Айя нахмурилась, вспомнив, сколько поворотов сделала Тэлли, пока спускалась к ним с Фрицем. Снизу тросы были почти не заметны, а с высоты водителям распиловщиков и аэромобилей они были отлично видны, и по перемещению фар в темноте путь можно было распознать, как по карте.
— Я останусь здесь и буду направлять Моггла, — сказал Рен, — а вы ждите там. — Он указал на гору мусора на краю вырубки. — Снимите капюшоны. Я велю Могглу искать две головы, светящиеся в инфракрасном диапазоне.
— Нас будет трое, — возразил Хиро.
Айя повернулась к нему:
— Извини, Хиро, но Моггл не выдержит троих.
— Ты забываешь: я-то знаю, как летать в скайбольном снаряжении, в отличие от вас. Меня на буксире тянуть не надо. — Хиро поднялся в воздух и ловко повернулся на месте. — И я не позволю, чтобы моя младшая сестрица обставила меня второй раз за неделю.
— Рада приветствовать тебя на борту, Хиро, — улыбнулась Айя.
Рен поднес спутниковую антенну к наружной стене небоскреба, опустился на колени и установил «тарелку» на гору щебня. Затем он осторожно развернул ее к дальнему зданию.
На панели управления антенны загорелись огоньки, но Рен не сводил глаз с горизонта. Он еще ровнее расположил «тарелку» на камешках, направляя во мрак невидимый луч.
Прошло несколько невыносимо долгих минут. Руки Рена двигались медленно, будто минутная стрелка. Ничего не было слышно, кроме визга резаков в вышине.
— До сих пор не могу поверить, что мы все неправильно поняли, — пробормотал Хиро.
— Спасибо за то, что сказал «мы», Хиро, — улыбнулась Айя. — Но ты был прав — во всем виновата я.
— Тебе просто повезло, что ты можешь все переделать. — Проворчал Хиро.
— Может быть...
— Нет, точно, — вдруг тихо проговорил Рен, глядя на мигающие огоньки на панели. — Я наконец нашел ответ!
— Моггл в порядке?
— Похоже, да. Даже батарейки перезаряжены — наверное, он полежал на солнышке!
Айя не удержалась от довольной улыбки: ее аэрокамера скоро снова будет с ней.
— Давайте трогаться, — сказал Хиро, подплыл к дыре в стене, выскользнул наружу и скрылся из виду.
Фриц последовал за ним: оттолкнулся от краев пробоины руками и полетел вниз.
Прежде чем он успел улететь далеко, Айя повернулась к Рену и сказала:
— Ты остаешься совсем один. Ничего?
— Конечно. Только не заставляйте меня ждать слишком долго. — Рен провел рукой по поверхности спутниковой «тарелки». — Если через двадцать четыре часа никто не вернется, я сообщу об этом всему миру.

Ночной полет

Они опускались вниз сквозь металлический скелет башни, пролетая в темноте через разрушенные этажи, словно нырялыцики, обследующие древний затонувший корабли. Завывание лезвий резаков постепенно стихло. Тьма окутала Айю.
Моггл летел к ней. Наконец она сможет наверстать упущенное. Сколько часов она бродила по джунглям и летала над ними без аэрокамеры! Правда, съемки дикой природы никогда не приносили особой славы — как раз наоборот. Как говорила Мики, цель должна быть очевидна, а большая часть джунглей была спрятана от глаз.
И все же Айе хотелось запомнить их спокойное величие.
— Туда? — спросил Хиро, приземлившись на нижнем этаже и указав на гору стали и бетона.
— Да. Только погоди минутку, — отозвалась Айя — Распиловщик снижается.
Они задержались в темноте, дожидаясь, пока распиловщик сбросит на кучу очередную порцию металлолома. Металл заскрежетал и прогнулся, бетонный щебень рассыпался в пыль.
— Ну все, давайте скорее, — поторопил товарищей Фриц, — пока еще один не прилетел.
Хиро уже мчался вперед. Он нырнул в лабиринт балок и опор, даже не оглянувшись назад. Айя мысленно поклялась себе, что в один прекрасный день обязательно овладеет искусством полетов со скайбольным снаряжением. Конечно, парить в невесомости было проще и приятнее, чем ползать по земле, но все же в том, чтобы пробираться между обломками железа и бетона, радости было мало.
Айе показалось, что путь через гору металлолома занял целую вечность. Башни остались позади. Она медленно продвигалась вперед. Тут и там торчали провода, незаметные в темноте. Они цеплялись за костюм, и только его прочные чешуйки оберегали Айю от бесчисленных царапин, в которые могла попасть столбнячная палочка. К тому же Айе то и дело мерещился очередной распиловщик с новой порцией металлолома в клешнях.
«Нас тут всех раздавит в лепешку!» — с тоской думала Айя.
Но вот наконец стали видны джунгли. Кое-где в металлический лабиринт проникли вездесущие лианы, далекий визг резаков потонул в гудении насекомых. Айя почти ничего не видела перед собой, но хриплые крики птиц подсказали ей верное направление.
— О-хо-хо, — послышался у нее за спиной голос Фрица, — ночью все совсем по-другому.
Так и было. Джунгли изменились. Исчезла изнурительная жара. Темнота наполнилась сотнями непонятных звуков. Воздух напитался ароматами ночных цветов, на фоне звездного неба мелькали быстрые тени.
— Снимите капюшоны, — сказал Хиро — Моггл должен разглядеть нас в инфракрасном диапазоне.
Айя откинула с головы ткань-невидимку, и вокруг тут же закружило противно жужжащее облако комаров. Их было так много, что при первом же вдохе несколько насекомых попало ей в рот, и она выплюнула их.
— С ума можно сойти от этих мошек!
Оттуда, где стоял Фриц, послышался шлепок.
— Вернемся домой — надо будет принять лекарство от малярии! — проворчал он.
— Что такое малярия? — спросила Айя.
— Болезнь, переносимая комарами.
— Ой! Есть хоть что-нибудь незаразное в этих джунглях?
— Послушай, Фриц, — донесся из темноты голос Хиро, — откуда ты все это знаешь?
— Когда я изучал нейрохирургию, я выслушал несколько лекций по медицине. Наверное, как только абсолютная честность устареет, я стану врачом.
— Она уже устарела, — язвительно проговорил Хиро.
— Врачом? — Айя хлопнула в ладоши и прикончила комара, кружившего около ее уха. — Я не знала, что у тебя такая мечта.
— Тише! — прошипел Хиро. — Вы слышите?
Айя и Фриц умолкли. На фоне жужжания комаров стал слышен другой звук. Что-то робко и осторожно пробиралось между лианами. Едва заметно шуршала листва.
Ближе. Еще ближе.
— А-а-а…Кто здесь? — тихо спросила Айя.
Отраженный свет звезд блеснул среди сплетения лиан. Айя узнала знакомые очертания объективов. В воздухе весело подпрыгивал Моггл.
— Умница! — воскликнула она. — В первый раз в жизни не ослепил меня фарами!
Ее аэрокамера наконец вернулась к ней.

Они летели так быстро, что даже комары не могли за ними угнаться.
Айя одной рукой обхватила Моггла, а второй обняла Фрица. Аэрокамера несла их над верхушками деревьев, вдоль тросов, к базе гуманоидов. Хиро летел рядом, но заметить его можно было только в те мгновения, когда его костюм-невидимка заслонял свет звезд.
Они мчались над темным морем джунглей. Свирепый ветер обтекал тело Айи. Этот полет слегка напоминал катание на крыше маглева, но все было намного лучше — магнитные токи были невидимы и беззвучны, поэтому Айя слышала крики птиц, писк летучих мышеи и шелест крыльев каких-то еще неведомых существ, рассекавших ночное небо.
Она гадала, где теперь «ловкачки». Наверное, они до сих пор где-то прятались, ожидая, когда пойдет на спад нежеланная слава. Айя тосковала по ним. Странно — Тэлли Янгблад чем-то напоминала Лай. Как знать, как ее звали теперь. Лай вела войну с рейтингом лиц и баллами. Тэлли боролась с тем, что сотворили с ее мозгом врачи, сделавшие ей операцию и превратившие в чрезвычайницу. Обе хотели держаться подальше от посторонних глаз, но при этом вели такую деятельность, которая неизбежно вела к славе.
А еще они обе балансировали на грани здравомыслия и безумия. Айя не забыла, каким взглядом одарила ее Тэлли, когда она назвала Дэвида уродцем. А как еще она могла его назвать? Красавцем?
Может быть, он нравился Тэлли? Но ведь она сказана, что никого не целовала с тех пор, как...
— Айя? — послышался неподалеку голос Хиро. — Мы уже близко.
Она обвела взглядом темный горизонт и увидела со всех сторон легкие и тяжелые грузовые аэромобили. Их огни очерчивали периметр базы гуманоидов.
На миг мелькнул в темноте силуэт Хиро. Его рука, затянутая в черную перчатку, указала вниз, под полог леса.
Они начали снижаться. Моггл сбавил скорость полета. Вскоре их со всех сторон окутали джунгли. Айя опустила на лицо маску. Ей не хотелось, чтобы под капюшон забралась мошкара.
— Видите этот тягач? — спросил Хиро.
К базе приближался грузовой аэромобиль, державшийi в клешнях кучу металлолома. Джунгли заскрипели и застонали. Тросы, натянутые между деревьями, реагировали на усиление магнитного поля. Крики птиц, свист крыльев зазвучали в сыром воздухе, пропитанном пряным ароматом цветов.
— Нас легко заметить, — прошептала Айя.
В свете фар аэромобиля плясали тучи комаров. Она не знала, так ли надежна камуфляжная краска, которой покрыт Моггл, как костюмы-невидимки.
— Может быть, нам лучше опуститься еще ниже? — предложила она.
— Нет, — возразил Хиро. — Нужно лететь за этой машиной.
— Лететь за ней?
— Что бы они ни замыслили, это явно касается железа. Так давайте поглядим, куда они доставляют весь этот металлолом.
Айя стала наблюдать за ровным полетом аэромобиля. В массивных клешнях были зажаты балки, арматура и трубы — металлическое нутро небоскребов. Казалось, гигантский хищник доедает сытный обед.
— Ладно, — сказал Фриц — Но, несмотря на костюмы-невидимки, нам надо вести себя очень осторожно.
— Нет проблем, — отозвался Хиро — Видите фары но краю днища? Они светят наружу. Если мы сумеем аккуратно подлететь, то окажемся посреди них.
— А любого, кто будет смотреть на нас снизу, прожектора ослепят, — кивнула Айя.
Джунгли наполнились косыми тенями. Айя подлетела ближе к стволу дерева и почувствовала, как зашевелились чешуйки костюма-невидимки, подражая цвету и текстуре коры. Висящие неподалеку тросы провисли. Изогнулись и заскрипели ветки. Спрятанные под костюмом скайбольные щитки задрожали, реагируя на изменение магнитного поля.
Медленно подлетал грузовик. Айя крепко сжала губы. Вниз посыпалась бетонная пыль. Айя не без труда убедила себя в том, что над джунглями этот груз гуманоиды сбрасывать не станут. По крайней мере, она очень на это надеялась.
Наконец яркие фары оказались прямо над ними.
— Вперед! — скомандовал Хиро и свечкой рванулся вверх.
Айя обхватила рукой Моггла и позвала:
— Давай, Фриц!
Аэрокамера понесла их по прямой вверх. Айя мгновенно ослепла. Но буквально через несколько секунд они с Фрицем оказались в темноте около днища аэромобиля. Фары-прожектора светили наружу. Они громко жужжали и согревали прохладный ночной воздух.
— Отличный вид, а? — весело спросил Хиро.
Айя посмотрела вниз, на озаренные светом прожекторов джунгли.
Стаи вспугнутых птиц разлетались в разные стороны, фары выхватывали из мрака тучи мошкары с радужными крылышками. Светящиеся глаза ночных зверьков зачарованно наблюдали за полетом странной машины.
— Надеюсь, ты снимаешь, Моггл, — выдохнула Айя.
— Вон они, — прошептал Фриц.
Впереди, всего в нескольких километрах, уже были видны огни базы гуманоидов.

Массовое производство

Джунгли расступились — закончились ровной линией вырубки. Магнитная сеть тросов перестала действовать.
Но теперь в ней не было необходимости: плотно утрамбованная земля была утыкана большими кусками стали. Через каждые несколько метров в почву были вогнаны металлические сваи, похожие на кривые свечки на бескрайнем праздничном торте.
— Вы только поглядите на эту «решетку»! — восхитился Фриц — Да, металла им тут не занимать.
— Грубая работа, — сказал Хиро. — Балки ржавые. Такое впечатление, что их сюда доставили прямо с руин.
Айя нахмурилась. Пока они не увидели ни дорог, ни тротуаров — одни только сточные канавы, наполовину залитые водой после утреннего ливня.
— Все выглядит так, словно они тут обосновались всего несколько дней назад.
— Или как будто они собираются сматываться, — добавил Хиро.
— Тсс! — прошептал Фриц, указав вниз.
Женщина-гуманоид передвигалась между сваями, перелетая от одной к другой, словно птица между ветвей.
— Она, наверное, новенькая, — шепнул Хиро. — Видите, как неловко отталкивается? С точки зрения скайбола техника неправильная. Она передвигается в режиме невесомости, как вы.
— Ну, не знаю, — сказала Айя. Ей полет женщины показался изящным, словно отточенные хореографические па. — Когда нас везли на аэромобиле, я видела группу гуманоидов. Они все двигались точно так же.
— Зачем надевать скайбольное снаряжение, если не умеешь толком им пользоваться? — фыркнул Хиро.
— Хороший вопрос, — негромко пробормотал Фриц.
Грузовик повернул и полетел вдоль стоявших в ряд невысоких построек. Все они выглядели одинаково и различались только рисунком камуфляжного покрытия на крышах.
Айя почувствовала тепло, исходящее от зданий. Вскоре она заметила, что сверху крыши как бы покрыты рябью, а потом поняла: они реагируют на ветер, как паруса.
— Это просто большущие палатки, — прошептал Фриц.
— Значит, база действительно временная, — заключил Хиро. — Никакой это не город.
Грузовик плавно остановился в воздухе. Его клешни зависли над большой горой металлолома. Там сновали дроны-носилыцики и уносили прочь балки и мотки пропилов.
Но вдруг, словно по сигналу, дроны разлетелись в разные стороны.
— Смотрите вниз, — сказал Фриц.
Клешни разжались, на гору упала куча металлолома. Зазвучал сердитый звон и скрежет. Поблескивая в свете фар, куски железа изгибались, подскакивали и ложились поверх горы. Машина медленно развернулась носом к джунглям.
— Надо высаживаться, — сказала Айя. — Не видите, есть ли кто-то поблизости?
— Здесь все настолько опасно для жизни, что, по идее, должно быть автоматизировано, — высказался Хиро. — К тому же мы в костюмах-невидимках. Переведите регуляторы щитков в положение чуть выше невесомости, чтобы держаться невысоко над землей.
Он пошел на снижение. В свете фар его силуэт был отчетливо виден.
— Хиро, будь осторожен! — прошептал Фриц.
Айя отладила регулятор щитков и скомандовала:
— Вперед, Моггл. — И, оттолкнувшись от днища машины, мягко приземлилась рядом с грудой металлолома.
Она, Фриц и Хиро присели на корточки. Поверхность их костюмов-невидимок сразу же приняла окраску и внешний вид обломков металла. Грузовик плавно поплыл в сторону джунглей. Вскоре огни фар скрылись в темноте.
— Видите? — прошептал Хиро. — Тут даже дежурного освещения нет. Все автоматизировано.
Он оторвался от земли и направился к фабричным палаткам.
— Хиро! — негромко крикнула Айя. — Дроны возвращаются!
Дроны-носилыцики, которых они заметили сверху, начали слетаться к куче железа со всех сторон. Они были похожи на огромные руки, и каждый металлический палец был длиной с рост человека.
Один из дронов несся прямо навстречу Хиро, растопырив «пальцы».
Хиро взлетел выше. Дрон проплыл под ним и продолжил путь к горе металлолома.
— Поглядите-ка,— восхищенно проговорил Хиро. — Они меня не видят!
Он сделал в воздухе несколько пируэтов, и его костюм-невидимка уподобился маленькому смерчу. Еще один дрон пролетел под ним.
— Похоже, — рассмеялся Фриц, — они различают что-либо только в инфракрасном диапазоне.
— Мы абсолютно невидимы!
Айя нахмурилась. Невидим был Хиро или нет, но уж слишком сильно радовался тому, что на нем костюм- невидимка. Большие палатки стояли не так уж далеко, а на подлете к базе они уже видели женщину-гуманоида.
Еще один дрон-носилыцик проплыл мимо Айи, не обратив на нее никакого внимания, и углубился в кучу металлолома. Моггл увернулся в сторону, чтобы дрон его не схватил, но у дрона на уме, похоже, было одно: он порылся в горе железа и вытащил большую балку. Зажав ее в «пальцах», дрон потащил балку к себе. При этом она тиснилась за пучок кабелей, который пополз по земле и едва не сбил Айю с ног.
— Эй, поосторожнее! — проговорила она, но дрон, по-прежнему не обращая на нее никакого внимания, поволок балку к ближайшей палатке.
— Пойдем, — сказал Фриц, взял Айю за руку, и они начали передвигаться легкими длинными прыжками, — Эти штуки могут запросто налететь на тебя и ничего не заметить.
— Да, — кивнула Айя, — быть невидимкой в чем-то опасно.
Очередной длинный прыжок принес их прямо к ближайшей палатке, где поджидали Хиро и Моггл. Хиро распластался на земле и заглядывал в щель под нижним краем брезента.
Палатка накрывала яму глубиной около десяти метров. Там горел яркий свет. Яма была до краев набита ржавыми балками. Над ней в воздухе парил гуманоид в противогазе и поливал содержимое ямы чем-то вроде жидкого желе. Оно было похоже на пену, вылетающую из огнетушителя, но вещество было серебристым и слегка дымилось.
Желе начало пузыриться, металл стал коробиться и изгибаться. Ржавчина и комья бетона отделялись от железных балок. В воздух поднялась туча пыли.
— Слушай, Айя, — прошептал Хиро — Помнишь, ты в прошлом году сделала скучнейший сюжет насчет переработки материалов?
— Помню. — Айя почувствовала легкий запах озона. — Наверное, эта пена содержит наноустройства — что-то вроде смарт-материала, но только эти наномашинки не настолько умные. С их помощью можно очищать сталь от ржавчины или изготавливать более прочные сплавы.
— А еще такая нанопена может пожирать целые дома, если с ней обращаться неосторожно, — заметил Хиро. — Вот почему работы проводятся в яме: техника безопасности.
— Значит, эти уроды пользуются нанопеной, как оружием? — спросила Айя.
Хиро фыркнул:
— Чем бы сестрица ни тешилась...
— Я что хочу сказать: они тут не суши готовят, — пробормотала Айя. — Надеюсь, ты все снимаешь, Моггл.
Гуманоид подлетел к ржавой балке, которую только что притащил дрон-носилыцик, и обрызгал ее серебристой пеной. По палатке распространилась волна тепла.
Дрон отплыл подальше от корежащейся в яме массы и завис над той частью металла, которая уже была обработана. Пузырящаяся пена постепенно оседала, таяла и оставляла после себя сверкающую стальную поверхность. Дрон взял очищенную балку большущими «пальцами» и вытащил из палатки.
— Давайте поглядим, что происходит дальше, — прошептал Хиро.

Под следующей палаткой также находилась яма, у одного края которой были сложены очищенные от ржавчины балки. У другого края лежало около дюжины гнутых заготовок из тонких, пересекающихся между собой металлических полос. Чем-то они походили на скелеты, сооруженные из проволоки.
— Нанорешетки, — прошептал Хиро.
Айя кивнула:
— Ты о них говорил в своем сюжете про ниши в стене?
— Да, но этот сюжет я делал сто лет назад.
Он умолк. На глазах у Айи, Фрица и Хиро дрон уложил кусок металла поперек ямы. Паривший над ямой гуманоид управлял работой дрона, отдавая жестикуляционные команды.
— Так забавно, — прошептала Айя, обернувшись через плечо, чтобы удостовериться, что Моггл снимает. — Дрон похож на огромную руку и повторяет движения руки гуманоида. Видите?
Нанорешетка раскалилась добела. Она имела длину около пятнадцати метров, и ее изгибы напоминали обшивку корабля.
— Нанорешетки — это устройства, которые устанавливают внутри ниш в стене, — пояснил Хиро.
— Ах, вот как? — удивился Фриц, — А я всегда гадал, откуда в этих нишах все возникает.
Кусок металла, помещенный внутрь нанорешетки, разогрелся докрасна, его края размягчились, как у тающего кубика льда. В палатке стало жарко.
Айя прищурилась. У нее защипало глаза. Это было все равно что стоять слишком близко к костру.
— Вот это да! — вырвалось у Фрица. — Но почему же моя ниша в стене никогда так не раскаляется?
— Потому что ты ни разу не заказывал ей ничего такого здоровенного, — ответил Хиро.
Металл пришел в движение: потек через нанорешетку, словно густая жидкость, и стал принимать очертания — заполнил пространства между прутьями решетки. Казалось, что кожа покрыла кости. Как только металл растекся по всей поверхности решетки, он начал остывать и затвердевать. Гуманоид уже давал команды дрону, чтобы тот подтащил к нанорешетке новую стальную балку.
— Есть вопрос, — прошептал Фриц. — Что получится из всех этих штуковин, если их соединить между собой?
Айя внимательно посмотрела на готовые детали. Все они имели небольшой изгиб, но она не могла представить, что может получиться, если их соединить.
— Они похожи на детали корпуса корабля, — неуверенно проговорила она.
— Ага, на каноэ из прочнейшей стали, — фыркнул Хиро.
— Я же сказала: похожи.
— Гадать нет смысла, — заключил Фриц. — Давайте пойдем дальше, доберемся до самого конца.

Следующая палатка оказалась намного больше. Брезентом было накрыто пространство, равное по площади футбольному полю.
Яма под палаткой имела глубину не менее сорока метров. В ней располагались готовые детали и множество проводов. Над ямой порхали несколько гуманоидов, и каждый из них управлял парой дронов в виде огромных рук. Слышалось лязганье и шипение. Горячие металлические детали соприкасались между собой и сплавлялись,
Айя поползла вдоль палатки и мало-помалу поняла, как работает система. Каждый гуманоид добавлял к конструкции новую деталь и переправлял ее вниз, в яму, после чего принимался за следующую.
— Линия сборки. Конвейер, — прошептал Фриц. — Как на старинных заводах эпохи ржавников.
— Только этот конвейер намного больше, — добавил Хиро, — благодаря дронам-манипуляторам.
Айя кивнула. Она вспомнила, как это называлось у ржавников: массовое производство. Вместо того чтобы изготавливать какие-то вещи только тогда, когда они становились кому-то нужны, как это делали ниши в стене, на заводах ржавников все производилось в огромных количествах. Весь мир словно участвовал в гигантском соревновании — как бы побыстрее исчерпать все ресурсы
За первые сто лет эры массового производства было создано больше предметов и устройств, чем за всю последующую историю, но при этом планета покрылась мусором, превратилась в гигантскую свалку, и все источники сырья были использованы. Хуже того, это был идеальный способ превращения людей в массовку. Они целыми днями совершали одни и те же действия. Каждый рабочий был винтиком в общей машине. Безымянным и невидимым винтиком.
Чем ближе к дальнему концу палатки, тем яснее проступали очертания конечного продукта. Одно собранное изделие стояло у дальнего края котлована. Его высота почти равнялась глубине ямы. Закругленные грани посередине немного раздувались. Изящный, аэродинамичны й силуэт. Заостренный верхний конец. По бокам — крылья-стабилизаторы, похожие на плавники акулы.
Эту тему курса истории Айя тоже помнила очень хорошо. Ее никто не мог забыть. Она вдруг поняла, что для осуществления планов гуманоидов не были нужны ни масс-драйверы, ни смарт-материал — и вообще ничего продвинутого. Им вполне хватало классической технологии ржавников.
Жуткое изделие, стоявшее перед ней, было ракетой — старомодным истребителем городов.
И каждые несколько минут с конвейера сходила новая ракета.

Ракета

— Ага, — пробормотала Айя, — все-таки я была права.
Хиро медленно кивнул и сказал:
— Почему-то мне жаль, что это так.
— Но это как-то странно, — заметил Фриц. — Зачем строить все эти масс-драйверы, а потом собирать ракеты устаревшим методом?
— Может быть, они решили, что сбрасывать на города куски стали — это недостаточно жестоко, — задумчиво сказал Хиро. — Вы вспомните, чем только ржавники не снабжали свои ракеты: наноустройства, биологическое оружие, даже ядерные боеголовки.
Айя сглотнула подступивший к горлу ком и разволновалась:
— Значит, речь не об использовании металла, не об уничтожении нескольких городов. Речь о том, чтобы...
— ...прикончить всех до единого, — закончил за нее начатую фразу Хиро.
— Следовательно, они разбирают руины по всей планете, переправляют металл сюда, чтобы в итоге сбросить на нас ракеты? — Фриц недоверчиво покачал головой. Вам не кажется, что это несколько сложновато?
— Ты же слышал, что сказал Фаусто, — проговори я Хиро, — Экватор — самое удобное место для запуска ракет.
Айя кивнула. Ее охватило виноватое облегчение. Ее сюжет был близок к истине, вот только она высказала слишком большой оптимизм. Ядерные боеголовки, нановирусы, микробы — чем бы гуманоиды ни начиняли эти ракеты, наверняка они были куда опаснее падающих с неба кусков металла.
— Но для того чтобы разрушить целый город, ржавникам хватало одной ракеты, — сказал Фриц.— Зачем же они строят так много?
— Человечество пережило «нефтяную чуму», — поежившись, прошептала Айя. — Может быть, на этот раз они хотят не промахнуться и уничтожить всех поголовно.
— Мы должны предупредить Тэлли, — сказал Хиро,
— Но как? — спросила Айя — Она почти наверняка далеко, до нее больше километра. И гуманоиды схватят нас, как только мы попытаемся выйти с ней на связь.
— Значит, нужно вернуться к руинам и, воспользовавшись спутниковым передатчиком, сообщить эту новость всему миру!
— Но Тэлли велела ждать!
— Она думала, что гуманоиды — на ее стороне, — возразил Хиро. — Но, судя по всему, они ни на чьей стороне.
— А если мы ошибаемся? — сказал Фриц, — Хочешь совершить одну и ту же ошибку дважды, Айя?
Он не спускал с нее глаз. Хиро тоже пристально на нее смотрел, словно она отвечала за безопасность всего мира. Но ее сюжет оставался ее сюжетом. Права она была или ошибалась, все равно мир запомнит Айю Фьюз как автора этой истории.
— Ладно, — вздохнула она. — Но прежде чем мы что-то предпримем, давайте убедимся окончательно. Нужно посмотреть поближе.
В котловане три дрона стояли около только что сотворенной ракеты. Растопырив металлические пальцы, они осторожно перевернули ракету набок и вынесли ее из-под навеса.
Айя всмотрелась в темноту, но не увидела ничего, кроме кривых балок, торчавших из земли.
— Никого нет.
— Дроны работают в автоматическом режиме, — скатал Хиро и вытянул руку в черной, как ночь, перчатке. — Смотрите, куда они направляются.
Вдалеке стояло длинное здание, с виду более прочное, чем брезентовые палатки. Его окутывал мрак.
Хиро полетел в ту сторону. Айя и Фриц ухватились за Моггла и последовали за ним. Аэрокамера понесла их между торчавшими из земли балками, держась не слишком высоко от земли.
— Вообще-то очень странно, что мы видели так мало гуманоидов, — прошептал Фриц.
— Из-за комаров, наверное, — предположила Айя. — Без костюмов-невидимок нас бы уже сожрали.
— Может быть. Но казалось бы, те, кто собирается разбомбить всю планету, могли бы обзавестись спреем от комаров.
Айя вспомнила о том, что видела с борта аэромобиля. Тогда гуманоидов было много. Они, сражаясь с ветром и ливнем, перебирались от столба к столбу. А сейчас, в тихую, безветренную ночь, за пределами зданий никого не было видно. Неужели все гуманоиды были заняты производством оружия?
Приблизившись к темному зданию, дроны-носильщики снова придали ракете вертикальное положение. Открылись большие ворота. За ними находилось просторное помещение. Утрамбованную землю озарил оранжевый свет дежурных ламп. Дроны внесли ракету.
Айя, Фриц и Хиро подлетели поближе и осторожно заглянули внутрь.
— Ничего, кроме штабелей деталей, — тихо произнес Хиро. — Насколько я вижу, ни одного гуманоида.
Створки ворот начали сдвигаться.
— Что будем делать? — спросил Фриц.
— Нужно лучше рассмотреть эту ракету, — решительно заявила Айя и крадучись пошла вдоль движущейся створки ворот.
Фриц и Хиро последовали за ней. Они заскочили внутрь как раз перед тем, как створки с гулким звоном закрылись.
— Блеск, — прошептал Фриц. — Теперь мы тут заперты.
Прямо перед ними стояла ракета. Три дрона все еще были прикреплены к ней.
В воздухе парили десятки маленьких плоскостей, чем-то похожих на дронов-официантов с подносами, обслуживавших вечеринку. Но эти дроны держались на месте, не двигались, На «подносах» лежали инструменты и приборы, микросхемы и еще какие-то загадочные предметы.
— Сними эти «подносы», — велела Айя Могглу.
— Наверное, это очередной этап сборки, — предположил Хиро, — где мелкие операции выполняются вручную.
— Но где же они? — спросил Фриц. — Последнего гуманоида мы видели в той огромной палатке.
— Да. Как-то мне тут не по себе, — кивнул Хиро.
Послышалось шипение.
— Точно, не по себе, — кивнул Фриц.
Айя запрокинула голову. Сверху падали хлопья, похожие на снежинки, но эти хлопья едва заметно светились. Под потолком парила стайка крошечных дронов и распаляла мерцающие белые облачка.
Протянув руку, Айя дождалась момента, когда «снежинка» упала на перчатку. У всех на глазах «снежинка» растаяла, осталось только крошечное белое пятнышко. Через перчатку Айя не чувствовала, холодное оно или горячее.
— Может быть, это что-то вроде противопожарной мены? — предположил Хиро.
— Но тут ничего не горит, — нахмурилась Айя.
— Может быть, они просто помешаны на безопасности, — пробормотал Хиро.
— А я думаю, дело не в безопасности, — сказал Фриц. — Посмотрите, что с нами происходит!
Айя удивленно уставилась на Фрица. Весь его костюм-невидимка покрылся светящимися пятнышками. На его плечо опустилась очередная «снежинка» и растаяла, оставив после себя размытое белое пятно. Руки Айи тоже были в таких искорках.
— Вы оба абсолютно видимы. — Хиро опустил глаза. — И я тоже. Они знали, что мы в костюмах-невидимках! — воскликнул Фриц.
— А значит, им известно, где мы находимся... — У Айи сорвался голос.
Три дрона-носилыцика отлетели от ракеты, дружно развернулись и направились к ней и ее спутникам. Дроны растопырили большущие «пальцы».

Руки

— Моггл! — крикнула Айя. — Ты мне нужен!
Хиро быстро поднимался к потолку. Один из дронов развернулся и полетел за ним, а еще двое направились прямиком к Айе и Фрицу.
— Прыгай! Фриц схватил Айю за руку и оторвал от пола. Они взмыли в воздух и завертелись, будто пара воздушных шариков. Странный снег закружился вокруг них метелью.
— Отпускай руку... Давай! — прокричал Фриц.
Его ладонь выскользнула из пальцев Айи, и они разлетелись в разные стороны. Два дрона проскочили между ними. Оба промахнулись буквально на несколько сантиметров.
Кувыркнувшись через голову, Айя увидела, что несется прямо к металлической стене. Айя согнула ноги в коленях и оттолкнулась от стены так сильно, как только могла. От удара металл прогнулся и загудел.
— Моггл, сюда! — в отчаянии крикнула Айя.
Аэрокамера, вертясь в воздухе, подлетела к ней снизу. Камуфляжное покрытие Моггла было испещрено белыми точками. Камера неуверенно болталась из стороны в сторону. Казалось, «снежинки» повредили ее зрение.
— Сюда! — прокричала Айя — Лети на мой голос!
Дрон-манипулятор направлялся к ней, растопырив пальцы...
Моггл врезался в живот Айи. Она охнула. Однако Могглу удалось оттолкнуть ее от дрона.
Сложившись пополам, Айя обхватила аэрокамеру руками, но держать Моггла было трудно. Пальцы соскальзывали с гладкой поверхности. Гигантская рука развернулась, но ей недоставало маневренности. Этот дрон был предназначен для переноски тяжестей, а не для погони за людьми.
— Вверх, быстро! — приказала Айя.
Моггл послушно поднял ее к потолку. «Пальцы» дрона сомкнулись и сжали воздух под ногами Айи.
Мимо нее промчался Хиро. Он словно нырнул вниз от потолка, крепко соединив руки. Его костюм-невидимка был весь усыпан «снегом». Получилось маленькое созвездие искорок в форме Хиро. Один из дронов настигал его, раздувая во все стороны белые «снежинки».
— Фриц? — крикнула Айя и огляделась по сторонам. Фриц кувыркался в воздухе. Гигантская рука  отставала от него всего на несколько метров.
— Туда, Моггл! — распорядилась Айя.
Аэрокамера заметалась в ее руках, словно пытаясь вырваться, а потом... взлетела свечкой к потолку.
— Да нет же, не вверх!
Айя услышала донесшийся снизу крик Фрица и опустила глаза. Фриц отскочил от стены прямо к растопыренным «пальцам» дрона. Он попытался увернуться, но гигантская рука сжала его.
— Хиро! — взвизгнула Айя. — Ты должен помочь Фрицу!
— Не могу! — крикнул в ответ Хиро, хаотично болтая в воздухе руками и ногами. — У меня что-то не то со снаряжением!
— Вниз, Моггл! — в отчаянии скомандовала Айя. — Скорее!
Наконец аэрокамера ее послушалась. Спуск получился очень резким. Ноги Айи взлетели вверх, она ударилась лодыжкой о «ладонь» преследующего ее дрона. Перед глазами у нее заплясали красные точки, а когда зрение прояснилось, стало видно, что Моггл несет ее вниз, к полу.
— Не так быстро!
Но в это мгновение аэрокамера вдруг превратилась в безжизненный кусок металла. Моггл полностью потерял запас энергии и потянул Айю к полу, будто тяжелый якорь.
— Моггл! — хрипло выкрикнула Айя. — Проснись!
Ответа не последовало. Айя разжала руки, попыталась развернуться, опустить ноги вниз, чтобы оттолкнуться от пола и взлететь. Но почему-то она потеряла невесомость. Скайбольные щитки отключились, как и Моггл.
Не по инерции несло вниз, все быстрее и быстрее...
Удар сотряс все ее тело.
Долго-долго Айя плыла по морю непроницаемого мрака...

Старый друг 

Что-то жесткое и большое давило на нее, расплющивало легкие.
«Это пол», — догадалась Айя.
Она лежала на плотно утрамбованной земле. Каждый вдох давался ей с болью, будто нож вгоняли под ребра
— Айя?
Она открыла глаза и с трудом перевернулась на спину. На нее смотрел кто-то безликий. Вместо глаз и губ серый овал в белых сверкающих точках... Маска костюма-невидимки.
— Фриц? — прохрипела Айя и охнула: говорить было больно. — Что случилось?
— Похоже, нас поймали.
— Ох... да.
Айя судорожно вдохнула, вспоминая последние минуты перед обмороком, и мысленно сосчитала все ушибленные места: ребра, плечи, левая лодыжка. А потом почувствовала, что поверхность костюма-невидимки шевелится. Чешуйки пытались уподобиться то одной текстуре то, другой. Значит, костюм при падении повредился. Но если бы не костюм, травм у нее наверняка было бы больше
— А вы как?
— Мы в порядке, — ответил Хиро. — А вот ты здорово стукнулась.
— Что правда, то правда, — со стоном проговорила Айя. — Кажется, что-то случилось с Могглом.
Фриц кивнул:
— У Хиро снаряжение тоже отказало.
— Твоя аэрокамера невредима, — произнес по-английски незнакомый голос.
Айя приподнялась, оперлась на локти и огляделась по сторонам. Но никого, кроме Хиро и Фрица, она не увидела.
Она лежала на полу в большом помещении, залитом тускло-оранжевым светом. Стоявшая у стены ракета казалась высокой, как небоскреб. На полу лежали три дрона Их растопыренные длинные «пальцы» торчали вверх, словно лапки дохлых пауков.
«Снегопад» прекратился, но пол едва заметно мерцал, так же как костюмы Фрица и Хиро и руки Айи. Из невидимок они превратились в большущих светлячков.
— Эти уроды отключили здесь магнитное поле, — прошептал Хиро. — Мы потеряли невесомость.
— Это я заметила, — вздохнула Айя.
Пролетав весь день в скайбольном снаряжении, сейчас она чувствовала себя так, словно весит тысячу килограммов.
— Примите наши извинения за причиненные травмы,— снова послышался незнакомый голос. — Но мы знаем, насколько вы можете быть опасны.
Айя изумленно заморгала. Она наконец поняла, откуда он исходит. Источник звука лежал на полу, меньше чем на метре от нее.
— Моггл? — тихо проговорила Айя.
— Прости нас за то, что мы позволили себе произвести некоторые изменения в конструкции твоей аэрокамеры, — произнес Моггл странным, неожиданным голосом. — Мы нашли ее в джунглях, она была поломана. Производя ремонт, мы снабдили аэрокамеру голосовым чипом.
Айя застонала, вспомнив о встрече с Могглом рядом с руинами. Он впервые не включил ночные фары. Это было совершенно не в духе Моггла.
— Мы надеялись на то, что ты встретишься со своей аэрокамерой, — продолжал голос. — Это дало бы нам возможность побеседовать с тобой лично.
— Вы все это время следили за нами! — воскликнула Айя.
— Приносим извинения за обманные действия и за причиненные травмы. Это было необходимо для того, чтобы на время обездвижить всех вас и доставить в управляемую среду.
— Управляемую среду? — фыркнула Айя. — То есть в тюрьму?
— Конечно нет! — возразил голос Моггла. — Для нас большая честь принять тебя здесь. Кстати, наша сотрудница выражает свою искреннюю благодарность. Твоя аэрокамера спасла ей жизнь, когда она сорвалась с небоскреба.
— Да уж, та еще благодарность... — проворчала Айя и с трудом села, превозмогая боль.
— Если позволишь объяснить... Мы считаем, что наши усилия и ваши направлены на общую цель.
— Прошу прощения, — рассмеялась Айя, — но наши усилия не направлены на уничтожение мира!
После небольшой паузы голос проговорил:
— К несчастью, глупые детишки создали у тебя неверные предположения. Возможно, ты послушаешь старого друга.
Айя нахмурилась. Старый друг? За кого они ее принимали? И почему говорили с ней по-английски?
Стены содрогнулись. Створки ворот немного приоткрылись. В щели между ними Айя увидела нескольких гуманоидов, нервно парящих в воздухе и растопыривших игольчатые пальцы.
На земле перед гуманоидами стоял мужчина странной внешности — в рваной одежде, с растрепанными волосами. Мужчина скользнул в щель, и створки ворот тут же сомкнулись.
Айя часто заморгала. Человека, настолько уродливого, она ни разу в жизни не видела. Его кожа была изуродована солнечными ожогами, черты лица были совсем неправильные. Он улыбнулся от уха до уха и продемонстрировал кривые желтые зубы, а потом расхохотался и произнес по-английски:
— Я знал, что ты придешь ко мне, Молодая Кровь[1]!
— Хм... Не думаю, что мы знакомы, — оторопело выговорила Айя. — И... как вы меня назвали?
— Твой голос зву... — Мужчина шагнул ближе и обвел всех троих острым взглядом. — Ты можешь показать свое лицо, Молодая Кровь?
С губ Айи сорвался болезненный смешок.
— Вы думаете, что я?..
— Она да не Тэлли Янгблад! — воскликнул Фриц и посмотрел на Айю. — Эти уроды приняли нас за «резчиков»!
Фриц поднял руку и стащил с головы капюшон с маской. Айя последовала его примеру. Немного помедли и, то же самое сделал Хиро.
Растрепанный мужчина в изумлении уставился на них.
— Видите? — сказала Айя. — Мы действительно не знакомы.
Она отвесила самый низкий поклон, на который только могла решиться из-за боли в ребрах, и представилась:
— Меня зовут Айя Фьюз.
— Но ты... — прошептал мужчина, комкая в руках изодранную ткань балахона. — На тебе одежда чезви[2], а летучие люди сказали, что ты пришла меня спасти. Но ваши лица — это не лица чезви!
— Действительно, — произнес Моггл новым, непривычным голосом. — Кажется, мы совершили ошибку.
Айя медленно кивнула и сказала:
— Мы не «резчики», но мы друзья Тэлли.
— Молодая Кровь — мой старинный друг. — Странный мужчина улыбнулся и похлопал Айю по плечу. — Меня зовут Эндрю Симпсон Смит.
[1] Эндрю принял Айю за Тэлли Янгблад, фамилия которой переводиться с английского как «молодая кровь».
[2] «Чезви» Эндрю называет чрезвычайников.

Две птицы с одной ягодкой

Кое-что начало проясняться. Едва-едва.
Вскоре после того, как аэромобиль прибыл на базу на автопилоте, гуманоиды, по всей видимости, догадались, что к ним пожаловала Тэлли Янгблад. Кто еще, кроме чрезвычайников, мог спрыгнуть за борт прямо над джунглями? Да и Фриц назвал Удзиру ее имя. Стало понятно, почему гуманоиды позволили Айе, Фрицу и Хиро бродить по базе. Они просто-напросто боялись открыто противостоять им и ждали момента, когда их можно будет загнать в западню. В костюмах-невидимках их невозможно было отличить от «резчиков».
Но одного Айя понять никак не могла...
— Откуда вы знаете Тэлли? И что вы здесь делаете?
Эндрю Симпсон Смит гордо улыбнулся:
— Молодая Кровь упала с неба недалеко от моей деревни. Три с половиной года назад.
— Она упала с неба, — повторила Айя. — Около вашей деревни?
Эндрю кивнул:
— Это очень далеко отсюда. Посреди маленьких человечков.
— Маленьких человечков? — переспросила Айя, внимательно глядя на Эндрю. На лохмотьях, в которые он был одет, кое-где сохранились островки меха. Похоже, когда-то его одеяние было скроено из шкурок убитых животных.— Вы из какой-то группировки, воссоздающей жизнь до эпохи ржавников?
Эндрю явно ничего не понял, в чем откровенно признался.
— Ни слова не разобрал. Может, ты говоришь на языке богов хуже меня? — Он наклонился ближе к Айе. — Многие из летучих людей тоже плохо на нем говорят.
Айя вздохнула и решила говорить по-английски проще:
— Вы из одного города с Тэлли?
— Мой народ жил в лесу, — решительно ответил Эндрю. — Но теперь мы знаем, как пользоваться магнитами и прочим колдовством. Мы помогаем Молодой Крови следить за городами, чтобы они не вредили Земле. Вот как я встретился с летучим народцем.
Айя медленно произнесла:
— Она говорила, что у нее есть друг, которого похитили уроды. Это... вы, да?
— Да, — кивнул Эндрю и тихо добавил: — Летучие люди не любят, когда за ними шпионят.
Моггл снова подал голос:
— Эндрю, пожалуй, тебе стоит объяснить, что ты узнал о нас.
Айя вытаращила глаза, посмотрев на свою аэрокамеру. Неужели гуманоиды решили, что этот чудаковатый оборванец сможет ее в чем-то убедить?
Но мужчина с мудрым видом кивнул и спросил:
— Тебе известно, какую форму имеет планета, Айя?
— А? Прошу прощения?
— Она не плоская, как кажется с виду. Она круглая, как мяч.
Хиро чуть не подавился от хохота, а Фриц просто сказал:
— Да-да, мы слышали об этом.
— Стало быть, вы мудры. — Эндрю уселся на пол рядом с Могглом и провел кончиком пальца по грани аэрокамеры. — Все мы живем на поверхности этого шара. И нас все время становится больше — больше людей, больше юродов и меньше дикой природы.
— Мы знаем, — сказал Фриц, садясь рядом с Эндрю. — Мы называем это экспансией.
— Экспансией. — Эндрю кивнул. — Верно. Так боги называют увеличение. Но наш шарик не увеличивается.
— Разумеется, — согласился Фриц. — Мы имеем только то, что имеем.
Эндрю улыбнулся:
— Вот в этом летучие люди очень мудры. Думают построить новый город... здесь.
Он оторвал палец от поверхности Моггла и помахал им в воздухе.
Фриц несколько секунд молчал, а потом спросил:
— В космосе?
Эндрю медленно кивнул и провел ладонями над Могглом, словно согревая его.
— Есть такое место у нас над головой. Оно называется орбита. Кольцо, окружающее планету.
— Я в это не верю, — прошептал Хиро.
— Сначала трудно поверить, знаю, — хмыкнул Эндрю. — Но от Молодой Крови я услышал о том, что мир не имеет конца, что он бескрайний. Нужно видеть дальше маленьких человечков.
— Маленьких человечков? — непонимающе спросил Хиро.
Фриц перевел взгляд на гигантский корпус ракеты, возвышающейся посреди ангара.
— Получается, ты была права, Айя, — тогда, когда мы увидели, как они собирают эту... Ты сказала, что она похожа на корабль!
Айя уставилась на ракету — или на корабль — и возразила:
— Но она выглядит в точности так же, как оружие ржавников!
— У ржавников были разные мечты, — сказал кто-то. — Не одна.
Айя поняла, что голос доносится не от Моггла, и обернулась.
Над ее головой парили Удзир и еще двое гуманоидов.
— После того, как были изобретены первые ракеты для истребления городов, — продолжал Удзир, — их стали переделывать, чтобы отправлять людей в космос. Смерть и надежда в одной машине.
— Так вот для чего все это? — тихо спросила Айя. — Для космоса?
— Вот почему вы такие неуклюжие в скайбольном снаряжении! — воскликнул Хиро. — Вы им пользуетесь не для того, чтобы двигаться быстрее, — вы упражняетесь в невесомости!
— Значит, вы верите в орбиту! — радостно проговорил Эндрю. — Это место, где все летают!
Айя зажмурилась, вспоминая о путешествии по джунглям.
— И поэтому вы так по-уродски выглядите... В невесомости ноги не нужны. Потому у всех вас — вторая пара рук!
Удзир нахмурился, паря в воздухе.
— Мы не уроды, Айя Фьюз. Все изменения в нашем внешнем облике — ради наилучшей адаптации для жизни на будущем месте. Мы — первые внеземные существа: экстратеррестиалы, — Он поклонился и добавил: — Сокращенно — «экстры».
— Айя едва удержалась от смеха.
— Заверяю вас, — решительно проговорил Удзир, — насчет нашего нового места обитания мы говорим со всей серьезностью.
— Извините... Просто в моем городе «экстры» — это... Ладно, не обращайте внимания.
— Значит, вы действительно на одной стороне с Тэлли, — пробормотал Фриц, — и весь этот металл покидает Землю с благой целью.
Удзир кивнул:
— Две птицы с одной ягодкой. Мы можем остановить экспансию здесь, на Земле, и перенаправить ее в космос. Человечеству пора покинуть свою родину, пока ее окончательно не разрушили.
— Вы собираетесь остаться на орбите? — спросил Фриц — Не хотите отправиться на какую-нибудь другую планету?
— Мы собираемся основать постоянные орбитальные поселения, — ответил Удзир. — Не слишком далеко от Земли, чтобы была возможность доставлять припасы с помощью масс-драйверов, и не слишком далеко от Солнца, чтобы иметь большое количество солнечной энергии. А еще — миниатюрные экосистемы для переработки воды и кислорода.
— Ржавникам не удалось спасти себя таким путем, добавил один из спутников Удзира — Их сгубило то, что их было слишком много, и вдобавок они вели разрушительные войны. Но теперь человечество не так многочисленно и более едино. У нас есть новый шанс.
— Если только Тэлли Янгблад и остальные «резчики» нам не помешают, — добавил Удзир, посмотрев на Айю. — За эту возможность нам следует поблагодарить тебя.
— Меня? — удивилась Айя — Почему вы просто не рассказали всем, чем занимаетесь? Если бы вы не прятались здесь, не похищали людей, Тэлли сразу бы встала на вашу сторону, клянусь!
— Мы относимся к Тэлли Янгблад с большим почтением, — сказал Удзир. — Но мы не имели права раскрывать наши планы. Думаешь, города позволили бы нам собирать старый металл на руинах? Или строить флотилию космических кораблей, которые с виду трудно отличить от баллистических ракет?
— Было бы лучше, если бы вы сейчас же вышли на связь с Тэлли и все ей объяснили, — сказал Фриц.— Наверняка она уже где-то неподалеку. А если она увидит все эти корабли, она подумает то же самое, что и мы!
— До сих пор она нас слушать не желала, — огорченно признался Удзир. — Мы надеемся, что ты попробуешь все ей объяснить, Айя Фьюз.
Айя медленно кивнула. Последние сомнения развеялись. «Экстры» не собирались уничтожать планету. Они пытались ее спасти. Снаряжение для полетов в невесомости, обезьяньи пальцы, космический корабль, стоявший в ангаре, — наконец все кусочки головоломки сошлись воедино.
И это был самый грандиозный сюжет с начала реформы свободомыслия...
— Я попробую, — сказала Айя — Но есть одно условие. Верните мне мою аэрокамеру.
— Я так и знал, — вздохнул Удзир.
Он махнул рукой. Айя тут же почувствовала легкость во всем теле. Скайбольные щитки заработали. Хиро взлетел в воздух. Моггл неуверенно оторвался от пола.
— Это точно ты? — спросила Айя.
Моггл мигнул фарами.
Она улыбнулась, проморгалась и включила айскрин.
— Тэлли-ва? Ты недалеко? У меня для тебя есть новости.
Ответа не последовало.
— Видимо, она дальше километра, — сказала Айя. — Как бы усилить мой сигнал?
— Можно попытаться, — ответил Удзир. — Но если он пройдет через нашу сеть связи, Тэлли может не поверить, что это на самом деле...
Он вдруг умолк.
За стенами ангара послышался приглушенный рокот, напомнивший далекий раскат грома Дрожь распространилась по земле, стены завибрировали. Где-то вдалеке завыла сирена.
— Похоже на Молодую Кровь, — тихо проговорил Эндрю.
Айя кивнула.
Видимо, Тэлли приступила к решительным действиям.

Поджог

— Скорее, Айя! — крикнул Хиро, протянув сестре руку. — Я тут летаю быстрее всех.
Айя кивнула, уцепилась за него и сказала:
— Моггл! Возьми Фрица!
Огромные створки ворот уже разъехались в стороны. Хиро помчался туда и потянул Айю за собой. У нее мучительно болели бока, ноги болтались из стороны в сторону.
— Помедленнее! — выдохнула она.
— Прости, сестренка, — пробормотал Хиро, — но у нас нет времени.
Оказавшись снаружи, он сразу сделал резкий поворот. Айя услышала, как у нее хрустнули ребра.
— Может быть, тебе стоит одному туда полететь, — простонала она. — Без меня ты быстрее доберешься.
— А у тебя с английским лучше, чем у меня. И Тэлли тебя послушает!
— Но она меня ненавидит! Или идиоткой считает, как минимум.
Хиро рассмеялся:
— В этом я сомневаюсь, Айя. К тому же сейчас ей придется тебе поверить — ты бы ни за что не изменила своего мнения о гуманоидах, не будь на сто процентов уверена.
— Потому что это значит, что мой сюжет на сто процентов неправильный? — воскликнула Айя.
— Вот именно, — отозвался Хиро и указал вперед свободной рукой. — Ой-ой-ой...
Горизонт озарился вспышками. Несколько секунд спустя послышались взрывы. В небо поднялись тучи дыма, подкрашенного красным пламенем, заполыхавшим внизу. Было похоже на фейерверк в городе, но грохот взрывов звучал намного более зловеще.
— Наверное, именно там находятся корабли «экстрой», — проговорил Хиро.
Айя в ответ только застонала. Хиро лавировал между гуманоидами, парившими над территорией базы. Айю мотало из стороны в сторону, и каждый вираж отдавался острой болью в ребрах.
Повсюду в небо поднимались аэромобили. Несколько машин пролетело над Айей и Хиро. Вращающиеся подъемные винты взвихривали воздух. Аэромобили с воем мчались к зареву, полыхавшему на горизонте.
— Все может обернуться очень худо, — процедил сквозь зубы Хиро. — Если мы ее не остановим как можно скорее, дойдет до боя.
Айя кивнула и согнула безымянный палец на левой руке, активируя скинтенну.
— Тэлли-ва! Это я!
— Мы все еще слишком далеко! — крикнул Хиро, опустившись ниже, к балкам, торчавшим из-под земли.
Айя чувствовала, как они с братом проносятся мимо, как магниты, вмонтированные в щитки снаряжения Хиро, отталкиваются от металла. Они начали передвигаться рывками. Айе казалось, что еще чуть-чуть — и ее рука вылетит из плечевого сустава.
Вскоре склады и фабричные шатры остались позади. Хиро помчался вперед над вырубкой, где не было ничего, кроме торчащих из земли свай.
— Смотри! — Хиро свободной рукой указал вниз.
На земле чернели большие круги. Айя почувствовала запах гари.
— Наверное, они тут испытывали свои ракеты! — прокричала она.
— Надеюсь, это значит, что до цели недалеко! — отозвался Хиро.
Теперь даже воздух вокруг них сотрясался, и Айя чувствовала, как содрогается ее тело при каждом взрыве. По земле во время вспышек тянулись длинные тени от свай, половина ночного неба была затянута дымом.
— Айя? — прозвучал в ее ухе голос Фрица. — Мы с Могглом летим прямо за вами. — Он помедлил. — Ну, может быть, не прямо за вами... Хиро мчится просто с бешеной скоростью. Но мы стараемся, как можем.
— Хорошо, Фриц. Пусть Моггл снимет побольше хороших... Черт!
Хиро начал резко набирать высоту и потащил за собой Айю. Жгучая боль пронзила ее грудную клетку. Перед ними возник высокий забор — протянулся в обе стороны, насколько хватало глаз. Они перелетели через него и оказались над горящими джунглями. Верхушки деревьев угрожающе раскачивались, охваченные бушующим пламенем.
Но через пару секунд Айя поняла, что это вовсе не джунгли. Прямо под ними была натянута гигантская камуфляжная сетка с выпуклым изображением лиан и папоротников. Сетка была изготовлена очень правдоподобно — похожа на громадный костюм-невидимку. А вот пламя было самое настоящее. Его языки плясали на поверхности камуфляжной сетки, наполняя воздух жаром и дымом.
В тех местах, где камуфляж уже сгорел, торчали верхушки кораблей гуманоидов — черные, как копоть. В огне плавилась заостренная носовая обшивка.
Хиро и Айя по инерции взлетели выше пламени, но через несколько секунд начали терять высоту.
— Костюмы-невидимки! — крикнула Айя и свободной рукой натянула на голову капюшон.
Хиро последовал ее примеру.
Они нырнули прямо в огонь и понеслись между корпусами кораблей и тучами дыма. Кипящий воздух обжигал легкие Айи, она почувствовала противный запах горелых волос — видимо, прядка выбилась из-под капюшона. И хотя костюм-невидимка был наделен прочностью брони, кожа Айи покрылась волдырями.
Но Хиро упрямо мчался вперед. Он снова взмыл ввысь над странным стальным лесом, охваченным пожаром. Айя огляделась по сторонам. Кораблей были сотни — целая флотилия!
Над охваченной огнем территорией кружили аэромобили гуманоидов и разбрызгивали пену. Но стоило им погасить один очаг пламени, как в другом месте вспыхивал новый.
Прозвучал взрыв. Тело Айи в очередной раз содрогнулось. Она увидела, как распространяется ударная волка — разрастающийся круг дыма и ревущего пламени. В самом центре этого круга стоял остов одного из кораблей. Стальная башня корежилась, шаталась и кренилась набок...
Корабль упал на землю с воем и скрежетом. Его охватила новая волна пламени. Полоса горящего ракетного топлива подползла к следующему кораблю и стала лизать его бока.
Айя отвернулась от жуткого зрелища, согнула безымянный палец и в отчаянии прокричала:
— Тэлли!
Имя вырвалось из ее наполненных дымом легких еле слышным, шелестящим хрипом. Но в следующее мгновение на фоне рева пламени прозвучал едва различимый ответ:
— Айя?
— Тэлли-ва! — прохрипела Айя. — Это я!
— Почему ты не на руинах? Здесь опасно!
— Я заметила!
Они с Хиро снова начали снижаться к морю дыма и пламени.
— Ты должна прекратить это! — затараторила Айя. — Я ошиблась насчет...
Пламя вновь охватило ее, и она закашлялась. Айя не могла различить ничего, кроме дыма и темных силуэтов кораблей. Ткань костюма-невидимки прилипла к коже, бронированные чешуйки начали трескаться от жара.
— Где ты, Айя? — прозвучал голос Тэлли.
Сигнал стал четче.
Хиро крепче сжал руку Айи и взмыл вверх.
— Перелетаю через корабли!
— Какие корабли?
Айя снова закашлялась и выругала себя за глупость.
— Через ракеты! Я прямо над ними. Но на самом деле это не ракеты!
— Ты что, сбрендила? — прокричала Тэлли. — Убирайся оттуда!
— Думаю, она в той стороне, — пробормотал Хиро и, сделав резкий поворот, едва не вырвал руку сестры из плечевого сустава.
Они начали лавировать между верхушками кораблей, и вскоре полет стал быстрым и ровным.
Прозвучал новый оглушительный взрыв — на этот раз гораздо ближе. Айя едва не задохнулась — такой силы была ударная волна. Ее отбросило в сторону от Хиро, и она полетела неведомо куда в невесомости, заверченная вихрями бушующего пожара и магнитными полями кораблей.
— Ты должна прекратить эти взрывы, Тэлли! — рявкнула Айя, изогнув руки на манер «ловкачки», стоящей на крыше маглева. Это позволило ей повернуть обратно, к Хиро. — Подожди, мы скоро доберемся до тебя, и я все объясню.
— Некоторые из этих ракет уже заправлены топливом! — прокричала в ответ Тэлли. — Стоит нам прекратить взрывы — и они начнут взлетать!
— Но это не ракеты! Не оружие! Это корабли! Прекрати взрывы, позволь мне объяснить!
— Даже не думай! — рявкнула Тэлли. — Если хотя бы одна из этих ракет стартует, погибнет целый город. Убирайся оттуда немедленно!
Хиро мчался навстречу Айе. Он протянул ей руку, но она увернулась.
— Если ты не пообещаешь мне прекратить это, я останусь здесь, — сердито заявила она. — Можешь и нас с Хиро взорвать!
— Я не могу жертвовать целыми городами ради вас, — сказала Тэлли. — И я знаю тебя, Айя-ла. Ты свою драгоценную шкуру спасешь. У тебя десять секунд.
— Я не набиваю себе цену! — в отчаянии выкрикнула Айя.
— Сомневаюсь.
Хиро развернулся и устремился к сестре. Он снова протянул ей руку. Айя от отчаяния расплакалась. Кто бы поверил, что лживая уродка вроде нее станет жертвовать собой?
— Я тоже здесь! — прозвучал другой голос. — И я не уйду.
— Фриц? — спросила Тэлли. — Да вы что там, все чокнулись?
— «Экстры»... Эти гуманоиды не пытаются никого уничтожать, — решительно заявил Фриц.
— А вдруг вы ошибаетесь? — гаркнула Тэлли.
— Я в этом уверен, — сказал Фриц — А ты знаешь, Тэлли: врать я не умею.
Хиро схватил сестру за руку и потащил вверх, прочь от пламени. Айя стала вырываться, смотреть по сторонам, ища глазами Фрица. Наконец она увидела его. Он парил над самым центром космодрома и прижимал к груди Моггла. Раскаленный костюм-невидимка Фрица был едва заметен на фоне пожарища.
— Пожалуйста, Тэлли, — прорыдала Айя. — Он говорит правду!
Тэлли раздраженно вздохнула и сказала:
— Шевелись, Айя. У тебя есть две минуты, чтобы меня убедить.
На горизонте сверкнула одинокая вспышка. Хиро полетел в ту сторону.

Переделка

На краю джунглей их ждали двое в костюмах-невидимках. Они сидели на заборе, которым «экстры» окружили свой космодром.
Тэлли сняла капюшон с маской. Айя и Хиро, снижаясь, увидели, как сверкают ее черные глаза, отражая языки пламени.
— Фаусто и Шэй ждут от нас сигнала. Через девяносто секунд они взорвут новые бомбы, если я не дам им другого приказа. Приступай к объяснениям.
Айя облизнула пересохшие губы.
— «Экстры»... В общем, эти гуманоиды — они не то, что мы думали.
— Тогда для чего эти ракеты? — спросил Дэвид, сняв капюшон.
— Это не ракеты, — отрезала Айя. — Это корабли.
— Корабли? — Тэлли недоверчиво нахмурилась.
— Все сходится, Тэлли-ва. Просто выслушай меня! Они собирают металл по всему миру! И они парят в воздухе! Их добавочные руки... Потому что там им не понадобятся ноги!
Хиро взял сестру за руку и тихо проговорил:
— Айя, помедленнее.
— Или добавь хоть толику смысла, — посоветовала Тэлли. — У тебя осталось семьдесят секунд.
Айя закрыла глаза, пытаясь сконцентрировать все элементы истории. Головоломка приобретала более осмысленный вид. Все стало сходиться воедино, начиная с того момента, когда она впервые вошла в недра горы.
— Когда я испытывала тот цилиндр для своего сюжета, оказалось, что смарт-материал внутри его был запрограммирован так, чтобы цилиндр летел только вверх, а не вниз. Помнишь, что сказал Фаусто? Он говорил, что масс-драйверы хороши для того, чтобы запускать цилиндры на орбиту постоянно, помнишь? Именно этим занимаются гуманоиды. Но они не хотят избавляться от земных ресурсов. Металл нужен им там. — Она указала на небо.
— Нужен для чего? — осведомилась Тэлли.
— Чтобы жить. Твой друг Эндрю нам все объяснил! Они собираются построить орбитальные поселения из всего этого металла и смарт-материалов. Смысл масс- драйверов в том, чтобы снабжать орбитальные станции сырьем.
— Все горы, которые мы осматривали, оказались пусты, — задумчиво проговорил Дэвид. — Потому что металл оттуда уже заброшен на орбиту?
Айя кивнула и указала на горящий космодром.
— А это все — не боевые ракеты, а космические корабли. Они нужны, чтобы доставлять на станции людей. Если разгоняться до полной скорости, масс-драйвер может погубить человека. Так мне сказали «ловкачки». Вот почему эта база находится здесь, на экваторе, откуда легче всего добраться до орбиты.
— А скайбольное снаряжение они носят,— мучительно медленно добавил Хиро на корявом английском, — чтобы упражняться, осваивая состояние невесомости.
— На орбите, — кивнул Дэвид, — где лишняя пара рук куда полезнее ног — Он повернул голову к Тэлли — Осталось двадцать пять секунд.
Айя не отрывала взгляда от Тэлли. Она видела, что ту мучают сомнения. Фриц говорил, Тэлли отказалась от того, чтобы ее мозг переделывали. Она была так устроена, чтобы с презрением относиться ко всем, кто не был чрезвычайником, чтобы считать человечество способным только на уничтожение планеты. А вдруг она не сумеет понять, что же на уме у «экстров»?
Удзир сказал, их корабли — это смерть и надежда внутри одной и той же машины, вот и все. Айя была самой обычной девушкой, и у нее тоже были сомнения до того, как Эндрю не объяснил все так просто и доходчиво. Но до этого момента ей мешали собственные познания, убеждения и нежелание смириться со своей неправотой. В ее сюжете «экстры» грозили миру уничтожением.
А когда свою историю повторяешь раз за разом, так легко поверить в нее.
Тэлли прикусила губу и крепко зажмурилась.
— Если мы прекратим взрывы хотя бы на несколько минут, они смогут запустить столько ракет, что погубят всю планету.
Дэвид опустил руку на плечо Тэлли.
— Но зачем им это делать? Даже ржавникам это не удалось. Может быть, они действительно строили корабли...
Тэлли открыла глаза.
— Но они ни разу не нажали кнопку пуска. Шэй, Фаусто!
— Да, мы все слышали, — пробился сквозь помехи голос Шэй. — На сегодня со взрывами завязываем.
Айя судорожно вздохнула.
Тэлли повернула голову, обвела взглядом флотилию «экстров», и черты ее лица смягчились. Камуфляжная сетка все еще пылала. Обшивка кораблей почернела от копоти. Но разрушены были лишь несколько из них — те, которые повалились на землю, из них вытекало горящее ракетное топливо, похожее на огненные реки.
На космодроме стояли еще сотни кораблей — а может быть, тысячи. Этого было достаточно, чтобы поднять на орбиту население целого города.
— Слушайте меня, «резчики»,— устало выговорила Тэлли. — Пожалуй, стоит помочь им в тушении пожара.
— Почему бы и нет? — откликнулась Шэй. — Тушить пожары — это почти так же весело, как устраивать поджоги!
Тэлли закрыла лицо маской и встала на скайборд. Ее костюм-невидимка окрасился ярко-оранжевым, как комбинезон пожарного. Она сорвалась с места и помчалась над горящим космодромом.
Из леса космических кораблей вверх взмыли еще два скайборда. Они подлетели к аэромобилям «экстров». «Резчики» внесли свою лепту в тушение пожара. Они поливали пеной горящую камуфляжную сетку и те корабли, которые стояли в опасной близости от разлившегося по земле ракетного топлива.
— Джунгли здесь вырублены,— сказал Дэвид — Как только выгорит вся камуфляжная сетка, гореть будет нечему. — Он снял капюшон. — Как бы то ни было, вы оставайтесь здесь — и так уже основательно поджарились.
Айя молча кивнула. Стоило ей пошевелиться — и костюм-невидимка начинал потрескивать. Чешуйки на его поверхности сплавились между собой. Видимо, теперь его окраска должна была навсегда остаться неизменной: дым и пламя.
— Скажи Тэлли, что она ни в чем не виновата, — попросила Айя Дэвида. — Мы ведь думали о том же самом.
Дэвид посмотрел на нее и кивнул:
— Неудивительно. Мы все выросли в мире, который чуть было не уничтожили ржавники. Трудно не забывать о том, что они не только воевали друг с другом. Но — спасибо.
— За что? За то, что я погрешила против правды? Зa то, что вы примчались сюда, ожидая увидеть монстров, готовых погубить мир?
— Нет. За то, что ты помогла Тэлли еще чуть-чуть переделать себя.
Дэвид встал на скайборд и, поднявшись в воздух, понесся над пылающим космодромом.
— Ты просто молодчина, Айя-тян, — выдохнул Хиро.
Айя посмотрела на брата.
— Шутишь?
— Ни капельки. Ты наконец научилась делать сюжеты не торопясь. Айя рассмеялась и тут же охнула от боли в боках. Правое плечо у нее было растянуто и почти вывихнуто, а на запястье ей было даже страшно взглянуть. Ей казалось, что ее рука побывала в прессе для приготовления суши.
— Смотри, — сказал Хиро.
Над обгоревшим полем камуфляжа летел Фриц, держась за Моггла. Фрица и аэрокамеру Айи окутывал дым.
— Ты как? — спросила Айя через скинтенну.
— Немного перегрелся, — ответил Фриц. — Но мы сняли несколько грандиозных кадров.
Айя махнула рукой. Впервые в жизни ей было все равно, заснято что-то или нет. Наконец все, что случилось за последние две недели, обрело смысл. Истина сложилась воедино, сформировалась, будто корабль «экстров» из разрозненных кусков металлолома. Какое это было облегчение — прекратить борьбу с неподатливыми фактами и полным отсутствием абсолютной честности.
Фриц наконец опустился на забор и обнял Айю. Успокаивающее тепло разлилось по измученному телу девушки. Это было что-то вроде окончательной редактуры.
Ее сюжет обрел идеальную форму.

Тысяча лиц

— Напомни мне еще разок, зачем я это делаю.
— Чтобы оказать поддержку. — Айя поправила светящиеся блестки на вечернем платье Тэлли и, сделав шаг назад, полюбовалась ею. — Ты самый знаменитый человек на свете, Тэлли-ва. Если ты всем скажешь, что ты заодно с «экстрами», к ним пойдет больше добровольцев.
— Угу, — кивнул Фаусто, — а еще уймутся те, кто развел шумиху насчет того, что они воруют столько металла. — Он подтянул галстук. — И что они похищают всех, кто их заметил.
— Кроме того, Тэлли-ва, — добавила Шэй, поправив прическу, — мы сто лет не бывали на вечеринках!
Тэлли в отчаянии застонала, рассматривая себя в большом уолл-скрине Айи, превращенном в зеркало. Ее вечернее платье было скроено из смарт-материала и бархата. Оно было черным, как ночь. И мерцало светом звезд. Идеальный наряд для «Бала тысячи лиц».
— Ну, хватит. Перестань дуться, — посоветовала ей Шэй. — Ты в таких нарядах не раз щеголяла.
— Ага, когда была пустоголовой дурой.
Айя попыталась представить себе Тэлли неизменно веселой и легкомысленной. Даже в вечернем платье Тэлли оставалась «резчицей» до мозга костей. Ее оголенные руки были покрыты анимированными татуировками и шрамами.
— Знаешь, — тихо проговорила Айя, — у нас еще есть время. Эти шрамы можно убрать, если хочешь.
— Ни за что. — Тэлли провела кончиком пальца по руке. — Они напоминают мне о том, чего я забывать не хочу.
— Ты выглядишь великолепно, — сказал Дэвид.
Хиро одолжил ему один из своих старых шелковых пиджаков. Дэвид заявил, что не наденет ничего такого, что изготавливает ниша в стене,— дескать, ему от этого не по себе. Он вообще сильно нервничал с того момента, как они с Тэлли прилетели сюда из Сингапура. В городе он чувствовал себя не на своем месте. Ему здесь было тесно.
Да и в квартире Айи сегодня было многолюдно. Все девять собрались здесь — Айя, Фриц, Хиро, Рен, Эндрю, Дэвид и трое «резчиков». Все, кто принимал участие в сюжете под названием «Прощай, родной дом». Сюжет был запущен в сеть два дня назад, и все они оказались в первой тысяче рейтинга. Только в высотке-трансформере можно было уберечься от назойливых папарацци.
Но все-таки места всем хватало. Вернувшись домой, Айя обнаружила, что площадь квартиры увеличилась вдвое — пропорционально ее славе. Может быть, рейтинг лица и не был главным в жизни, но все же в том, чтобы быть третьей по степени знаменитости персоной в городе, имелись свои преимущества.
— Все равно не понимаю, с какой стати мы должны тащиться на эту дурацкую вечеринку, — буркнула Тэлли. — Разве я не могла просто выступить в сети с каким-нибудь обращением?
Айя нахмурилась:
— В этом не было бы ничего веселого. Да и «экстрам» пользы меньше.
— Кроме того, — добавил Дэвид, — мы перед ними в некотором долгу за то, что уничтожили пару десятков кораблей.
— Ну да, верно — Тэлли в последний раз мрачно обозрела себя в зеркале.
— Им повезло, что мы не пустили в ход нановирус! — хихикнула Шэй.

Когда они вышли из дома, их сразу окружила стая аэрокамер.
— Так... — процедила сквозь зубы Тэлли. — Официально заявляю: я ненавижу этот город.
Айя вдохнула поглубже, но спорить не стала. Собственно говоря, ее это тоже начало раздражать — то, что за ней всюду следят, непрерывно засыпают звонками и сообщениями, что девчонки делают стрижки, как у нее, что над ее носом все еще насмехаются на мелких, непопулярных каналах.
«Будет у меня когда-нибудь свобода личной жизни?» — с тоской гадала Айя. Теперь даже собственная аэрокамера заставляла ее нервничать. Рен разобрал Моггла и извлек чип, вставленный «экстрами», но Айе все еще порой снились страшные сны, где носились стаи говорящих Могглов.
И все же... не было смысла притворяться и делать вид, будто она не в восторге от того, что рейтинг ее лица составляет однозначную цифру. В конце концов, она со своими знаменитыми друзьями направлялась на «Бал тысячи лиц» Наны Лав. На губах Айи играла улыбка. Моггл сопровождал ее и вел непрерывную съемку.
— И как же мы пробьемся через этот кордон? — спросила Тэлли.
— Зажигательные бомбы? — предложил Фаусто.
— Нановирус! — воскликнула Шэй.
— Ничего такою! — выкрикнула Айя. — Необязательно вечно все взрывать, Тэлли-ва. В этом городе существует такое понятие, как кокон популярности.
— Что-что?
— Просто идите вперед, и они расступятся.
Тэлли сделала несколько шагов — и волна аэрокамер отшатнулась от высотки-траясформера. Дэвид взял Тэлли под руку и повел вперед. Вскоре аэрокамеры, держась на почтительном расстоянии, окружили их идеальным шаром.
— Это так странно, — сказал Эндрю Симпсон Смит. — Все города такие?
— Нет, — покачала головой Тэлли. — После начала реформы свободомыслия именно этот город свихнулся сильнее других.
— Рецутационная экономика не безумие! — возразил Хиро. В последние несколько дней он занимался английским языком с Эндрю и теперь с удовольствием выдавал длинные фразы. — Желание славы мотивирует людей, и мир становится интереснее!
Тэлли презрительно фыркнула:
— Я видела эту мотивацию в деле, Хиро. Она запросто приводит к искажению истины.
Айя вздохнула, гадая, когда Тэлли объявит об этом во всеуслышание. Большинство каналов уже перестали галдеть насчет ракет и ее старого сюжета об уничтожении городов. Айя подарила всем свежую тему для разговоров. Новое будущее, совершенно новые «экстры».
В отличие от некоторых на этот раз она ничего не присочинила.

В особняке Наны Лав было на кого посмотреть.
«Новоеды» прибыли в большом количестве и демонстрировали новый аэрогель — «умный» и съедобный. Пузырь этого геля парил над головами гостей, меняя форму и цвет, и страшно мешал аэрокамерам работать.
Пласт-шуты — все до единого — разыгрывали «экстров». Громадные глаза, бледная кожа. Но вот от хватательных пальцев на ногах большинство пласт-шутов отказались. В моду вошло скайбольное снаряжение, работающее в режиме невесомости. Хиро, правда, ворчал: дескать, не помешало бы для начала хоть немного потренироваться. Повсюду летали миниатюрные камеры-блестки, изготовленные специально для этой вечеринки. Они сновали между гостями на небольшой высоте. И каждая из них записывала всего несколько пикселей, а городской интерфейс собирал из этих кадров непрерывное изображение. Любой житель города мог странствовать по вечеринке так, словно отправил туда собственную невидимую камеру.
Ясное дело, в самом скором времени Тэлли возненавидела эти камеры-блестки. Поймав целую пригоршню, она швырнула их на пол, и остальные тут же почтительно расступились, создав сверкающий «кокон популярности». Тэлли поторопилась скрыться в дальних комнатах особняка. «Резчики» последовали за ней.
— Добрый вечер, Айя, — произнес знакомый голос по-английски.
Она подняла голову и увидела, что рядом с Могглом в воздухе парит Удзир, одетый в нарядное сари. В гибких пальцах одной ноги он зажал бокал с шампанским.
Айя низко поклонилась, стараясь не глядеть на Удзира. «Экстры» до сих пор ее смущали — даже после того, как Удзир подробно рассказал о том, для чего им такой странный внешний вид. Бледная кожа нужна была «экстрам», чтобы вырабатывать витамин D из каждого лучика солнечного света. Даже широко посаженные глаза имели смысл: в первых орбитальных станциях должно было оказаться так многолюдно, что обычное зрительное восприятие было не нужно.
И все-таки смотреть на «экстров» было не слишком приятно.
— Надеюсь, вам тут нравится, — пробормотала Айя.
— Очень. С твоей стороны было очень любезно устроить так, чтобы меня пригласили.
— Я тут ни при чем, — сказала Айя.
Действительно, новое лицо человечества, экстратеррестиал Удзир сразу пробился в первую тысячу рейтинга. Теперь все шутили на тот счет, что он — единственный «экстра», который по большому счету вовсе не «экстра», то есть не заурядный.
— Так или иначе, Айя, моим присутствием здесь я обязан твоему сюжету. — Удзир ухитрился слегка поклониться, паря в воздухе. — Ты невероятно помогла нашему движению.
— А я просто очень рада тому, что все прояснилось прежде, чем Тэлли-сама успела сжечь весь ваш флот.
— Как и мы,— кивнул Удзир. — Но оказалось, что наше спасение более ценно, нежели несколько потерянных кораблей. Странная вещь — слава.
— Это точно. Уже есть новые добровольцы?
— Немало — Он посмотрел за плечо Айи. — Некоторые сегодня здесь.
— Привет, Проныра.
Айя обернулась и от изумления раскрыла рот.
— Лай? Как ты сюда...
— Как я сюда попала? — подсказала Лай и улыбнулась. — Так же, как и ты. По приглашению.
Айя часто заморгала. Ей не пришло в голову проверить, каков нынешний рейтинг лиц «ловкачек», но, конечно, при том, что сюжет приобрел в корне новый оборот...
— Девятьсот пятьдесят семь, — проговорила Лай — Ты же об этом хотела спросить?
— Ох... ты, наверное, в ужасе.
Лай пожала плечами.
— На орбите это не будет иметь большого значения.
Она перевела взгляд на Удзира. Тот отвернулся и говорил с кем-то еще из гостей.
— Я просто очень надеюсь, — сказала Лай, — что этому мистеру Знаменитому Пришельцу хватит ума понять, что в орбитальных поселениях славе делать нечего.
Айя рассмеялась и представила Лай с четырьмя руками и рыбьими глазами. Она поежилась и прогнала этот образ из сознания.
— Хочу попросить прощения за то, что снимала вас тайком.
— А ты меня прости за то, что я запустила тебя в небо через масс-драйвер, — сказала Лай, но, немного подумав, добавила: — Да нет, тут не за что извиняться. Это было весело.
— Да, пожалуй, — снова рассмеялась Айя. — А как поживают остальные «ловкачки»?
— Наверняка все расселись у своих экранов и смотрят трансляцию этой вечеринки.
— Правда? — нахмурилась Айя. — Вот бы никогда не подумала, что «ловкачек» может интересовать такая ерунда, как «Бал тысячи лиц».
Лай улыбнулась, бросила взгляд на Моггла и наклонилась ближе к Айе:
— Хочешь, подскажу сюжет?
— Сюжет? — спросила Айя.
Она пока не задумывалась о новой теме. После конца света, после открытия новых горизонтов для человечества все казалось скучным и плоским. Порой ей даже приходила в голову мысль стать рейнджером.
— Может быть, — кивнула она.
— Ладно. Только ты должна пообещать, что никому ничего не скажешь, пока не разрежут торт.
Айя удивленно вздернула бровь. Одна из традиций «Бала тысячи лиц» заключалась в том, что Нана Лав ровно в полночь угощала гостей розовым тортом. Вокруг этого торта собирались все знаменитости, и каждый получал свой кусочек славы.
— Ну... хорошо.
Лай отмахнулась от нескольких камер-блесток и, прижав губы к уху Айи, еле слышно прошептала:
— Я впрыснула в торт смарт-материал, приготовленный Иден. Пока мы с тобой разговариваем, это вещество расползается по торту, и скоро сахар станет... ну, в общем, неустойчивым.
— Неустойчивым?
— Тсс! — Лай сдавленно хихикнула. — Как только Нана разрежет торт, он взорвется. Ничего смертельного. Просто все перемажутся.
Айя раскрыла рог, представив себе всех городских знаменитостей, заляпанных розовым кремом.
— Но это же...
— Просто гениально? Согласна с тобой,— сказала Лай и с улыбкой напомнила: — Только не забывай: ты мне пообещала, Проныра. Ты мне должна одну сохраненную тайну.

Айя поискала Фрица с помощью сигнала на айскрине и нашла на верхнем балконе. Он стоял один и смотрел в сторону темных садов.
— У меня к тебе один этический вопрос, Фриц, — сказала Айя, подойдя к нему.
Он обернулся, и в его больших глазах вспыхнули искорки фейерверков.
— Этическая дилемма? На этой вечеринке?
Айя огляделась по сторонам. Ни одной камеры-блестки поблизости. Она видела только Моггла. Сегодня ночью в сад Наны Лав никакие аэрокамеры не допускались. Наверное. Как раз поэтому на балконе было пусто.
— Представь, что ты «выскочка», Фриц, и тебе известно, что кое-что должно произойти... скажем, на вечеринке. И из-за этого хозяйка опозорится — просто прилюдно сконфузится. Но ты дал слово никому не говорить.
— Ммм... — задумчиво протянул Фриц. — Мы же говорим только о смущении, да?
— Да. Но об о-очень сильном смущении.
— Пожалуй, я бы сдержал слово, — улыбнулся Фриц.
Айя вздохнула и устремила взгляд на город. Окна домов были озарены светом уолл-скринов. Все жители города смотрели трансляцию «Бала тысячи лиц».
— Иногда я жалею, что тебе нельзя доверять секреты.
— Может быть, скоро у тебя появится такая возможность, — усмехнулся Фриц.
— Ты о чем? — непонимающе нахмурилась Айя.
— Знаешь, я много думал о том, что мне сказала Тэлли. Ну, в смысле, что я трус, если не могу сам говорить правду. — Он постучал себя пальцем по виску. — Может быть, абсолютная честность начинает устаревать.
— Но сейчас в твоей группировке народу больше, чем когда бы то ни было!
— Именно так. Я им больше ни к чему.
Айя часто заморгала, пытаясь представить себе Фрица без вспышек откровений.
— Не знаю, Фриц-тян. Я бы сказала, что ты мне нужен рядом такой, как сейчас. Чтобы я не врала.
Его рука легла на ее плечо. Он притянул Айю ближе к себе.
— Не бойся. Я буду с тобой. И я не перестану быть честным. Хочу отказаться только от абсолютной честности.
Айя обняла его и спросила:
— Но если ты перестанешь говорить правду, как я смогу узнать, нравится ли тебе до сих пор мой большой нос? Я не собираюсь менять его форму. Тэлли-ва взяла с меня слово.
— Да, она мне тоже об этом говорила. Но ты не переживай. Маленькая операция моего сознания не перевернет. В том, что касается тебя, — определенно ничего не изменится.

Они еще долго стояли на балконе, слушая взрывы смеха и музыку.
Это было так странно — держаться на задворках вечеринки. Сколько Айя помнила себя, она увлеченно, с замиранием сердца смотрела трансляции « Бала тысячи лиц» и представляла себя одной из избранных. И вот теперь она оказалась здесь, а ей больше всего хотелось остаться наедине с Фрицем и смотреть на город, на сад Наны Лав, в котором не было ни одной аэрокамеры, и радоваться тому, что больше никто сегодня не желает уединяться.
В конце концов, за спиной у Айи всего-навсего бушевала вечеринка. В этом доме когда-то жило не одно поколение красавцев и красоток., Они одевались примерно так же, как сейчас была одета Айя, они все говорили одни и те же слова. Камеры-блестки и рейтинг лиц почти ничего не изменили...
Внизу послышался глухой стук. Айя опустила глаза.
Это был Дэвид. Спрыгнув на землю, он выпрямился. Наверное, вылез из окна.
За ним последовала Тэлли Янгблад. Она опускалась плавно, как лепесток цветка вишни, изящно замедляя свое падение с помощью любых точек опоры — подоконников и выступов на стенах. Она грациозно приземлилась, взяла Дэвида за руку, и они пошли по садовой тропинке.
Фриц крепче обнял Айю.
— Я о них думал.
— Ты же слышал, она сама сказала, — прошептала Айя. — Ни с кем, с тех пор как...
Но Тэлли прижалась к Дэвиду. Они уходили в темноту, соприкасаясь плечами.
— Моггл, ты снимаешь? — вырвалось у Айи, но она тут же спохватилась: — Нет, ничего, это я так...
Она повернулась к Фрицу и с улыбкой увела его с балкона.
— Пойдем. Скоро полночь. Посмотрим, как разрежут торт.